Синий на бизани - Патрик О'Брайан

ж, этот джентльмен также является выдающимся альпинистом, он поднялся на несколько знаменитых вершин в Андах, и с несколькими избранными друзьями, – арауканами[26], как я полагаю, самого свирепого вида, – он быстро пересекал всю горную цепь по неизвестным или давно заброшенным перевалам. С его помощью и проводниками я мог бы быть в Чили задолго до того, как вы преодолеете эти утомительные проливы или обогнете этот замерзший мыс Горн.

– Вы говорите серьезно, Амос?

– Абсолютно. Горы – моя радость, я взбираюсь на них с бесконечным удовольствием. Я облазил все вершины в Джебель-Друзе[27].

– У вас есть багаж? Моя шлюпка уже на подходе, – Джейкоб кивнул. – Тогда, пожалуйста, доставьте его утром на военно-морской склад как можно незаметнее; скажите, что вы с "Сюрприза", и попросите их подготовить семь бочонков слабительного из ревеня, и мы с вами там встретимся, когда приду за этими и другими медикаментами. С Богом, прощайте.

* * *

– Джек! – воскликнул он, врываясь в каюту. – О, прошу прощения.

– Ну, что вы, брат мой, – сказал капитан Обри и закрыл книгу. – Я всего лишь читал очень неприятное место в Послании к Галатам: что ни делай, а проклятия не избежать[28]. Боюсь, вы порвали чулки.

– Это была одна из тех торчащих штуковин, за которые я зацепился, когда я попытался по-моряцки перемахнуть через борт. Джек, как вы знаете, я сошел на берег в надежде оставить сообщение для Амоса Джейкоба, на случай, если он в конце концов присоединится к нам, как того желал сэр Джозеф. И вот я встретил его самого – он сидел метрах в десяти от меня! Мы с ним переговорили наедине на пляже. Он уже собрал много сведений первостепенной важности, и поскольку я не могу полагаться на свою память, я попросил его подняться на борт и изложить вам все основные моменты. Он будет сопровождать нас до Рио, а затем, с Божьим благословением, присоединится к нам в Чили, добравшись туда по суше. Но, чтобы вас не мучить, позвольте мне сразу сказать, что сэр Дэвид отправляется в путь не раньше двадцать седьмого числа; у него есть "небольшой шлюп", выведенный из состава флота, а другой, под названием "Кобра", ремонтируется для него в Рио, куда он должен зайти, прежде чем попытаться, если мне не изменяет память, попасть в Тихий океан через Магелланов пролив. Но Джейкоб расскажет об этом более подробно, вместе со своей информацией о различных фракциях в Чили. У Линдсея, кстати, здесь уже есть агенты, которые скупают старые военные запасы к его приезду. Чтобы избежать любых подозрений, я попросил доктора Джейкоба прийти на склад со своим сундуком с утра пораньше, представиться членом команды "Сюрприза" и попросить их приготовить семь бочонков слабительного из ревеня, чтобы погрузить их в шлюпку, которая доставит его оттуда на корабль.

– Храни нас всех Боже, – сказал Джек. – Стивен, вы просто поражаете меня своими новостями, поражаете и радуете. Я не знаю, что любезный Джейкоб имеет в виду под "небольшим шлюпом", но я помню бедную старую "Кобру", когда был еще юнгой; и я сомневаюсь, что она смогла бы выдержать хотя бы один наш бортовой залп. В любом случае, у нас есть уйма времени для того, чтобы сделать длинный крюк на юг и повернуть на север и запад в то время, когда антарктическая погода и эти несносные льды в начале лета будут немного менее ужасными, держась достаточно далеко с подветренной стороны от мыса Горн, и так дальше до широты Вальпараисо. Если только нам не будет особенно не везти в полосе штилей, у нас будет время ненадолго заскочить во Фритаун, чтобы пополнить запасы, и сразу назад...

– Ненадолго заскочить, Джек? – просил Стивен. – И сразу назад? Разве вы не помните, что у меня там чрезвычайно важные дела? Первостепенной важности?

– Связанные с нашей экспедицией? С этим плаванием?

– Возможно, не напрямую.

– Я действительно помню, что когда-то вы уделяли особое внимание Фритауну. Вы надеялись, что мы "улизнем к берегам Гвинеи" прямо из Гибралтара, а я тогда объяснил вам, что ремонт, который мы получили на верфи, не подготовил фрегат к плаванию в Чили и что заход на Мадейру был необходим. Затем оказалось, что Мадейра, и, прежде всего, верфь Коэльо, сгорели дотла, так что нам пришлось вернуться домой, где корабль основательно отремонтировали и укомплектовали командой. Но если вы по-прежнему неравнодушны к Гвинейскому побережью и его картофелю, к Сьерра-Леоне и Фритауну, то, безусловно, мы можем задержаться и подольше. Сколько времени вам потребуется?

Поколебавшись, Стивен ответил:

– Джек, мы очень старые друзья, и я скажу вам, между нами, что собираюсь просить Кристину Вуд выйти за меня замуж.

Обри был совершенно ошеломлен: он покраснел и сначала не находил слов. Тем не менее, довольно скоро его добродушие и хорошее воспитание позволили ему сказать, что "он желает дорогому Стивену всяческих успехов... он был уверен, что это превосходный план... и что "Сюрприз" останется в порту, пока они не съедят последние запасы, если Стивен того пожелает".

– Нет, любезный, – сказал Стивен. – В этом случае и с этой женщиной, я думаю, это будет просто "да" или "нет". В первом случае, полагаю, я хотел бы остаться на неделю, если это возможно. А во втором мы можем отплыть хоть в тот же день, лично меня ничто не будет удерживать.

Они с выражением величайшей симпатии пожелали друг другу доброй ночи, а ранним утром появление довольно хмурого доктора Джейкоба совершенно изменило атмосферу в капитанской каюте. Он объяснил ситуацию в Чили с множеством подробностей (многие из них Стивен забыл, поскольку его мысли были заняты совсем другим), которые Адамс, секретарь капитана, стенографировал.

Его рассказ прерывали прибытие бочонков с ревенем, затем погрузка большого количества ядер и небольшого – цепных книппелей, а потом необходимость отбуксировать корабль на фарватер, чтобы, как только погасят печи на камбузе и другие источники огня на борту, к фрегату смогла бы подойти пороховая баржа и доставить смертельно опасные бочонки с медными обручами для главного канонира и его помощников.

При попутном ветре и хорошей погоде "Сюрприз", снабженный припасами и водой, – ни отставших, ни пьяных, задержанных полицией Фуншала, – пошел на юго-восток-восток; и к тому времени, когда зажглись фонари на корме и мачтах, те, кто предпочитал курить табак, а не жевать его, собрались