Вкус чтения тысячи томов - Цзи Сяньлинь

также не всегда было одинаковым. Сегодня весь наш народ усердно трудится ради построения социализма с китайской спецификой[248], и для скорейшего достижения этой цели стране необходимо опираться на стабильность и сплоченность, на «согласие». Верно используя теорию об устоях и видах отношений, можно регулировать общественный порядок, сохранять стабильность и монолитность. Лишь разрозненность в мире неверна! Самое дорогое для нас – порядок, сплоченность и мирное сосуществование. Только в этом случае мы сможем направить усилия на распространение наилучших образцов культуры китайской нации и на развитие нашего патриотизма. Необходимо твердо придерживаться нашей позиции, чтобы добиться поставленных целей. Ведь в итоге это не только позволит китайской нации прийти к процветанию, но также окажет положительный эффект на все страны мира. Согласитесь, дело стоящее, к нему нельзя отнестись легкомысленно!

В «Полном собрании трудов по четырем разделам», а также в нашем «Сборнике по дополнительному указателю» собраны исключительно китайские классические произведения, и во многих из них содержатся призывы к единению, о котором я писал выше. Конечно, «Полное собрание» не смогло избежать критики, его называли «остатками собрания книг по четырем разделам», но это относилось лишь к некоторой части книг. Я убежден, что нам и сегодня нужно пользоваться этим собранием, поскольку в нем сосредоточена обширная коллекция мудрости, а кроме того, оно весьма удобно для наведения справок. Собственно говоря, «Сборник» нацелен на то же самое.

Популяризацию китайской культуры одобрил весь наш народ, и носителей этих ценностей очень много. Письменные источники, а именно классические книги, занимают здесь очень важное место.

Китайская классическая литература безбрежна, как океан. Даже ученому-специалисту довольно трудно сориентироваться в нем, не говоря уже о простом человеке. «Полное собрание трудов по четырем разделам», а также «Сборник по дополнительному указателю» – это целостная библиотека-серия, которую действительно можно назвать «коллекцией жемчужин и самоцветов». Поэтому наше издание, без сомнения, с радостью встретят китайские и международные научные круги.

Составление «Сборника по дополнительному указателю» привлекло внимание научных кругов и стало предметом дискуссий. С какими полезными предложениями выступили ваши китайские и зарубежные коллеги?

Такое масштабное мероприятие, естественно, привлекло внимание и породило массу дискуссий. В них участвовали сторонники «Сборника», его противники и те, кто задавал вопросы по поводу отдельных наших формулировок, что, на мой взгляд, совершенно естественно. Сторонники придавали нам храбрости, противники – служили отражением. Все они поступали исходя из национальных и коллективных интересов, все хотели выполнить свое дело как следует, а вовсе не из враждебных побуждений. Это очень тронуло нас. Мне запомнились некоторые хорошие предложения, которые мы старались учитывать. Вообще это очень обширная тема, я не стану сейчас вдаваться в подробности.

Как известно журналистам, многие читатели пока не знают, какие именно произведения вошли в серию сохранившихся книг, и выражают обеспокоенность, что в нее могли попасть романы легкого содержания, развлекательная или второсортная литература.

На мой взгляд, этой проблемы не существует, и когда наши читатели увидят изданную книгу, то они сами все поймут. Готовя этот материал, мы исключали популярные романы, песенные сказы таньцы[249] и баоцзюань[250], восьмичастные сочинения с экзаменов кэцзюй и испорченные книги.

Какими еще важными замечаниями следует поделиться с читателями, по мнению главного редактора?

Есть два пункта, по которым я должен сказать несколько слов.

Во-первых, единственная цель нашего «Аннотированного каталога» – это удовлетворение социальных запросов. Мы хотели бы выпускать книги в порядке четырех разделов: каноны, исторические книги, сочинения мыслителей, собрания прозы и поэзии. В соответствии с некоторыми исследованиями, проведенными в материковом Китае, а также благодаря данным из фонда изучения китайской культуры и просвещения на Тайване, наиболее востребованы сочинения мыслителей, поэтому прежде всего мы выпустим этот раздел.

Во-вторых, сейчас идет работа над книгой «Продолжая совершенствовать „Полное собрание трудов по четырем разделам“». Настоятельно рекомендую читателям обратить на нее внимание, поскольку она отличается от нашего «Сборника по дополнительному указателю». Не путайте их. Насколько нам известно, некоторые книги вошли в оба издания, но поскольку тираж не планируется очень большим, то такое повторение вполне уместно. В некоторых повторениях нет ничего страшного, наши книги будут полезны для ученых и смогут сосуществовать, так сказать, вместе шагать по планете. Что же касается «совершенствования», то если сборник действительно будет «усовершенствован», нам останется лишь от всей души восхищаться этим. В народе говорят: «Пусть тот, кто хорошо бьет в гонг, бьет в гонг, а тот, кто хорошо продает сладости, – продает сладости». На этом я, пожалуй, закончу.

24 ноября 1994 года

Любовь

1

Любовь принято считать вечной темой для художественного творчества, и с этим утверждением действительно не поспоришь. Без любви нет самой жизни, и даже если вы решите уйти от мира и стать монахом, то перед этим наверняка окунетесь в реку любви, примете, так сказать, крещение ею. И по крайней мере двоих таких знаменитых монахов я могу назвать – это Су Маньшу[251] и его наставник Хунъи[252]. Как видите, мои примеры вовсе не из древности, а довольно-таки современные.

Так почему же я, написав более тридцати «Заметок о человеческой жизни», до сих пор не касался темы любви? Неужели любовь не важна для меня? Нет, все как раз наоборот, я считаю это чувство настолько важным и в то же время таким таинственным и загадочным, что мне было боязно его затрагивать в своих сочинениях.

Есть такая известная китайская поговорка, согласно которой «некрасивая сноха рано или поздно увидится со свекром и свекровью». Так же и я рано или поздно должен был написать заметку о любви. На мой взгляд, сейчас представился удобный случай, ведь я очень кстати читаю эссе «О дружбе» великого французского писателя Мишеля де Монтеня, где также говорится о любви. Я переписал из этого эссе несколько абзацев и добавил к ним немного переносного значения – взял чужой кубок и налил в него свое вино, сложив эту часть моей заметки. Когда я глубже осознаю данную тему, то, возможно, напишу еще одну часть.

Мишель де Монтень говорил, что любовь нельзя поставить на место дружбы. «Ее [любви] пламя, охотно признаюсь в этом, <…> более неотступно, более жгуче и томительно. Но это – пламя безрассудное и летучее, непостоянное и переменчивое, это – лихорадочный жар, то затухающий, то вспыхивающий с новой силой и гнездящийся лишь в одном уголке нашей души. В дружбе же – теплота общая и всепроникающая. <…> Более того, любовь есть неистовое влечение к тому, что убегает от нас. <…> Как только такая любовь переходит в дружбу, то есть в согласие желаний, она чахнет и угасает. Наслаждение, сводящееся к телесному обладанию и потому подверженное пресыщению, убивает ее»