Шеф-повар придорожной таверны IV - Кирилл Игоревич Коваль

— Оборотней! Добыча же!

— Каких ещё оборотней⁉ Какая добыча? — Я окончательно перестал понимать происходящее.

— Ну… добыча. Когда вас искали! — Яник удивленно захлопал глазами. — Так оборотни же добыли.

Он сказал это таким тоном, будто объяснял совершенно очевидную вещь. Типа как ты можешь этого не знать⁈

— Приехали люди Асела, сказали, что это добыча оборотней, они только повозку забрали и четырёх коней.

Он махнул рукой в сторону конюшни.

— Тоже, кстати, надо вывести. А остальных сюда пригнали. Сказали ждать, оборотни вернутся и заберут.

Я медленно перевел взгляд обратно на табун. Тридцать с лишним хороших верховых лошадей. Некоторые выглядели настолько красивыми и ухоженными, что даже я понимал — стоят они очень дорого. Только сейчас вспомнился рассказ Тарса. Именно оборотни первыми добрались до стоянки похитителей после нашего побега. Мы как-то вообще о них не думали. Да и не до них было. А оно вон как…

— Там ещё полный дровяной сарай оружия и разного барахла! Там вообще все! Гора целая! Оно просто всё грязное, некоторое в крови и иле, что-то разорвано. Я не разрешил в кладовку, решил, что в деревянном складе самое место! Велел туда разгружать!

Яник последнюю фразу произнес с нескрываемой гордостью. Ну да. Одиннадцать лет человеку, а уже командовал взрослыми воинами. Тут хочешь не хочешь — загордишься.

— Пойду посмотрю… — ответил я и направился к сараю.

Стоило открыть дверь, как стало понятно насчет «всё» и «гора» — Яник нисколько не преувеличил. Запашок стоял, надо сказать… Если это так и оставить, через неделю половина кожи покроется плесенью, железо начнет рыжеть, а через месяц добрая часть этого богатства превратится в мусор. Неизвестно, когда оборотни придут. Может, и сегодня, а могут и через месяц, продукты-то им отдали, я узнавал. Жалко же. Надо хотя бы разобрать и может по стенам развесить, чтобы не прело… Сходил за молотком и гвоздями. Когда доспехи отдадим, гвозди я выну и верну обратно в кузню. Но едва я принялся разгребать наваленное, понял, что работы здесь — в лучшем случае до самого вечера. Весь сарай оказался завален оружием, доспехами и каким-то добром, которое оборотни или воины Асела, похоже, сгребали без особой разборчивости. Просто складывали всё подряд. Первым под ноги попался длинный кавалерийский щит с оборванным ремнем. Рядом валялись два копья. Одно целое, второе треснутое по всей длине.

Чуть дальше высилась куча самых обычных солдатских мечей. Именно такими были вооружены наёмники. Несколько сабель. Топоры. Боевой молот даже, не помню, кто таким был вооружен. Замотанных в плащ штук двадцать ножей в ножнах. У дальней стены стояли несколько арбалетов. Один выглядел совсем новым. Возле них громоздились седла. Много. Даже два лиерских седла с высокой лукой нашлись, с теснением, но такие я у наших похитителей не видел. Скорее всего, тут ещё добыча с захвата обоза с оружием. К ним были свалены подпруги, уздечки, стремена, поводья, какие-то ремни и целый ворох прочей конской сбруи.

В другом углу лежали доспехи. Кольчуги. Стёганые поддоспешники. Кожаные куртки с нашитыми металлическими пластинами. Шлемы, наручи, поножи. Поверх всего этого были небрежно набросаны плащи, одеяла, перемётные сумы и одежда. Когда тронул их, запах поднялся такой, что глаза начинали слезиться. Тут и кровь, и тина, и мокрая кожа. Плесень.

— Да уж… — пробормотал я.

Я первым делом распахнул обе двери сарая настежь. Потом начал разбирать верхний слой. Кожаные доспехи один за другим развешивал на стенах, вбивая гвозди прямо между брёвнами, так проще потом будет их вынуть. Металлические складывал отдельно. Оружие — ещё в одну кучу. Потом добрался до плащей. Почти все оказались сырыми. Я только покачал головой.

— Нет… так дело не пойдёт.

Собрал охапку и вынес на солнце. Потом подумал и начал собирать всё тряпичное, что можно стирать, и понёс в портомойню.

Женщины как раз заканчивали мыть котлы после завтрака.

— Лика, Лаура… сможете всё это замочить? Потом постирать. Так, чтобы запах сбить.

Обе одновременно посмотрели сначала на меня, потом на ворох плащей. Женщины только переглянулись.

— Замочим. Только постираем после обеда.

— Да мне не к спеху.

Я сходил ещё несколько раз, перенеся всю тряпичную амуницию. Одеяла и спальные мешки сам развешал по забору, на солнце.

В сарае стало заметно свободнее, а воздух наконец начал понемногу выветриваться.

Остановившись на пороге, я ещё раз окинул взглядом всё богатство. Блин… Да тут работы не на один день, уже реально оценил увиденное. Но если этим сегодня не заняться, потом добрая половина испортится. Я невольно усмехнулся.

— Нет уж, дорогие оборотни. За участие в поисках, конечно, спасибо и поклон земной… Но за уход за вашей добычей… я с вас отдельно возьму. Такой работой бесплатно пусть кто-нибудь другой занимается.

— Вес!

Из таверны донёсся голос Маши.

— Ты где?

— Здесь!

— Иди сюда! Надо обсудить одно дело, пока все разъехались!

Я ещё раз посмотрел на сарай. Ладно, сперва действительно к обеду подготовимся, а потом до вечера у меня день свободный. Никуда оно не денется после того, как я тут проветрил и разобрал…

Я помыл руки у колодца и направился в таверну.

Когда я вошёл, за большим столом уже сидели Маша, Савр и его старший сын. Перед ними лежал раскрытый блокнот, а на столе стояли кружки с квасом и деревянная тарелка с остатками пирога. Савр выглядел немного смущённым.

Увидев меня, Маша сразу проговорила:

— Весел… У нас намечается небольшая проблема.

Я сел рядом.

— Что случилось?

Мужчина почесал затылок.

— Ещё несколько дней — и мы не сможем возить вам столько продуктов, сколько вы заказываете. По первости я вам приводил по полтелеги раз в два дня, а теперь телегу в день, а пока у вас гостили воины — и вовсе две ходки в день приходилось делать. Мяса больше не будет, кого можно было забить — в деревне уже забили. Остальное не раньше осени.

Я вопросительно посмотрел на него.

— А если брать в других деревнях?

Мужчина покивал:

— Как раз обсуждаем… яйца, молоко, творог, масло, овощи… Мы ещё можем тут брать. Да оно так и придётся, не довезём по такой жаре. Тут вон вчера, пока ездили собирали, первые крынки молока скисли.

Его сын виновато пожал плечами.

— Вчера просто объезжали самые дальние дворы.

— С овощами будет проще, уже пошли. Сегодня уже капусты