100 очерков о Петербурге. Северная столица глазами москвича - Густав Александрович Богуславский

года дом был передан из Военной коллеги в ведение Академии наук. А в октябре того же года Академия решает обратиться в Сенат с просьбой не только ассигновать 6000 рублей на достройку «Волкова дома», но и о передаче в ведение Академии наук соседнего «дома некоего (!) Дутковского, у которого одинаковые фасады с Волковым домом». Этот дом стоял «без потолков и полов за недостройкою впусте».

Решение было принято, но и после передачи в Академию дома Лутковского и Волкова еще долго стояли недостроенными и пустыми. Так они обозначены и на плане Зихгейма (1738 год), и на одном из чертежей коллекции Берхгольца (начало 1740-х годов). До октября 1743 года дома стояли не только недостроенными и пустыми, но и бесхозными. Академия принимала их «за недачею на починку и достройку денег» – и Сенат тогда же решил отдать оба дома («недоделанные порожние палаты и анбар») для складирования здесь 2000 бочек «привозного подрядного вина». И это не получилось – еще три года «те палаты праздны» и никому не принадлежат.

А вокруг все меняется: замощена набережная Невы против этих домов, по берегу и вдоль линий возводятся десятки добротных, красивых домов. И среди кипения жизни пустующие дворы смотрятся отвратительно.

Формально их хозяином является Академия наук. В размещении ее подразделений происходят постоянные перемены: дел и людей становится все больше, помещений не хватает, особенно после пожара в здании Кунсткамеры и Библиотеки, случившегося в 1747 году. И в 1757–1758 годы Академия наконец «принимается» за свое запустелое владение на углу набережной и 7-й линии. При участии зодчего Саввы Чевакинского, одного из лучших учеников Растрелли, дома Лутковского и Волкова перестраиваются «в один фасад» – они предназначаются для жительства «академических учеников» и служащих Академии наук.

Так на набережной Невы появился «Академический дом», а вскоре по соседству с ним начнется возведение грандиозного здания Академии художеств.

Здание «Академического дома». Фото 1980-х годов

В доме поселяются академики и сотрудники Академии. Неоднократно бывал здесь Ломоносов, жил и трудился многие годы Иван Кулибин (напомним, что во дворе этого дома он собрал модель своего однопролетного моста через Неву, – и благодаря этому «Академический дом» стал одной из главных достопримечательностей российской столицы, привлекая массы зрителей).

В 1790-е годы, когда Академия продала принадлежавший ей так называемый «Бонов двор», находившийся за Средним проспектом между 1-й и 2-й линиями (на «Боновом дворе») располагался академический ботанический сад), то на деньги, вырученные от этой продажи, было решено построить рядом с «Академическим домом» по 7-й линии и по Академическому переулку трехэтажное здание для Академической гимназии, существовавшей до 1803 года. Так рядом с домом сложился целый академический комплекс.

А в 1806–1810 годы по проекту и под надзором архитектора Д. Филиппова был перестроен и сам «Академический дом» – он получил тот вид, который сохраняется вот уже два столетия. Простой фасад, почти лишенный декоративной отделки, крыльцо парадного входа с четырьмя канеллированными колоннами дорического ордера и огромный балкон, обращенный к Неве, к построенному в середине XIX века первому постоянному мосту через нее…

Вот уже больше двухсот лет дом этот является местом жительства большинства российских академиков. Его можно назвать одним из главных «очагов» русской науки – потому что великие отечественные ученые не только жили в этом доме, но и работали, творили здесь. Были времена, когда наука создавалась не в стенах институтов и лабораторий, а в «домашних условиях», в уютных, заставленных книжными шкафами кабинетах. В этих кабинетах писались замечательные труды, рождались выдающиеся теории, выводились важнейшие формулы, определялись пути научного прогресса.

…Существует понятие «память места». Места, где проходили крупные, важные события истории, стены, в которых жили великие люди – все это важнейшие для нашего сознания, для нашего гражданского чувства «пространства памяти». И мы должны беречь и охранять их – потому что без них сузится пространства нашей души, ослабнет «связь времен». «Академический дом» на набережной Невы – одно из таких мест, предельно наполненных благодарной памятью потомков, исторической памятью.

Я часто бываю возле этого дома, не раз бывал и в его квартирах. И почему-то каждый раз рядом с ним я вспоминаю удивительные блоковские строки:

Что за пламенные далиОткрывала нам река!Но не эти дни мы звали,А грядущие века…

Века истории отечественной науки сошлись в этом доме. На его фасадах – 29 мемориальных досок, в которых увековечены имена лишь немногих великих русских ученых из тех, кто жил в этом доме. 29 мемориальных досок! В нашей стране нет другого такого дома, отмеченного таким же количеством памятных знаков. И уже одно это обстоятельство делает его особенным домом.

Сегодня он по-прежнему жилой дом, а, может быть, пора уже ему стать мемориальным музеем – музеем российской науки. Ведь такого музея у нас в стране почему-то до сих пор нет…

Мост Ивана Кулибина

…Отменный художник, коего природа произвела с отменным воображением, соединенным с справедливостью ума и, весьма последовательным разсуждением.

«Санктпетербургские ведомости» 10 февраля 1777 года

Ненаписанная до сих пор история отечественных изобретений и научных открытий полна удивительных человеческих судеб и драматических событий. Имя Ивана Кулибина – одно из самых ярких в этой истории. Недаром в 1777 году Академия наук специально изготовила в его честь золотую медаль с надписью: «Достойному».

Он прожил долгую жизнь – 83 года, поделив ее между двумя городами. На берегах Волги, в Нижнем Новгороде, он родился, прожил здесь первые 34 года и последние 17 лет своего земного срока, на берегах Невы протекла середина его жизни, почти 32 года.

Его жизнь можно считать удавшейся. Он целиком посвятил ее избранному им, любимому, главному делу. Родившийся в семье нижегородского купца-раскольника, не получивший никакого систематического образования, он прекрасно адаптировался не только к столичной жизни, но и к весьма своеобразной петербургской академической среде. В совершенстве владея приемами традиционной народной технологии, он обогатил ее новаторством изобретателя и конструктора, смелостью экспериментатора. Человек, привыкший и в совершенстве умевший работать руками (вспомним, как высоко ценил это умение Петр), он стал одним из первых и необыкновенно ярких представителей отечественной технической интеллигенции, более того, одной из самых ярких фигур в истории европейского технического прогресса второй половины XVIII века.

Он получил известность и признание, хотя большинство его изобретений не было реализовано, осталось в замыслах, проектах, чертежах и моделях. Его изобретения и работы касались самых разных отраслей: точная механика (сложнейшие, хитроумные механизмы, вроде знаменитых «часов яичной формы»), оптика – микроскопы и телескопы, фонари, мостостроение, машинные «водоходные суда» и даже пиротехника – фейерверки на знаменитом «потемкинском празднике» в Таврическом дворце.

Представленный императрице Екатерине во время ее пребывания в Нижнем Новгороде в мае 1767 года в качестве своеобразной местной «достопримечательности» Иван Кулибин был вскоре вызван