Русь Эльфийская - Евгений Сергеевич Лазарев

некогда вытеснена на периферию духовной культуры, как это случалось ссимволико-семантическими комплексами вобласти мифологии ирелигии. Пожалуй, на роль такой архаизирующей парадигмы может претендовать учение, получившее вДревней Индии название Расаяна (Rasāyana[88]), Стезя Росы, если выбрать именно такое значение полисемантичного санскритского слова rasa. Как раз это значение, древнее иестественное, натурфилософское, могло маргинализироваться висторически засвидетельствованной индийской алхимии эпохи металла; rasa стали истолковывать как ртуть (или сущность, квинтэссенция вшироком смысле слова).

Рисунок из трактата А. Либавия «DeLapidePhilosophorum», 1606 г.

Вобщекультурном лексиконе (вероятно, ив религиозно-мифологическом) роса, конечно, гораздо более архаичное понятие, чем ртуть. Впрочем, ив народной мифологии роса так же неуловимо выпадает из привычных парадигм, как ив исторической алхимии. Например, врусской традиционной культуре, где образ росы— один из самых чистых исокровенных. Вот широко распространенная внедавнем прошлом ивроде бы простая мифологическая загадка:

Заря заряница,Красная девица,Кцеркви ходила,Ключи обронила,—Месяц увидел,Солнце скрало.[89]

Роса здесь— это ключи Зари, предвещающей восход Солнца, тогда как валхимическом дискурсе Заря предшествующеет рождению Философического Золота (следует отметить необычность упомянутого образа: роса уподобляется оброненным ключам, ане фольклорным слезинкам, или чему-то подобному). Наверное, тут уместно вспомнить алхимический образ «Aurum Potabile», «Питьевое Золото»; ведь ив финале трактата Аристея, который мы предположительно связали сгиперборейской протоалхимией, появляется именно этот образ («Verba Aristei Patris ad filium», 50):

Habes Clavem Auream, Potabile Aurum,Medicinam omnium, perennem Thesaurum.(«Ты обретешь Золотой Ключ, Питьевое Золото,Лекарство от всего, извечное Сокровище».)

ИуОртелия Философическая Роса, насыщенная силой Солнца ивосприявшая его золотой цвет, преображается вЖивое Золото иуниверсальное Лекарство. Ав «Словах Аристея» присутствует иобраз ключа (сохранившийся во всех многоступенчатых переводах текста): схождение срусской загадкой поистине удивительное! Ипредставление оцелительной силе росы, особенно майской, было широко распространено— во всяком случае, вславянских землях ив областях, некогда населенных кельтами. Урусских майская роса воспринималась как свидетельство возрождения животворной силы земли: «Наши поселяне спервой майской росы выходят на посевы»[90]. Считалось, что святой Георгий (заменивший внародной вере бога-громовержца) именно золотыми ключами «отворяет росу» на всю весну.

На Британских островах, атакже вНормандии ина Иберийском полуострове росу считали целебным средством от воспалительных процессов икожных заболеваний, чудодейственным веществом, придающим человеку силу икрасоту, предохраняющим от колдовства. Прежде всего, благое воздействие росы относилось кженщинам, что можно рассматривать как косвенный аргумент впользу архаичности ритуального аспекта впредставлениях оросе, их укорененности вматриархальной эпохе.

Своеобразное упоминание росы, скорее всего, винициатическом контексте, присутствует вэпистолярном наследии тонкого изагадочного философа, человека, причастного мистическим традициям как Восточной, так иЗападной Европы— Г.С.Сковороды (письмо М.И.Ковалинскому, № 57, сент. – окт. 1763 г.). Григорий Саввич называет своего друга цикадой, что вего образно-символической системе синонимично мудрецу, человеку искусства всамом широком смысле слова. Идалее пишет:

«Говорят, что цикады питаются росой. Потому весьма подобает ичеловека, друга Муз, называть цикадой, ибо святилище Муз (Musica sacra) именуют то горой росоносной (mons δροσοφόρος), то источником прозрачнейшим. Более того, ив наших тайных писаниях (in arcanis nostris literis) часто бывает упоминание росы, например, Роса Аермонская ит.д.»[91].

На первый взгляд, тут просто упоминается место, хорошо известное вистории античной культуры: посвященные Аполлону иМузам Дельфы иКастальский ключ уподножия горы Парнас вФокиде или гора Геликон сее источниками. Однако необычно именование Парнаса (Геликона) горой росоносной, причем, хотя все письмо— на латыни, но гора почему-то определяется не по-латински (roridus, или rorifer), но по-гречески: δροσοφόρος. Причем святилищем Муз названа сама гора, ане храмовый комплекс на ней.

Ктому же Г.С.Сковорода констатирует упоминание росы не просто вмировой литературе, но именно внаших тайных писаниях, in arcanis nostris literis. Роса Аермонская— образ библейский (Пс. 132: 3), но Библия, Священное Писание по-латыни— это Litterae Sacrae, или Sanctae, или Divinae[92], но не arcanae: последнее слово означает скрытый, сокровенный, хранимый втайне. Значит, речь одругих источниках. Сокровенные писания, вкоторых часто упоминается роса, могут, предположительно, быть поставлены всоответствие синициатической линией «Слов Аристея» итекстов Сендивогия— со Стезей Росы (будем так ее называть). Тем более, что Г.С.Сковорода далее пишет: «…роса, по-гречески δρόσος, сверху выпадая, не содержит всебе совсем никакой пыли, но является некоей ввысшей степени несмешанной ичистейшей слезой ясного воздуха (aeris sereni lacruma)»[93]. Конечно, это можно счесть просто поэтическим образом, но соотнесение своздухом, безусловно, вызывает впамяти «Слова Аристея». Кстати, похоже, что тайные писания Г.С.Сковороды были написаны по-русски: именно на русском языке вставлены влатинский текст этого письма слова роса Аермонская. Возможно, этот русский источник, использованный Г.С.Сковородой, восходит кнеизвестному нам греческому оригиналу: отсюда настойчивое упоминание греческого названия росы.

Ополярном символизме данной традиции косвенно свидетельствует иупоминание уГ.С.Сковороды росы Аермонской. В132Псалме есть слова: «яко роса Аермонская, сходящая на горы Сионския» (Пс. 132: 3). Вне зависимости от богословского значения этих слов вбиблейской экзегетике, собщих религиоведческих позиций можно сказать, что здесь сформулирована мифологема священной Горы (в данном случае это символичная имногозначная гора Сион) – Горы Полюса всакральном Центре Мира. УГ.С.Сковороды она— росоносная, азначит, это именно та ее модификация, что засвидетельствована ив сложной символической картине мироздания в «Алхимии» уАндрея Либавия[94]. Здесь нет нужды описывать ее вдеталях, изобилующих алхимическими символами Великого Делания. Важно, что Гора расположена именно на оси, пронизывающей все сферы мира, то есть на Полюсе; она окружена морем: классический образ Полярного Острова. Гора черная, но на вершину ее ниспадают Небесные Воды, убеляя ее (Гора уподобляется «Скале черной ивысочайшей», «Rupes nigra et altissima» на Северном полюсе, на знаменитой иныне широко известной гиперборейской карте Г. Меркатора).

Можно предположить, что вболее глубокой ретроспективе Стезя Росы имеет отношение ктой религиозной традиции, которую, применительно кпоздней Античности, сейчас именуют солнечным монотеизмом. Кэтой традиции принадлежал, вчастности, позднеримский неоплатоник Макробий Феодосий (ок. 390–485)[95]. Макробий в «Сатурналиях», кстати, упоминает иросу, ивоздух (хотя скорее вобычном, не философическом смысле).

Макробий отмечает, что древнегреческий лирик Алкман называет росу порождением воздуха иЛуны, – на том основании, что обильная роса выпадает вполнолуние иво время рождения молодой Луны, ичто сам воздух обладает свойством производить лунную влагу (Saturnalia VII, 16, 31). Ксолярному культу эти свидетельства не имеют отношения. Но ведь иу Аристея небесное таинство из Воздуха мистически причастно лучам не только Солнца, но иЛуны.

Что же касается росы Аермонской втайных писаниях уГ.С.Сковороды, то вэтих загадочных источниках, возможно, нашли отражение иобщехристианские представления онеобычайно обильных росах горы Аермон как символе духовного благословения, или даже благодати крещения, поскольку считалось, что здесь начинается Иордан. Роса Аермонская встречается ив апокрифических народных катехизисах, отчасти, несомненно, восходящих киндоевропейской древности, квопросно-ответным текстам инициатического характера (наподобие общеизвестной «Голубиной книги»). Один из таких катехизисов приводит П.Ф.Каптерев (1849–1922), исследователь русской народной психологии имифологии:

«

. Что есть роса Аермонская, сходящая на горы Сионские?. Роса есть Дух Святой, Аермон— чистота телесная, гора— Церковь, асходящее— вера, любовь, мир»