Крик певчей птицы - Александр Георгиевич Горлов

Вижу, он не отрывает глаз от полосы. Значит, понял… Юра украдкой бросает на меня потеплевший взгляд.

ГОЛОС ТРЕВОГИ

— Вы не очень устали? — спросил Кошельков Никитина, входя в кабинет с тарелкой, на которой были уложены тонкие ломтики бутербродов. — Предлагаю чайку попить и — в Отрадное.

— Что-нибудь интересное?

— Участковый имеет любопытные данные. Вам могут очень пригодиться.

Машина стояла у подъезда, когда они вышли из штаба колонии. На большой заасфальтированной площадке застыла цепочка солдат. Одна за другой на площадку входили возвращавшиеся с работы бригады. Прямо у шлагбаума Никитин увидел знакомого солдата-волжанина. Вспомнил разговор в машине.

— Это он первый обнаружил следы побега? — спросил инспектор уголовного розыска Никитин Кошелькова.

— Нет, следы увидел сержант Остряков, командир отделения. Но и Степанов как-то причастен к случившемуся.

* * *

Вот уже второй час, как шли учения. Рота отрабатывала тему «Взвод в розыске».

Сашка не помнит, сколько времени он втолковывал Мамонову принцип действия радиостанции «Р-105»:

— Ну, а теперь сам попробуй настроиться.

Сашка передал гарнитуру Юрке и в изнеможении прислонился к розовому от заката стволу сосны, закрыл глаза и прислушался к треску рвущихся из эфира помех.

«Опять Юрка не поймает волну», — подумал он.

Треск перешел в пронзительный свист. Из наушников донеслось шипение, затем треск, и вдруг все стихло.

— Есть?

— Ничего, — ответил Мамонов.

— Вот что, Юрка, не дури, так ты никогда радиостанцию и не освоишь, — Сашка посмотрел на часы — до сеанса с командиром роты осталось две минуты. — Считай, что меня нет. Ну, понимаешь, выбыл я!

— Понимаю, — подавленно произнес Мамонов. Где-то в полукилометре справа в составе розыскной группы должен быть их взвод. Командир роты приказал дозорным выходить на связь через каждые двадцать минут.

На радиостанции они работали поочередно, и вот сейчас к рации сел Мамонов. Но сколько он ни пытался, на связь ему выйти не удавалось. Сашке не составляло труда подключить питание, освободиться от помех и остановить по шкале заданную частоту. Он было уже сделал движение рукой, чтобы взять микротелефонную трубку, по в последний момент раздумал и вслух сказал:

— Нет, выходи сам.

На покатом лбу Мамонова выступили капельки пота. Секундная стрелка с неимоверной быстротой отсчитывала время. Еще минута. — и ротный будет озабоченно думать, что же произошло в боковом дозоре?

Но ничего не случилось. Дозор в точности выполнял поставленную задачу, а Мамонов просто-напросто никак не мог соединиться с начальником розыскной группы.

— Саш, а Саш, может, ты? — робко посмотрел на Степанова Юрка.

Сашка недовольно поморщился:

— Настраивайся сам…

— Ротный-то обоим задаст!

— Что ж, и поделом.

Степанов придвинулся к радиостанции.

— Смотри, что здесь написано, — показал он на инструкцию.

Мамонов, еле шевеля губами, начал читать.

— Громче. Вслух читай, — потребовал Сашка.

— Для настройки радиостанции необходимо…

Легкий щелчок. Шипение. Треск. И вдруг в наушниках зазвенел голос:

— Я «третий», я «третий». Почему не отвечаете? Прием.

— Я «шестой»… Как слышите? — что есть силы закричал Мамонов.

— Тангенту нажми, тебя же «третий» не слышит, — подсказал Сашка, но было уже поздно.

Напрасно Мамонов еще долго кричал в трубку. Ему никто не отвечал. «Третий», видимо, отключился.

— Что делать? — спросил Юрка.

— Идти к развилке дорог. Постараемся роту встретить, — решил Степанов.

* * *

Капитан Гудзенко вызвал по радио Леонова!

— Не отвечает? — спросил он.

— Молчит, товарищ «первый», — отозвался лейтенант.

Командир роты был встревожен: что случилось, почему дозор, возглавляемый Степановым, не вышел на связь?

— Разрешите продолжать движение? — спросил Леонов.

— Отставить. Подождите нового сеанса, а потом действуйте.

— Но ведь мы не выполним задачу, — забеспокоился лейтенант.

— Об этом вам заранее следовало бы побеспокоиться. Сами подбирали дозор.

Леонов промолчал. Да и что можно сказать в свое оправдание? Он действительно сам настоял, чтобы в дозор послали Степанова и Мамонова.

— Может быть, старшим все-таки назначить Эргашева? — усомнился тогда Гудзенко.

Но Леонов возразил. Ему нравился Степанов — любознательный, расторопный. Лейтенант верил, что он не подведет.

И вот сейчас, когда дозор не вышел на связь, Леонов не на шутку встревожился. Еще более раздосадовало его то обстоятельство, что ротный приказал остановиться. Значит, они опоздают и, видимо, блокирование «преступника» будет поручено другим.

Лейтенант нетерпеливо посмотрел на часы: «Пора!»

Поймав взгляд командира взвода, радист шепнул:

— Время, товарищ лейтенант.

— Выходите на связь!

Треск исчез, и почти тотчас же донесся звонкий голос:

— «Третий», «третий»! Как слышите, прием!

Лейтенант взял микротелефонную гарнитуру:

— Слышу вас хорошо. Доложите, где находитесь?

— Нахожусь у развилки дорог.

— Почему не выходили на связь?

В трубке голос захрипел, послышался свист:

— По технической причине.

— Ждите распоряжения.

Леонов установил нужную волну и соединился с Гудзенко.

— Какая нечистая их к развилке понесла, — недовольно произнес Гудзенко, выслушав доклад Леонова, и распорядился: — Пусть возвращаются в третий квадрат.

— Разрешите группу вести?

— Без дозора? Не разрешаю.

Леонов потускнел.

— Что дозору передать? — спросил радист, надевая наушники.

Только тут лейтенант вспомнил, что у развилки его команды ждут Степанов с Мамоновым, и от того, насколько быстро они соединятся со взводом, зависит успех всей розыскной группы.

Лихорадочно заработала, мысль: «Нужно что-то придумать. Не ждать же мне».

— Товарищ лейтенант, «шестой» слушает, — сказал радист.

Леонов нажал на кнопку и уже спокойно и уверенно приказал:

— Вам надо выйти в третий квадрат. Ждем у оврага. К шестнадцати, и ни на минуту позже. Как поняли, прием?

— Третий квадрат. У оврага. Будем в шестнадцать.

Как показалось Леонову, на этот раз ответил ему Степанов…

— Не понимаю вас, Леонов. Вообще отказываюсь понимать, — голос Гудзенко звенел. — Солдат вас в который раз подводит, а вы словно ничего не замечаете.

— Товарищ капитан, благодаря Степанову, его быстрому выдвижению к оврагу розыскная группа своевременно вышла в назначенный район, — пытался оправдаться командир, взвода.

— Однако могла бы выдвинуться еще раньше, — уточнил Гудзенко.

— Не спорю, могла. Но в этом вина не Степанова, а моя.

— И что дозор не вышел вовремя на связь, тоже ваша прямая вина?

— «Моя, конечно, моя». Мамонова нельзя было посылать без предварительной подготовки. С ним придется еще повозиться.

— Вот и возитесь.

— А я не отказываюсь, — Леонов попытался улыбнуться. Но улыбки не получилось. Лицо его осталось серьезным. — Все-таки прошу вашего разрешения назначить Степанова на дальнюю точку.

Гудзенко уловил в голосе лейтенанта упрямые нотки.

— А не рано ли?

— Нет, не рано, товарищ капитан.

— Хорошо, но помните, лейтенант, если что случится, я вам тогда по первое число всыплю.

Гудзенко придвинул к себе папку, повертел ее в руках, словно видел впервые. Не отрывая взгляда от бумаги, нащупал на столе авторучку. Прижав к настольному стеклу постовую ведомость,