Американские трагедии. Хроники подлинных уголовных расследований XIX–XX столетий. Книга XIII - Алексей Ракитин

Лейтенант решил, что сделал интересное открытие, хотя и не понимал в ту минуту, насколько интересное. Он попросил пригласить на беседу Базельта-младшего, рассчитывая навести справки о его автомашинах и посмотреть, как тот станет реагировать на задаваемые вопросы.

Когда Джон появился в кабинете детектива, Неллиган непринуждённо и даже любезно стал задавать вопросы об обналиченном Базельтом 24 июня 1937 года чеке Чарльза Морриса. Джон моментально сориентировался и не стал запираться, при этом он выразил недоумение тем, что данный факт привлёк интерес полиции. Дескать, я же рассказал о своей встрече с Чарльзом Моррисом и разделе денег, полученных благодаря победам Легионера, так что же удивляет? Про получение чека и его обналичивание я действительно ничего не сказал, но ведь вы и не спрашивали! Его поведение не обмануло Неллигана, а лишь укрепило уверенность капитана-детектива в том, что Базельт неискренен и его поведение является следствием тщательно обдуманной стратегии.

Покончив с чеком на 755$, Неллиган стал расспрашивать Джона о «паккарде», на котором тот приехал из Нью-Йорка. Джон отвечал спокойно и поначалу утверждал, будто автомобиль принадлежит ему, однако, убедившись в хорошей осведомлённости лейтенанта, быстро поправился и подтвердил, что приехал на машине жены. Тогда Неллиган между делом поинтересовался, разрешит ли Джон осмотреть «паккард», и Джон разрешил. По тому, как равнодушно тот отнёсся к предложению, Неллиган понял, что ничего интересного детективы там не найдут.

Тем не менее лейтенант не пренебрёг появившейся возможностью осмотреть машину без ордера и отправил пару детективов сделать это. После чего переключился на расспросы о машинах, принадлежавших лично Джону Базельту-младшему. Тот отчётливо заволновался и начал задавать встречные вопросы, пытаясь понять, чем обусловлено любопытство полицейского. Чем более конкретные вопросы задавал Неллиган, тем отчётливее юлил Базельт. Сначала он утверждал, будто в разное время владел большим количеством автомобилей и все их давно распродал. Дескать, они не соответствовали его нынешнему статусу… Однако после того, как Неллиган поправил его и напомнил о находящихся в его собственности «форде» и «шевроле», Базельт видоизменил первоначальное утверждение и заявил, что продал все, кроме упомянутых двух машин. Но поскольку они не соответствуют его нынешнему статусу, он давно не пользуется ни «фордом», ни «шевроле» и не знает, где они находятся. По-видимому, он их отдал кому-то из приятелей!

Неллиган попросил назвать приятелей, которым повезло стать счастливыми обладателями бесплатных автомобилей. Базельт начал называть какие-то фамилии, потом поправлять самого себя, делать какие-то уточнения, и по его поведению лейтенант-детектив понял, что Джон растерян и на ходу выдумывает какую-то чепуху. Лейтенант не понимал, что именно пытается скрыть Базельт, но не сомневался, что что-то пытается.

Дабы пресечь словоблудие собеседника, Неллиган сказал, что готов продолжать этот разговор так долго, как это потребуется — час, два, десять… Если он устанет, то его сменит другой детектив… А вот Джон Базельт будет сидеть на своём стуле и вспоминать до тех пор, пока не вспомнит. Поэтому выхода у него два — либо он сразу даст верный ответ, либо сделает это, изрядно помучавшись.

Джон понял, что его маленькие хитрости обречены на провал, и после короткого раздумья сообщил лейтенанту, что обе машины находятся в небольшом частном гараже в городке Беллоус-Фоллс (Bellows Falls) в штате Вермонт — это примерно 360 км на север от Нью-Йорка. Прямо скажем, Джон Базельт выбрал не самый близкий гараж!

На этом лейтенант закончил свою беседу с молодым мужчиной, напомнив тому о необходимости оставаться в Нортхэмптоне и не покидать город, не сообщив об этом правоохранительным органам. После ухода Джона лейтенант откомандировал в Беллоус-Фоллс двух детективов полиции штата — им предстояло при помощи местной полиции отыскать автомобили Базельта и осмотреть их. Разумеется, при их осмотре надлежало искать следы совершения преступления либо некие предметы, связанные с Чарльзом Моррисом. Отдельно лейтенант остановился на поиске принадлежавшего последнему «бьюика», Неллиган допускал, что пропавшая год назад машина может также находиться где-то в Беллоус-Фоллс, возможно, рядом с автомобилями Базельта.

А утро следующего дня принесло результат, которого все ждали, но в достижении которого мало кто верил. Напомним, несколько коттеджей в районе Саус-Хэдли сдавались их владельцами в аренду и на поиск и опрос этих самых владельцев ещё 23 июня были отправлены два детектива. К утру 26 июня они закончили свою работу и представили рапорт лейтенанту Неллигану. Последний, изучая список арендаторов, снимавших коттеджи после 1 июня 1937 года, сделал занимательное открытие — оказалось, что Джон Базельт-младший снимал один и тот же коттедж в июне 1937 года и в феврале 1938, а другой, расположенный на удалении около 300 метров от первого, он снимал в июне-июле 1937 года.

Вот это поворот, согласитесь! Оказалось, что в то самое время, когда Чарльз Моррис заработал кучу денег на ипподроме, а затем исчез, его деловой партнёр находился совсем рядом! Причём в том самом районе, где через год были найдены останки бедолаги Морриса…

Отложив все дела, лейтенант в сопровождении группы сотрудников службы шерифа и полицейских из Саус-Хэдли отправился для личного осмотра коттеджей, которые арендовал Джон Базельт [следует уточнить, что все владельцы коттеджей ранее уже дали разрешение для осмотра строений без ордера]. Визуальным осмотром мебели и помещений ничего подозрительного в этих коттеджах не обнаруживалось, однако, спустившись под дом, который Базельт арендовал дважды [в июне 1937 года и феврале 1938-го], лейтенант увидел потревоженный участок грунта размером приблизительно 2,5 метра на 1 метр. Этот участок выглядел так, словно его ранее раскапывали, а затем засыпали обратно, причём довольно небрежно. Земли для засыпки явно не хватило, а потому грунт просел, образовав хорошо заметную ложбинку.

Неллиган не сомневался, что обнаружил то место, где первоначально находился бетонный блок с останками Чарльза Морриса. Это открытие всё расставляло по своим местам — был человек, Джон Базельт, имевший мотив и возможность расправиться с Чарльзом Моррисом, имелось место, где труп мог быть скрыт на протяжении года, теперь появилась связь этого места с Базельтом. Важные детали пока оставались непонятны, но общая схема событий представлялась очевидной.

Пора было заключать подозреваемого под стражу.

Неллиган возвратился в Нортхэмптон и распорядился пригласить Джона Базельта-младшего для беседы. Когда плейбой-спортсмен появился в кабинете лейтенанта, тот без долгих экивоков сообщил, что помещает его в окружную тюрьму и настоятельно рекомендует озаботиться поиском адвоката. К тому моменту, когда его доставят в суд для оформления ареста и решения вопроса о внесении залога, ему очень желательно уже иметь собственного адвоката. Если такового не окажется, то суд назначит ему бесплатного защитника, а в таком серьёзном деле, как обвинение в убийстве, на услуги назначенного адвоката полагаться не следует.

Джон Базельт-младший. Фотография сделана в начале 1930-х годов, Джон совсем молод и не очень похож на того здоровенного мужика, каким он стал через 5—6 лет.

Джон сохранил полное самообладание и лишь попросил объяснить, чем именно руководствуется лейтенант, обвиняя его в убийстве. Неллиган не стал вдаваться в детали и уклончиво ответил, что в ближайшие дни Базельт обо всём узнает. Такой ответ призван был лишить подозреваемого покоя и заставить его поломать голову над тем, что уже известно правоохранительным органам и что они могут узнать в ближайшее время.

Буквально через пару часов Неллигана вызвали к телефону — ему звонили детективы, отправленные в Беллоус-Фоллс. С помощью местной полиции они отыскали нужный гараж и осмотрели автомашины Джона Базельта-младшего. В одной из них ничего подозрительного не нашлось, но вот в другой… Заднее сиденье «шевроле» оказалось залито чем-то очень похожим на кровь. Кроме того, имелись два отверстия, оставленные большими пулями, предположительно 45-го калибра (11,43 мм). Одно отверстие оставлено в задней правой двери, другое — в спинке заднего сиденья. Самих пуль, разумеется, отыскать не удалось — ввиду большой энергетики патрона пули прошли навылет. Выстрелы производились из салона