Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Спокойно возвращайтесь к чтению, словно ничего не произошло. Ведите себя как обычно и ничем не показывайте, что читали это сообщение или что-то заподозрили.

Гость через некоторое время уйдет.

Денис

Я вытер руки от складской пыли, бросил пустую картонку в мусорный бак и вернулся в торговый зал. Поддон с утренней молочкой был успешно раскидан по холодильникам. Спина, несмотря на недавнее знакомство со шваброй, вела себя прилично. Видимо, адреналин еще не до конца выветрился.

Я поднял глаза на входную дверь и замер.

Поморгал. Протер глаза тыльной стороной ладони. Снова посмотрел.

Дверь стояла на месте, идеально ровная. Никаких вырванных с мясом петель, никаких кусков выкрошенного бетона. Стальное полотно было гладким, без единой вмятины, а сквозь стекло виднелись опущенные рольставни, которые выглядели так идеально, словно их только что привезли с завода.

Я подошел ближе и потрогал дверной косяк. Холодный металл. Краска даже не облупилась.

Сердце екнуло, и я на одних рефлексах метнулся к терминалу. Если Магазин сам заказал экстренный ремонт, пока я таскал кефир, то сейчас на моем балансе должна красоваться финансовая воронка размером с Марианскую впадину.

Я впился взглядом в зеленый экран.

[БАЛАНС ТОЧКИ: 160 150 ₽]

[ШТРАФ ЗА ПОРЧУ ФАСАДА: 0 ₽. СТАТУС: СПИСАНО ЗА СЧЕТ ЗАВЕДЕНИЯ]

Я шумно выдохнул, чувствуя, как внутренний жабо-бухгалтер, уже приготовившийся к инфаркту, медленно опускается обратно в свое кресло и начинает обмахиваться накладной.

— Зам, ты это видишь? — я повернулся к Коте, который вылизывал лапу, сидя на чипсах. — Реген фасада на клеточном уровне. Нанотехнологии в Веретейском тупике! Жилищник бы за такие фокусы душу дьяволу продал, а у нас это входит в базовое обслуживание.

Котя оторвался от лапы, посмотрел на дверь, зевнул и вернулся к умыванию.

— И заметь, ни копейки не списали! — я благоговейно погладил пузатый бок монитора. — «Списано за счет заведения». Значит, Система все-таки умеет отличать вандализм от героической обороны. Я теперь не просто расходник, Котя, а лейкоцит с кассовым аппаратом, на хрен!

— БЗЗЗ. ЛЕЙКОЦИТУ. НУЖНО. НЕФИЛЬТРОВАННОЕ. БЗЗЗ, — тут же подала голос банка со стеллажа. Толик зачем-то решил вернуться к роли аниматроника.

— Аниматроникам пиво не положено, — отрезал я. — Окислишься.

— У-у-у, клятый капиталист.

— Я вообще-то работяга.

— Да кому ты рассказываешь, давно уже за зарплату продался Мировой Системе.

Из коридора послышались шаги, и в зал вышла Марина.

Она успела умыться в раковине подсобки, пригладила волосы и теперь выглядела почти нормально, если не считать легкой бледности. В одной руке она держала стаканчик с дымящимся капучино, в другой — пакетик с влажными салфетками и шоколадным батончиком, которые я пробил ей еще до того, как ушел на склад.

Марина сделала глоток, подняла глаза на выход… и застыла. Стаканчик в ее руке опасно накренился.

— Денис… — она перевела растерянный взгляд с двери на меня и обратно. — А… где?

— Что именно? — невинно поинтересовался я, опираясь на прилавок.

— Дыра! Ну, там же двери не было! Петли были вырваны! Эта… штука с бигуди… она же всё смяла! Я сама видела!

Я сочувственно покачал головой и понизил голос до доверительного шепота:

— Марина, это всё стресс. Обычный стресс. У страха глаза велики. Тебе показалось, что дверь выломали, а на самом деле это был просто очень сильный сквозняк. У нас в промзоне такие сквозняки, закачаешься.

Она посмотрела на меня долгим, немигающим взглядом. Потом подошла к двери, потрогала ровный металл, поскребла ногтем свежую краску.

— Сквозняк, значит, — медленно произнесла она. — То есть говорящая голова в банке из-под помидоров — это китайский аниматроник. Тени, которые мы жгли дезодорантом — оптическая иллюзия. А самовосстанавливающийся бетон…

— Сквозняк, ага.

— Я правильно усвоила корпоративную политику вашего заведения?

— Идеально, — я широко улыбнулся. Так вот как чувствует себя Директор, объясняя мне очередную дичь физикой за восьмой класс! — Схватываешь на лету. С таким подходом тебя хоть завтра можно брать в региональные менеджеры.

Марина не выдержала и фыркнула, прикрыв рот ладошкой, чтобы не рассмеяться в голос. Напряжение, висевшее на ее плечах, наконец-то отпустило.

Я посмотрел на часы. Половина седьмого. До прихода тети Зины еще полчаса, товар раскидан, пол вымыт.

Я глянул на Марину. Девушка пережила сегодня локальный конец света, помогла отбиться от нечисти, заботливо забинтовала мне голову (хоть я и выглядел теперь как контуженый фараон), а теперь ей предстояло идти одной через утренний туман до трамвайной остановки. Тем самым маршрутом, где час назад бродили красные силуэты и гопники.

Внутренний логист привычно начал просчитывать риски. А потом я просто мысленно послал логиста подальше.

— Слушай, — неожиданно для самого себя сказал я. — Тебе на какой трамвай?

— На семерку, — Марина удивленно вскинула брови. — А что?

— Я закрою точку на пятнадцать минут. Провожу тебя до остановки.

На секунду в магазине повисла тишина. Толик в банке даже булькать перестал от такого нарушения субординации. Марина уставилась на меня так, будто я предложил ей слетать на Луну за счет магазина.

— Денис, ты чего? Не надо, у тебя же работа… И вообще, светло уже, я добегу…

— Отказы не принимаются, — я стянул с крючка свою потрепанную куртку и вытащил из-под прилавка картонную табличку «ТЕХНИЧЕСКИЙ ПЕРЕРЫВ 15 МИНУТ». — Во-первых, ты наш ценный клиент. Во-вторых, ты спасла меня от кровотечения. В-третьих, я хочу подышать воздухом, в котором нет запаха хлорки и паленой резины.

Щеки Марины слегка порозовели. Она улыбнулась, уже по-настоящему, тепло и немного смущенно.

— Ну… если только воздухом подышать.

Я повесил табличку на стекло, вышел следом за ней и провернул ключ в замке. Чугунный механизм щелкнул, надежно запирая Котю, терминал и дремлющего в банке Толика.

Утро выдалось зябким, но свежим. Дождь смыл всю ночную грязь, оставив после себя запах мокрого асфальта и прелой листвы. Тумана не было и в помине — обычный серый московский рассвет.

Мы пошли по аллее вдоль гаражей.

— Голова не болит? — спросила Марина, покосившись на мой белый тюрбан из бинтов.

— Болит, но с чувством выполненного долга, — я усмехнулся. — Если препод спросит, почему я такой красивый, скажу, что постигал основы Древней истории через глубокое погружение в материал.

Она рассмеялась.

— Ты вообще учишься где-то или только