Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

— Чего ж ни свет ни заря?

— Дела, Фома Лукич, дела. Уж позаботьтесь, голубчик, о завтраке на трёх персон, были б благодарны-с, — ответил Трубников.

— Один момент, один момент, — засуетился Штырин исполнить просьбу богатых постояльцев, понимая, третий едок — тунгус.

Как и было оговорено, утром направились в полицейское управление.

Исправник Олёкминского округа Ряженцев со своими помощниками находились в конторе. При появлении столь уважаемых посетителей Святослав Романович встал из-за стола, поздоровался, пригласил присесть к столу. Староста поклонился и, не снимая верхней одежды, присел на лавке у порога.

— Наслышан, вчера из тайги вернулись, — произнёс Ряженцев, демонстрируя свою осведомлённость. В селе любая новость, даже пустяшная, становится достоянием всех жителей.

— А ещё какую новость вам, Святослав Романович, сорока на хвосте занесла? — спросил Рачковский, и в его голосе можно было уловить ехидство, а больше любопытство. «Неужели каким боком и об открытии золота посёлок слухами полон? Староста с постоялого двора не отлучался, ни с кем не общался, Перваков и Окулов, да и остальные члены экспедиции языками молоть не будут…»

— Только и известно, что вы вернулись со своими доверенными лицами и другими охотниками, и староста с вами Жуюганского рода прибыл, а с чем вернулись, неведомо, был бы наслышан, выложил. — Исправник показал на своего помощника Постникова и произнёс: — Вечером вчерашнего дня Никодим Иванович мимоходом повстречался с Перваковым и между прочим полюбопытствовал у него: добром ли поход закончился, нашли ль чего? Так Севастьян отмолчался, так что и не знаем, каковы результаты. А тут вы и сами посетили нас, знать, и поведаете, если сочтёте надобным. Видать, похвастать нечем, а то б вчера радость выкатили. Не так ли?

— Святослав Романович, вы словно дознаватель, мы не объясняться зашли к вам, а по делам потребным.

— Что вы, что вы, одна любознательность, не более того, уж извините за вопросы, ежели они оказались с моей стороны неуместными, — поспешил оправдаться Ряженцев. — Так я весь внимание, слушаю и чем могу служить?

— Поначалу необходимо оформить купчую на приобретение земли с правом её использования в долине речки Хомолхо, коя принадлежит тунгусам Жуюганского рода. — Рачковский показал рукой в сторону Арсения Комякина. — Староста за этим с нами и прибыл. О границах земельного отвода и стоимости мы договорились, тунгусов цена устраивает.

Исправник глянул на старосту:

— Речь идёт о государственных пустопорожних землях, кои тунгусам переданы в пользование. Так вы согласны переуступить эти земли присутствующим здесь господам, не под давлением приняли решение?

Староста кивнул головой в знак подтверждения:

— Советник говорит правду, я говорю правду, толковали на месте, в цене сошлись, а земли всем хватит, тайга краёв не знает.

— Вы уж, любезный Святослав Романович, будьте добры, засвидетельствуйте сделку соответствующим актом с подписями и печатями, а деньги в сумме пятьдесят рублей серебром мы при вас передадим Комякину, — продолжал Рачковский. — Расписку, за что, и сумму средств укажем в документе, приложим к акту. Два экземпляра следует оформить.

— Да что ж так, и одного достаточно, у нас всё строго, ничего не теряется, к тому же запись в специальный журнал внесём, а он пронумерован, прошнурован, сургучной печатью скреплён, каждый листок на учёте.

— Приятно слышать о достойном ведении делопроизводства, но второй необходим.

— Надо так надо, сделаем и второй. — Исправник глянул на секретаря Малова и обратился к нему: — Николай Игнатьевич, займитесь оформлением сей договорённости, подготовьте надлежащим образом бумаги.

Секретарь листал какой-то журнал, внимательно выискивая в нём что-то в тексте, тут же отложив его в сторону, принялся исполнять только что данное ему поручение.

— В течение получаса оформим, не сомневайтесь, — заверил исправник, но от его намётанных глаз не скрылось что-то недосказанное, вроде высокопоставленные гости были в ожидании более чего-то важного, и он как бы из уважения спросил: — Что-то ещё?

— Да, Святослав Романович, кое-что ещё. Сегодня этой же датой — седьмого сентября тысяча восемьсот сорок шестого года вам выпала честь зарегистрировать и открытие золотоносного месторождения на речке Хомолхо.

Физиономия Ряженцева приобрела форму самого удивления: глаза, каждая складка лица и полуоткрытый рот показывали и на внезапность услышанного, и сам факт — на Хомолхо обнаружено золото! И он прошептал одно лишь слово:

— Открыли?..

— Открыли, — повторил Трубников.

Справившись с неким волнением, Ряженцев произнёс:

— Поздравляю, поздравляю, новость весьма громкая, я бы сказал, просто ошеломляющая. Так это ж надлежит застолбить, оформить по всем правилам.

— Предусмотрели, столбы установлены на местности в натуре. — Трубников достал карту, положил на стол, развернул и пальцем провёл по ней. — Вот речка Хомолхо, а это границы месторождения, обозначенные столбами, они на местности вкопаны и пронумерованы, вы можете перенести на свои карты. Если возникнет потребность, то более детальное межевание желательно выполнить либо сейчас по осени, либо по весне, когда начнём горно-добычные работы. В общем, как вам будет более удобно. А теперь хотелось бы знать, что же сейчас от нас требуется дополнительно?

— Признаться, вы предусмотрительно выполнили главную часть работы — сделали привязку месторождения на принадлежащей уже вам территории. Вы правы, детальные уточнения мы можем выполнить и позднее, но этим займётся непосредственно отводчик площадей россыпей. Пока такой специалист отсутствует, но в скором времени прибудет. Поверьте, я к вам отношусь с превеликим уважением, но позвольте заметить, было бы куда весомее, если бы ваши доверенные лица также подтвердили своими подписями факты свершившегося. Ведь насколько понимаю, они совместно с вами проводили межевание, и это будет иметь дополнительную убедительность. Вам же надлежит по установленной форме лично написать заявку на регистрацию месторождения. В любом случае инженер по межеванию востребует исполнение всех формальностей, а они к его приезду уже будут готовы.

— Оформим две заявки, — поправил Рачковский.

— Поясните. — Исправник вскинул брови. — Почему две?..

— Речка одна и земля одна, а месторождений два. Одно на моё имя. — Рачковский приложил руку к груди. — Второе — на уважаемого нами Кондрата Петровича.

— А как же…

— Соответственно, в каждой заявке будут указаны разные по названию прииски. Один выше по руслу, другой ниже, с соприкосаемыми между собой границами. Места построек для будущих приисковых посёлков определены. В эту зиму есть намерения завезти необходимый инструмент, возвести часть строений.

— Как же прииски решили назвать, или это пока задумка?

— Тот, что на моё имя — Спасский, — ответил Трубников. — Что на Кузьму Гавриловича — Вознесенский.

— Хм, — усмехнулся до сего молчавший помощник исправника Постников, — надо же, названия прямо святочные.

— Чего удивляться, Никодим Иванович. Достаньте форму заявок и подайте господам для собственноручного написания, — прозвучало очередное поручение Ряженцева. — Да и будьте любезны, зафиксируйте