Корабль пропавших слов - Фрэн Уайлд

Мисс Мэллой отрицательно мотнула головой.

– Мы просто перестали это делать.

Сэм не хотел, чтобы все, кроме боглинов, перестали пользоваться уличной библиотекой. И он был уверен, что мисс Мэллой тоже этого не хотела.

– Может, мы сможем их уговорить больше сюда не приходить, – наконец произнес он. – Нам надо решить вопрос только с этими двумя боглинами. И в любом случае это ненадолго.

Сэм начал спускаться по ступенькам, высматривая Бабулю.

– Надеюсь, что ты прав, Сэм, – сказала мисс Мэллой. – Только сделай мне одолжение: постарайся не попадаться миссис Локхарт на глаза, пока все это не закончится, будь добр. Она очень расстроена.

Даже несмотря на капли дождя, падающие с неба все чаще и чаще, садовая шляпа миссис Локхарт виднелась за изгородью. Она подпрыгивала вверх и вниз, пока миссис Локхарт утрамбовывала землю у основания библиотеки.

Сэм быстро шел, надеясь, что он сможет последовать совету мисс Мэллой. Он заметил маленькую черную видеокамеру, которую миссис Локхарт установила в тюльпанах и направила на ящик, до того, как увидел, что миссис Локхарт поджидает его.

– Я не представляю, почему библиотека все время ломается, Сэм, – сказала она. Ударение, которое она сделала на имени Сэма, с другой стороны, давало понять, что у нее полным-полно представлений в голове и все они связаны с ним. – А у тебя есть идеи? Потому что ты был рядом и «приводил библиотеку в порядок» так же часто, как библиотека ломалась. Ты и твоя эта подружка Мэйсон. Я уже и не знаю, что буду делать, если мне придется снова сажать тут цветы.

В прошлый раз, когда Сэм растоптал ее цветы, она определенно разозлилась еще больше из-за того, что он слишком быстро извинился. На этот раз такой проблемы не возникнет.

Возможно, слишком частое использование этого слова ослабило его.

Сэм помотал головой, чтобы прояснить мысли. Он не мог тут задерживаться, разговаривая с миссис Локхарт. Он должен был найти Бабулю и предупредить ее о камере.

– Может, это погода, как говорила мисс Мэллой? Или дикое животное?

«Например, большая белая свинья», – подумал Сэм, но вслух этого не произнес.

– Что бы это ни было, в этот раз они натворили дел. Но мы их поймаем. – Миссис Локхарт смахнула капли дождя со своей руки. – Самое время разойтись по домам, – наконец произнесла она. – Я подниму этот вопрос в понедельник на встрече. А пока мы увидим, зафиксирует ли что-нибудь камера. – Она помахала рукой рядом с библиотекой, и внутри линз загорелся красный огонек. – Видел? Реагирует на движение! Передай своим родителям, что я надеюсь увидеть их в понедельник!

– Обязательно, – сказал Сэм. Он понимал раздражение миссис Локхарт, даже если не мог сказать ей об этом. Раз за разом чинить что-то, что отказывалось чиниться, действительно порядком бесило.

Но камера станет проблемой.

Словно в ответ на его мысли, в доме через улицу раздался визг поросенка.

«Ага. Большая проблема».

Белла ждала Сэма на крыльце.

– Фэм, я поговорила с фе… с боглином, – крайне серьезно прошептала она, широко раскрыв глаза.

Все крыльцо было в грязных пятнах земли из опрокинутого горшка с цветком. Везде виднелись следы поросячьих копыт. Анита смеялась, разговаривая с кем-то по телефону и вытирая стол тряпкой.

– А потом свинья сбежала вниз по лестнице, и я вообще не знала, что с этим делать. – Она вытерла глаза. – Эй, Сэм, вот метла.

Сэм взял метлу и снова развернулся к Белле.

– Серьезно? – Ручка метлы стала очень скользкой, потому что ладони Сэма начали потеть. – Белл, это не смешно.

– Бабуля очень милая. Она извинилафь за то, фто взяла мое флово.

– Она ведь больше ничего у тебя не забрала?

Хвостики Беллы почти хлестнули Сэма по лицу, когда она замотала головой.

– Она обещала, больфе не брать. Ефли я пообещаю никуда за ней не ходить. Ефе она фказала, фто ты должен ф ней фтретиться завтра утром.

Не сегодня? А как же камера? Сэм застонал. Боглины легко могли становиться невидимыми и не попадаться в кадр, но Сэм-то этого не умел.

– Она видела камеру и хочет наложить на нее заклинание. Но оно работает, только когда фолныфко встает.

– Ужин! – позвал папа. – Без свиней, пожалуйста!

Белла вприпрыжку отправилась на кухню, а Сэм взглядом окинул весь дом, проверяя его на наличие боглинов, но ни одного не увидел. В кухне звенели столовые приборы – это Белла помогала накрыть на стол.

– Интересный этот эксперимент с поросенком, – сказал папа. – Только давай твоя младшая сестра не будет делать всю работу за тебя, хорошо?

– Обещаю, пап. Как прошел обед? – спросил Сэм, пытаясь сменить тему. – Ну, не считая свиньи? – Сэму нравилось, когда папа разговаривал с ним как со взрослым, понимающим все. Но за последнюю пару дней им не выдавалось такой возможности.

– Хорошо. Нам действительно надо было сесть и отдохнуть. Сложная неделя выдалась. Знаешь, как иногда бывает. – Папа вздохнул. – А следующая неделя с этим собранием будет еще длиннее.

Анита принесла оставшиеся сэндвичи. Соус пропитал хлеб, и сыр расплавился. Еда согрела желудок Сэма, и он наконец смог расслабиться. Они вместе наблюдали, как светлячки стали заполнять их задний двор.

Белла провела языком по вылезающему коренному зубу.

– А когда я фмогу опять нормально разговаривать?

– Придется подождать столько, сколько понадобится, Белл, – сказал папа. – Ты привыкнешь.

Сэм задумался, действительно ли Белла сможет привыкнуть. Он вот так и не привык к тому, что не может произнести слова, которые у него украли боглины. Зубы Беллы снова вырастут. Его слова уже нет.

После ужина Сэм застелил кровать на диванчике, что стоял на крыльце, потому что родители не разрешили заводить поросенка в дом.

Когда Сэм проснулся, весь покрытый росой, поросенок тыкался пятачком в его пальцы.

О нет! Неужели он пропустил рассвет? И заклинание Бабули?

Нет, не пропустил. Свет был нежно-розовым.

Сэм схватил поросенка и свой шоппер, после чего быстро написал родителям записку, что ушел с друзьями работать над библиотекой. Он тихо прикрыл за собой входную дверь и побежал вниз по улице. Когда Сэм добрался до уличной библиотеки, солнце уже вставало. Сэм увидел камеру и помахал рукой перед объективом.

Линза камеры была покрыта каплями росы, и благодаря этому внутри не загорелся красный огонек. Заклинание Бабули сработало. Но появилась другая проблема.

Мэйсон стояла, опершись на ствол дуба. Ее волосы были убраны в тугую косу, на лице застыло суровое выражение, а руки она сложила на груди.

– Я так и знала. Это ты ломаешь библиотеку.