Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

Севастьян продолжал ехать впереди, а уставшая цепь из людей и вьюченных животных неотступно следовала за ним. Преодолев известные вёрсты, наконец-то добрались до изб. Послышался лай собак, сначала негромкий, но тут же перешёл в предупреждающий, и псы появились пред чужаками. Они бежали, и лай перешёл в угрожающий, но, узнав впереди едущего всадника, разом остепенились, завиляли хвостами и оглушили долину весёлым лаем.

— Хазар! Айта! — кричал Севастьян и смеялся. — Ах вы лохматые, надо же, в момент признали!

Из одной юрты вышли Шишкин и Половников, Горобец выглянул из-за ближайшей от юрт избы, все трое поспешили навстречу прибывшим.

Кто ехал верхом, спешились, принялись привязывать оленей и лошадей, все прибывшие дружно снимали вьюки с животных и перетаскивали их в одно место, чтобы потом разобраться с инструментом, продуктами и вещами. Люди разглядывали построенный посёлок прииска, в котором предстоит им жить и поставить ещё несколько срубов.

— А где Малявин? — спросил Севастьян.

— Раз собаки шум подняли, сейчас прибежит, рыбу в речке ловит, — ответил Шишкин.

— И как?

— У-у, не только прирождённый повар, а он и рыбак заядлый. Хариуса полно, да крупный! Смастерили туес берёзовый, так полный с малосольными хвостами стоит, сразу и отведаете.

Матвей Половников давай вставлять своё:

— Малявин нам тут рыбу и жареную подаёт, и копчёную, пальчики оближете! А мы чего, за целый день с топорами, пилами намаемся, а он нам наряду с мясной похлёбкой и рыбку подкладывает, а насытившись, так и руки перестают трястись и работать снова хочется.

— То-то смотрю распузатились, откормил он вас тут, — шутил Севастьян, тронув живот Матвея, и к троим уже серьёзно: — О делах потом потолкуем, народ перво-наперво накормить след, да познакомитесь с начальством, людей всех знаете — селяне наши.

— Да видим ужо, — ответил Шишкин, оглядывая олёкминских мужиков, и пристально всматривался в незнакомцев — Миронова и Садовникова, старался навскидку определить: каковы они по натуре? Тихомирова он видел не раз и знал, что руководит прииском Александро-Николаевским, а почему оказался он здесь, стало для него неясностью, но догадывался.

Появился Ефим Малявин, в плетёной корзине нёс улов.

— А я сразу понял, наши прибыли! — зашумел голосом Ефим. — Ждали мы вас со дня на день, так и мяса заготовили! Три дня назад Хазар с Айтой изюбра поставили, ух и самец, на четырнадцать пудов потянет, не меньше, а рога — землю пахать можно!

— Будем пахать, только не рогами, а лопатами, — полушутя согласился подошедший инженер Миронов и обратился к Первакову: — Севастьян, как отдохнём с дороги, обсудим кое-что загодя о дне завтрашнем.

Инженер Миронов, на которого Трубниковым была возложена обязанность по руководству прииском, на правах начальника в первый же день объявил Тихомирова своим заместителем. Заявил для всех: дисциплина на прииске должна быть на первом месте, послушание во всём и своевременно выполнять указания начальства и доверенных лиц Первакова и Садовникова, в работе проявлять усердие. Заметил: хищение золота при производстве работ будет расцениваться как воровство, кое подлежит наказанию. Один из полицейских уточнил: увольнением без расчёта, что само собой разумеется, и плетьми принародно с дальнейшим арестом и ссылкой на каторжный труд, пообещал отправить в кандалах по этапу до мест исправления или оставить на горных разработках и породу копать задаром с цепями на ногах. Полицейский явно не шутил, сверкал глазами из-под бровей, прощупывая старателей строгим взглядом.

Мужики слушали, и каждый оценивал по-своему: «Во как золотник обернуться может, да на кой тянуть чужое, коль расправа в затылок дышать будет… Речка богата, а посему и на том заработать можно, а сбондишь, так и в тюрьму угодишь… А чего там, сурово, но справедливо, как иначе, один умыкнул, второй слямзил, а спину-то будем гнуть одинаково. Да-а, это не на приисках олёкминских, там контроль малой был, так нет-нет да удавалось в карман себе положить, а тут… Но там и заработков толковых не было, а последний год край бедный, нужда к воровству притягивала, руки сами к золоту тянулись». Несколько человек в своих головах и по-другому прикидывали: «Пугать вздумал, да где ж усмотреть за каждым при таком количестве народу, а завезут ещё вербованных, так при большем скопище момент улучить завсегда будет… Всё одно людей не остановишь, интерес-то есть у любого, хоронясь друг от друга, тянуть золотой песок будут…»

На следующий день после завтрака, оставив людей в рабочем посёлке, пятеро: Миронов, Тихомиров, Перваков, Садовников и Шишкин — направились на речку Хомолхо. Народ же занимался обустройством своих жилищ, суетились с размещением вещей.

Миронов с Тихомировым решили пройти речку, определить, с какого места начать горные работы, каким образом лучше установить промывочные бутары, как рациональнее подвести к ним воду. Речка встретила их задорным бегом, журчала, играя солнечными блёстками на волнах и в брызгах, весёлым плеском, перекатываясь через камни, словно радовалась прибывшим гостям.

Севастьян, прошагавший многократно речку вдоль и поперёк, рассказывал, каким образом проводили пробы песков, показывал места установленных границ — столбов с затёсами и надписями на них. Миронов и Тихомиров сличали со своими планами-картами местности, делали заострённым графитовым стержнем пометки.

Ещё вчера вечером инженеры увидели изготовленные бутары и отметили должное их качество, выразили своё восхищение, что сделано толково, со знанием дела. У бутар лежали и необычные из тёса изделия, словно плоские широкие корыта.

— А это, полагаю, породу к бутарам подтаскивать? — спросил Миронов.

— Можно и породу, а вообще-то глину доставлять, далековато она отсюда. Печи-то набивать нужно в избах, как земля отойдёт, тут глины и навезём, добрая по качеству найдена, на печи в самый раз, — пояснил Шишкин. — А волокуш таких ещё сделаем, пески больше гоже лошадьми до бутар подтаскивать, нежели вручную, напряг меньше.

— Похвально, молодцы мужики, основательно для промывки подготовились, — похвалил Тихомиров.

— Это ещё не всё, — продолжал Шишкин, — пару тачек соорудили для откатки песков, посмотрим, как они покажут себя. Из разных по твёрдости древесных пород сделаны, колёса дёгтем смазаны, если в работе выдержат, так ещё наделаем, всё сподручней. Были б железные катки, так крепче б были, да где их взять?

— Ну и умельцы народные, это ж надо механизацию выдумать! — восхищался Миронов. — А железные колёсики мы закажем, завезут, тачки подспорье доброе в горном деле. Не ожидал, что народ в глухой тайге продвинутый, истинно Кулибины на Руси не переведутся!

— Жизнь и нужда всему научат, — ответил Прохор и подмигнул Севастьяну.

— Прохор Шишкин у нас человек бывалый, на все руки мастер, — похвалил