Сакаджавея, женщина-птица. Проводник Льюиса и Кларка - Джеймс Уиллард Шульц

– Вот это мне нравится видеть – храброе сердце! Из женщин с храбрым сердцем получаются хорошие жёны. Я выкуплю тебя у твоего похитителя, и когда ты вырастешь, ты станешь моей женой!

В ответ на это Женщина- Прыгающая Рыба снова плюнула в него и тоже знаками ответила:

– Я тебя ненавижу!

VI

Шарбоно выигрывает себе жену

Много времени спустя люди вернулись с поисков наших товарищей. Некоторые из них поймали лошадей, оседлали их и отправились на поиски пропавших. Остальные, изрядно устав, снова улеглись спать. Наш пленитель заставил Женщину-Выдру и меня лечь рядом с ним, а похититель Женщины-Прыгающей Рыбы знаками велел ей лечь рядом с нами. Мы не могли уснуть, так велико было наше горе, что мы не смогли уйти вместе с нашими товарищами. Когда наступило утро, и мы снова двинулись по тропе вниз по долине, мы так устали, что всё, что мы могли сделать – это сесть на наших лошадей.

День за днём мы продолжали спускаться по долине Большой реки, через огромные рощи тополей и по широким, длинным, поросшим травой низинам, которые были просто покрыты бизонами, антилопами, оленями и вапити, таких непуганых, что они расходились только при нашем приближении. Каждый вечер наши пленители убивали несколько жирных бизоних и забирали только лучшие их части, оставляя огромное количество мяса волкам.

Мы никогда не видели такого расточительства и ожидали, что боги каким-то образом накажут их за это. Мы, Змеи, забирали всё мясо убитых ими животных и с удовольствием съедали даже самое жёсткое мясо. |

Мы шли всё дальше и дальше, и однажды прибыли в селение – в это селение – наших пленителей. Как мы, три девочки, смотрели на это: огромные круглые хижины с покатыми земляными крышами, огороженные забором из брёвен из хлопкового дерева, вбитых вертикально в землю.

И как люди смотрели на нас, а мы на них, особенно на женщин и девушек, некоторые из которых были одеты в платья из странного мягкого красного или синего материала, которым, как мы вскоре узнали, была торговая ткань.

Наши пленители вошли в селение, распевая свои военные песни, размахивая снятыми скальпами, и их народ громко приветствовал и восхвалял их. Человек, который захватил в плен Женщину-Выдру и меня, привёл нас в свою хижину, и мы были удивлены её огромными размерами и удобством. Здесь не было холодно даже самой холодной зимой; а какие мягкие лежанки из шкур бизонов были расставлены вдоль всей стены и занавешены ярко раскрашенной кожей. Две женщины, жёны нашего пленителя, и их дети вошли в хижину вместе с нами, и наш пленитель сделал нам знак, что мы должны их слушаться, делать всё, что они нам сказали. Одна из женщин, старшая жена, выделила нам одну из лежанок и жестом пригласила сесть на неё. Мы так и сделали, и вскоре она подала нам большие глиняные блюда, наполненные едой, которую она доставала из горшочков, расставленных вокруг небольшого костра. Это была очень необычная еда – кукуруза, сваренная с мясом, и она была такой вкусной, что мы съели её всю.

Так началась наша жизнь в деревне миннетари, как вы называете этих людей. Это неподходящее название для них; на своем языке они называют себя хидаста.

В тот первый вечер мы испытали величайшее удивление, когда в хижину пришли трое белых мужчин, чтобы навестить нашего пленителя. Со временем мы узнали, что это были торговцы с поста Северо-Западной компании, расположенного где-то на севере, на реке Ассинибойн. Двое из них были молодыми людьми с гладкими лицами и голубыми глазами, а их волосы были цвета солнца. Мы подумали, что это самые красивые мужчины, которых мы когда-либо видели. У другого мужчины, который был намного старше их, на щеках и под носом росли длинные тёмные волосы, и это придавало его внешности такой ужасный, такой тошнотворный вид, что, бросив на него один быстрый взгляд, мы больше не могли на него смотреть. Почему-то мы не боялись двух молодых людей; нам нравилось смотреть на них, на их белую кожу с лёгким румянцем на щеках; и мы не могли не восхищаться их странной одеждой. Они задавали нам множество вопросов на языке жестов о нашем народе и нашей стране, и мы отвечали на них так хорошо, как только могли.

На следующий же день женщины нашего пленителя – его звали Красная Стрела – заставили нас выделывать бизонью кожу. Позже нас научили многим видам работ. Больше всего нам нравилось работать на их кукурузном поле и с другими растениями; было приятно наблюдать, как они растут и цветут, а цветы превращаются в плоды, которые так приятно есть. А вскоре у нас появилась помощница, потому что, как он и обещал, Красная Стрела купил Женщина-Прыгающую Рыбу у её пленителя, заплатив ему четыре лошади и ружьё. Ему доставляло огромное удовольствие дразнить её каждый вечер, и, как бы мы ни были огорчены, мы с Женщиной-Выдрой не могли удержаться от смеха вместе с остальными над тем, как она внезапно сердилась на него, плевалась в него и говорила ему на языке жестов всякие гадости и насмешки, которые она о нём думала.

Ну, сначала мы все трое постоянно говорили о том, чтобы сбежать от этих людей, но время шло, и мы с Женщиной-Выдрой всё меньше и меньше к этому стремились, так как думали о тех больших опасностях, которым нам предстояло подвергнуться на долгом пути в нашу страну. Женщина-Прыгающая Рыба была другой, более храброй, чем мы; она никогда не переставала планировать побег и часто говорила нам, что, если мы не попытаемся сбежать вместе с ней, она отправится одна. Мы не верили, что она думает так всерьез.

Прошло лето, наступила долгая зима, и к тому времени, когда наступила весна, мы все трое научились говорить на языке наших пленителей. Как только начала прорастать молодая трава, Женщина-Прыгающая Рыба всё чаще и чаще говорила о возвращении к нашему народу и, наконец, однажды вечером она сказала нам, что, если мы не пойдём с ней, она попытается сбежать сама этой же ночью. Страх перед длинной тропой, перед ужасными медведями на ней, а также перед людьми, черноногими, был чем-то таким, с чем мы не могли справиться, и мы так ей и говорили, и всё ещё верили, что она не уйдёт без нас. Когда