Маленков. Несостоявшийся вождь СССР - Рудольф Константинович Баландин

А ещё, как мне кажется, для Хрущёва это была акция, которой он заявлял себя активным государственным деятелем. В случае успеха, в чём трудно было сомневаться, учитывая общий курс на дружбу народов и юбилейный год, он приобретал дополнительный авторитет. Шутка ли: в результате его инициативы были внесены изменения в конституции СССР и двух республик!

Вообще, после устранения Берии именно Никита Сергеевич постарался стать не только первым в партийной иерархии, но и главным инициатором перестройки Советского Союза на антисталинский лад.

Е.Ю. Спицын привёл примеры серьёзных формальных нарушений в процессе принятия такого важного государственного мероприятия. На мой взгляд, они показывают, что всё это делалось в спешке, без предварительной подготовки, без серьёзных обсуждений. Было бы интересно узнать у историков: а есть ли какие-то документы, свидетельства очевидцев о том, как, в каких разговорах и совещаниях предварительно обсуждался этот вопрос?

Но все формальности остаются в архивах. Существует окончательный реальный законодательный акт: в апреле 1954 года Верховный Совет СССР принял закон «О передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР». Затем были внесены соответствующие изменения в конституции.

Никто в то время об этом обстоятельстве не задумывался всерьёз. Была единая великая держава с единым коллективным руководством, но без вождя во главе. Того вождя, который воспрепятствовал сделать Крым еврейской автономией и при котором никаких такого рода государственных подарков не делали. Никто не мог предполагать, что когда Россия и Украина станут обособленными буржуазными республиками, между ними начнётся ожесточённый вооружённый конфликт, и «Крым наш» будет первым яблоком раздора.

Публикация Указа о передаче Крыма в состав УССР. 9 марта 1954 г.

…Принято считать, что в «коллективном руководстве» шла постоянная борьба за власть. Но, повторю, единственным человеком в этой группе, кто после смерти Сталина упорно, целеустремлённо стремился к верховной единоличной власти, был Хрущёв.

По своему умственному кругозору, знаниям и практическому опыту он был не более чем руководителем областного масштаба или, может быть, на уровне союзной республики, но лишь как исполнитель более высокого и квалифицированного начальства. Он был плоть от плоти партийной номенклатуры и, как говорится, «нутром чуял» основные чаяния и надежды этой порядком обуржуазившейся касты.

То, что Крым передали Украине, Никита Сергеевич, судя по всему, справедливо расценил как свой большой успех. Во время торжественного приёма в Кремле по случаю воссоединения Украины с Россией, он не скрывал своего торжества.

В мемуарах «Непримкнувший» (2000) Д.Т. Шепилов свидетельствовал: Хрущёв «провозглашая тост за тостом, опрокидывая рюмку за рюмкой, весь сиял от удовольствия. Как и во всех других случаях, чем больше насыщался он алкогольным нектаром, тем неудержимей становилась его жажда речи… В присутствии всех гостей, их жён, членов дипломатического корпуса, официантов, Хрущёв снова подробно, с самодовольством излагал всю историю ареста Берии и суда над ним. Он рисовал живописные картины — как быстро мы решили все стоящие перед страной задачи и будем вкушать плоды изобилия, перейдём от «сицилизьма» к «коммунизьму». Теперь даже не посвящённые в «тайны Кремля» видели, в какую сторону произошла передвижка сил… Где-то незаметно, почти в одиночестве стоял, переминаясь с ноги на ногу, Маленков… Весь зал заполняли теперь голос, жесты, лоснящиеся от жирных блюд улыбки того, кто именовался теперь Первым секретарём ЦК».

Он превратился в знаковую фигуру, чувствуя за собой молчаливую поддержку партийных функционеров. Для них Берия олицетворял верховенство закона и органов власти, которых надо остерегаться. Теперь произошёл не всеми ещё замеченный переход партаппарата к абсолютному господству в обществе, а по сути дела — над советским народом.

…Сообщение ТАСС: «28 сентября 1954 года, в связи с празднованием пятой годовщины Китайской Народной Республики, в Пекин отбыла правительственная делегация СССР в составе: Первого секретаря ЦК КПСС и члена Президиума Верховного Совета СССР Хрущева Н.С. (руководитель делегации), Первого заместителя Председателя Совета Министров СССР Булганина Н.А., Заместителя Председателя Совета Министров СССР Микояна А.И., Председателя ВЦСПС Шверника Н.М., Министра культуры СССР Александрова Г.Ф., главного редактора газеты «Правда» Шепилова Д.Т.». Перечень продолжился, но в нём не оказалось двух наиболее подходящих для такого случая человек: председателя Совета Министров СССР Маленкова и министра иностранных дел Молотова.

Почему они не возглавили столь представительную делегацию? Не знаю, какие версии существуют на этот счёт. Конечно, надо было кому-то из «коллективного руководства» оставаться в стране. Но визит был связан с важными государственными вопросами, в частности, с передачей Китаю Порт-Артура и другими уступками со стороны СССР. Разве это не проблемы председателя Совмина и многолетнего опытнейшего министра иностранных дел СССР?

Никита Хрущёв провозглашал тост за тостом за переход Крыма на УССР. 1954 г.

Возникает подозрение, что Маленков и Молотов не соглашались с некоторыми уступками Китаю, но вынуждены были отступить под давлением большинства Политбюро.

Как вспоминал Шепилов: «Аэродром залит светом прожекторов. Последние распоряжения. Хрущев в благодушном настроении. Каламбурит, подтрунивает, как всегда, над Микояном, предлагает Швернику «готовиться кушать змей». Он явно доволен. Это его первая международная миссия, и он как-то весь светится».

Выходило так, что Хрущёв брал на себя обязанности не только партийного вождя, но и Председателя Совета Министров. С китайскими товарищами, которые соблюдали спокойную деловитость, он вёл себя слишком развязно; говорил почти без остановок, при отдельных веских и образных репликах Мао. Свидетель этой встречи Шепилов писал:

«— Самая наша крупная победа, — продолжал своё повествование Хрущев, — это разоблачение Берии.

И он начал со всеми подробностями «от печки» излагать дела и злодеяния Берии. Он перебирал многочисленные преступления, которые творились Берией и его приспешниками по МГБ, живописал его мерзкие альковные утехи, самодовольно излагал, как удалось, шаг за шагом, «охмурить» Берию, сцапать и казнить его.

Хрущев говорил смачно. Вставал с кресла. Жестикулировал. Пересыпал свою речь всякими прибаутками и хохмами. Ощущение было такое, будто в этом чинном зале вспороли свиную брюшину, и он наполнился зловонием».

Никита Сергеевич упивался своей победой и выходом в единоличные лидеры СССР, хотя пока ещё формально это не было закреплено.

Кстати, о Д.Т. Шепилове. В то время, о котором идёт речь, он был сторонником и помощником Хрущёва, который, придя к единоличной власти, назначил его министром иностранных дел СССР. Как видно, Шепилов был, когда надо, вполне примкнувшим — сначала к Хрущёву, а позже — к его противникам.

ПОД ДАМОКЛОВЫМ МЕЧОМ?

Необычайны превратности судьбы Маленкова. После смерти Сталина он стал его преемником как председатель Совета Министов, осуществил благотворные для народа и государства реформы, приобрёл немалую популярность. Казалось бы, ничто всерьез не угрожало его дальнейшему пребыванию на высоком посту.

Он попытался сделать так,