Цель. Процесс непрерывного совершенствования - Элияху Моше Голдратт

– У меня предложение по Модели 12, которое ты можешь передать Бернсайду, – говорю я.

– На самом деле? – возбужденно спрашивает Джонс. – Ты хочешь взять этот заказ?

– С некоторыми условиями, – заявляю я. – Во-первых, абсолютно нереально, чтобы мы поставили всю тысячу единиц за две недели. Но мы можем отправлять по 250 в неделю в течение четырех недель.

– Я думаю, на это они согласятся, – говорит Джонс. – А когда ты можешь начать отгрузки?

– Через две недели после того, как они дадут нам заказ, – отвечаю я.

– Ты в этом уверен? – спрашивает Джонни.

– Отгрузки будут делаться именно тогда, когда я обещаю, – твердо говорю я.

– Ты в этом так уверен?

– Да.

– Хорошо-хорошо. Я позвоню им. Посмотрим, заинтересует ли их это. Только, Ал, я очень надеюсь, что все это реально, потому что мне совсем не хочется, чтобы у нас опять возникли с ними какие-то неприятности.

Через пару часов звонит мой домашний телефон.

– Ал? Мы получили! Получили заказ! – кричит Джонс мне прямо в правое ухо. А левым ухом я слышу, как на наш приходный счет падает миллион долларов. – И знаешь что? – продолжает Джонс. – Поставки маленькими партиями устраивают их даже больше, чем получение тысячи единиц сразу!

– Отлично, – говорю я ему. – Я запускаю все прямо сейчас. Можешь им передать, что мы отправим первые 250 единиц ровно через две недели.

Глава 30

В начале следующего месяца мы собираемся на совещание. Все на месте, кроме Лу. Боб говорит, что Лу сейчас подойдет. Я сажусь за стол и начинаю нетерпеливо ерзать. Чтобы не выбрасывать время попусту в ожидании Лу, я интересуюсь ситуацией с отгрузкой заказов.

– Что по заказу Бернсайда? – спрашиваю я.

– Первая отправка ушла по графику, – отвечает Донован.

– А все остальное?

– Таких проблем, которые требовали бы обсуждения здесь, нет, – говорит Стейси. – Блоки управления прибыли с опозданием на день, но у нас было в запасе достаточно времени, чтобы сделать сборку, не задерживая отправку. А партию этой недели мы получили от поставщика вовремя.

– Отлично. Последняя информация по уменьшенным размерам партий?

– Поток стал даже лучше, – отвечает Боб.

– Превосходно, – говорю я.

И тут появляется Лу. Он опоздал, так как заканчивал подбивать цифры по прошлому месяцу. Лу садится и смотрит прямо на меня.

– Ну? – спрашиваю я. – Мы сделали 15%?

– Нет, – отвечает он. – Мы сделали 17%, частично благодаря Бернсайду. Следующий месяц тоже выглядит нормально.

Затем Лу подводит итоги нашей работы за второй квартал. Теперь мы имеем прочное положительное сальдо. Материально-производственные запасы составляют около 40% от того, что было три месяца назад. Проход вырос вдвое.

– Что ж, мы прошли длинный путь, не так ли? – говорю я.

Когда на следующий день я возвращаюсь с обеда, на моем столе лежат два хрустящих белых конверта с лого дивизиона «ЮниВер» в левом верхнем углу. Я открываю один конверт и разворачиваю плотный лист бумаги. Письмо небольшое – всего два коротких абзаца и подпись Билла Пича внизу. Это поздравление по поводу заказа Бернсайда. Я вскрываю второй конверт и вижу, что второе письмо тоже от Пича. Оно тоже короткое и по делу. В нем мне официально предписывается подготовить отчет о деятельности завода, который будет заслушан в штаб-квартире.

Улыбка, с которой я читал первое письмо, становится еще шире. Три месяца назад это второе письмо повергло бы меня в отчаяние, поскольку я предполагал, что на основе этого отчета будет решаться дальнейшая судьба нашего завода. Я ожидал какой-то официальной оценки. И теперь меня это не пугает. Наоборот, я хочу, чтобы она была сделана. О чем нам сейчас беспокоиться? Черт возьми, это просто отличная возможность показать, чего мы добились!

Проход растет вместе с увеличением числа клиентов, которых поставляет нам отдел маркетинга. Материально-производственные запасы составляют малую толику того, что было раньше, и продолжают уменьшаться. С увеличившимся объемом работы и количеством деталей, на которые распределяются затраты, наши операционные расходы сократились. Мы делаем деньги.

На следующей неделе я и мой начальник отдела кадров Скотт Долин на два дня уезжаем на конфиденциальное совещание директоров заводов дивизиона, которое проводится в Сент-Луисе группой, отвечающей за отношения между администрацией и профсоюзами. Обсуждается в основном необходимость достижения уступок со стороны различных профсоюзов по вопросам зарплаты. Это совещание для меня абсолютно бесполезно, поскольку в Берингтоне нет особой необходимости в снижении зарплаты. Я не испытываю никакого энтузиазма относительно большинства предлагаемых стратегий, зная, что это может вызвать трения с профсоюзом и привести к забастовке, тем самым сведя на нет весь достигнутый нами прогресс по обслуживанию клиентов. Я уже не говорю о том, что совещание плохо организовано и заканчивается практически без принятия каких-либо серьезных решений. Я возвращаюсь в Берингтон.

Около четырех часов дня я вхожу в офисное здание. Дежурная на проходной машет мне рукой – просит задержаться. Она говорит, что Боб Донован хотел видеть меня сразу же, как только я появлюсь. Я прошу его разыскать, и через несколько минут Боб торопливо заходит в мой кабинет.

– Что случилось, Боб?

– Хилтон Смит, – коротко отвечает он. – Он сегодня был на заводе.

– Смит был здесь? – переспрашиваю я. – Зачем? Боб качает головой:

– Помнишь про ту видеосъемку с роботами, о которой шла речь пару месяцев назад?

– На ней же поставили крест, – замечаю я.

– И возродили к жизни, – говорит Боб. – Только теперь вместо Грэнби Хилтон, поскольку он директор, отвечающий за производительность дивизиона. Утром я подошел взять кофе из кофемашины в проходе В и увидел телевизионную группу, идущую по заводу. А к тому времени, когда я выяснил, что они здесь делают, Хилтон Смит уже стоял рядом со мной.

– Выходит, никто не знал, что они должны приехать? – спрашиваю я.

Боб говорит, что об этом знала Барбара Пенн (она занимается связями с работниками).

– И что, ей не пришло в голову сообщить кому-нибудь? – интересуюсь я.

– Понимаешь, они слишком поздно предупредили об изменении планов, – объясняет Боб. – А поскольку ни тебя, ни Скотта не было на месте, Барбара решила заняться этим сама, уладила вопросы с профсоюзом и все организовала. Она разослала всем служебную записку, но ее получили только сегодня утром.

– Нет ничего лучше инициативы, – бормочу я себе под нос. Дальше Боб рассказывает мне о том, как телевизионщики Хилтона стали устанавливать оборудование перед одним из роботов – не перед тем, который делает сварку, а перед другим, который штабелирует материалы. Но тут возникла проблема: робота совершенно нечем было занять. Не было материалов – не было и работы.

На видеопленке о производительности робот, естественно, не мог стоять просто так, ничего не делая. Донован и пара его