Среди Трусеров. Путешествие по растущему американскому конспирологическому подполью. - Jonathan Kay

Спустя шесть десятилетий после публикации романа «1984» видеопропаганда продолжает завлекать зрителей в сети экстремистских идеологий — но совсем не так, как предсказывал Оруэлл. В эпоху Второй мировой и холодной войн видеопропаганда была прерогативой правительств и солидных киностудий, поскольку только у них были средства, необходимые для аренды студий, найма актеров и съемочных групп, а также для создания сетей распространения медиаконтента. У Рифеншталь, например, при съемках «Триумфа воли» съемочная группа насчитывала 120 человек, а бюджет был практически неограниченным. Во время Второй мировой войны одно только Военное министерство США потратило на кинопроизводство более 50 миллионов долларов. С советской стороны кинопропаганду курировало щедро финансируемое Управление пропаганды и агитации ЦК — именно отсюда берет начало термин «агитпроп». В своей книге «Голубая книга Общества Джона Бёрча», вышедшей в 1958 году, Роберт Уэлч уделил телевидению всего пару абзацев, отвергнув его в качестве инструмента для продвижения своего дела: «Я знаю о фантастической стоимости телевизионных программ. Поэтому позвольте мне заметить, что я не считаю разумным какое-либо масштабное использование нами телевидения в ближайшее время... Его отдельные воздействия — это лишь скользящие удары малой глубины по сравнению, скажем, с великой книгой, которую можно перечитывать снова и снова».

Более того, чисто количественно в распоряжении конспирологов той эпохи попросту не было достаточного объема архивных видеоматериалов, чтобы состряпать из них собственные работы. Произойди убийство Кеннеди в 2011 году, это событие запечатлели бы десятки — а возможно, и сотни — любителей на свои видеокамеры и мобильные телефоны. В течение нескольких часов большая часть этих кадров была бы загружена на YouTube, в Facebook и на другие сайты, где конспирологи принялись бы разбирать их по секундам в поисках «аномалий». В реальности же убийство Кеннеди было заснято ровно одним человеком — производителем женской одежды Абрахамом Запрудером. Но даже его 8-миллиметровая пленка имела для конспирологов ограниченную ценность, поскольку Запрудер передал права на неё журналу Life. Лишь в 1975 году — через двенадцать лет после гибели Кеннеди — исследователям убийства удалось показать фильм Запрудера по общенациональному телевидению.

Начиная с 1990-х годов объем доступного любителям видеоматериала резко вырос благодаря интернету, широкому распространению цифровых технологий съемки и программ для видеомонтажа. Расходы устремились к нулю. По сути, многие из наиболее популярных видеороликов, распространяемых сегодня на YouTube, были созданы буквально за бесценок, поскольку они состоят исключительно из материалов, снятых другими людьми и смонтированных с помощью бесплатного софта. Одним из особенно популярных жанров видео на конспирологических сайтах является так называемый «мэшап с неопровержимыми уликами» (Smoking Gun Mash-up) — нарезка вырванных из контекста видеофрагментов, смонтированных так, будто некий общественный деятель или группа лиц раз за разом признаются в каком-то шокирующем преступлении или тайне. Один популярный десятиминутный ролик под названием «Обама признается, что он мусульманин» (к моменту, когда я его посмотрел весной 2010 года, он набрал около двух миллионов просмотров) состоит из десятков подобных фрагментов выступлений и интервью Обамы, причем многие из них короче одного предложения.

Во многих случаях конспирологи могут даже выступать в роли главных звезд собственных пропагандистских видеороликов. Как уже упоминалось, одержимые уличные демонстранты, протестующие против официальной версии событий 11 сентября, такие как Люк Рудковски, регулярно выкладывают на YouTube ролики, где они «сталкивают» публичных фигур лицом к лицу с Истиной. На практике это обычно сводится к преследованию их с мегафонами на публичных мероприятиях или к зачитыванию манифестов во время сессий вопросов и ответов после лекций в колледжах.

Однако кое-что осталось неизменным. Подобно Рифеншталь или воображаемому Старшему Брату Оруэлла, сегодняшние интернет-пропагандисты подавляют интеллектуальные защитные механизмы зрителей бесконечным нагромождением разрозненных видеофрагментов, подводящих к единой, всеобъемлющей, пробирающей до дрожи Истине с большой буквы. Например, распространяемые в интернете пропагандистские фильмы джихадистов обычно состоят из бесконечных сцен резни, демонстрирующих мертвых и умирающих мусульман, ставших жертвами американских бомб или израильских танковых снарядов, вперемежку с заявлениями о том, что ислам со всех сторон осажден неверными, жаждущими геноцида. Там, где это возможно, камера задерживается на лице мертвого ребенка, на кричащих родителях, на изувеченных телах. Реальные обстоятельства этих убийств либо игнорируются, либо искажаются до неузнаваемости. Многие террористы признавались, что именно эти видеоролики стали самым мощным фактором их идеологической обработки.

По сравнению с другими формами конспирологической видеопропаганды, материалы Движения за истину об 11 сентября обычно сделаны более изощренно, поскольку и их создатели, и их потребители — это, как правило, технически подкованные интернет-зависимые люди с высшим образованием. Вместо того чтобы фокусироваться на крови и жестокости, типичные фильмы трусеров, такие как популярная серия «Разменная монета», перемежают шокирующие кадры разрушения Всемирного торгового центра архивными кадрами чиновников администрации Буша с угрожающим или самодовольным выражением лица. Тем временем авторитетно звучащий голос за кадром зачитывает длинную череду не связанных между собой фактов, которые якобы связывают теракт и действия администрации воедино.

Диктор за кадром обычно подробно останавливается, например, на различных корпоративных, политических и семейных связях, объединяющих Всемирный торговый центр и Белый дом — таких как тот факт, что брат Джорджа Буша-младшего, Марвин, когда-то входил в совет директоров компании (Securacom), обеспечивавшей безопасность Всемирного торгоческого центра. Ни один из этих фактов не имел бы особого значения для обычного человека, прочитай он их в книге или услышь в разговоре. Но будучи связанными воедино в видеоролике, они могут казаться значительными и даже пугающими.

Особенно это касается зрителей в измененном состоянии сознания. Майки Мец, выпускник Университета штата Нью-Йорк в Олбани, который ведет блог под названием «Исповедь бывшего Трусера» («Бред и разглагольствования того, кто впустую потратил год своей жизни, оказавшись втянутым в ложь Движения за истину об 11 сентября»), описывает свои годы в движении как сплошной туман марихуановой зависимости. «Часто по ночам кто-нибудь пускался в революционные разглагольствования, а мы все бурно радовались и воодушевлялись», — рассказал он мне. «В то время я курил много травки с теми ребятами. Если заниматься этим каждый день и смотреть пропаганду, критическое мышление просто отключается. Со временем становишься параноиком. Если смотреть пропагандистский фильм под кайфом, ты очень уязвим». (Мец в итоге покинул движение за истину всего через несколько недель после того, как завязал.)

В то время как конспирологов часто стереотипно представляют как легковозбудимых безумцев, создатели самых популярных современных пропагандистских видеороликов используют противоположный подход: дикторы говорят отрывистым, уверенным, сдержанным, монотонным голосом в стиле «только факты, мэм», тем самым внушая, что материал представляет собой беспристрастный научный анализ. (Существует, однако, заметное исключение: фильмы о медицинских теориях заговора, ориентированные непосредственно на родителей — например, жанр