Гром богов - Энтони Ричес

Скавр поднял бровь.

— Что крайне маловероятно. Ведь, прибытие старшего офицера было бы замечено дежурными, в какие бы ворота он ни въехал.

Фригиец кивнул с несчастным выражением лица.

— Из чего я могу сделать выводу, что на самом деле он вообще не въезжал в Хаму.

Скавр оглянулся на него, его лицо ничего не выражало.

— Таков был его приказ. Но кто знает, на что способен человек, несправедливо обвиненный в убийстве, если он опасается показательного суда и немедленной казни исключительно для того, чтобы удовлетворить злобу человека, которому следовало бы знать лучше?

Неловкое молчание нарушил префект, который взял свой шлем и встал.

— Легат, вы понимаете, что у меня нет другого выбора, кроме как сообщить эту новость губернатору?

Скавр невозмутимо кивнул.

— Было любезно с вашей стороны сначала зайти ко мне. Конечно, вы должны доложить своему начальнику, который, в свою очередь, несомненно, вызовет меня к себе во дворец для обсуждения этого казуса.  Таков порядок вещей.

— Легат …

— Я знаю. Наиболее вероятной реакцией губернатора будет предположить, что я отослал трибуна Корва куда-то подальше от Хамы. Он не только обругает меня за этот предполагаемый акт неповиновения, но и почти наверняка заявит, что теперь я несу ответственность за убийство Квинция Фламинийа вместо Корва. Он арестует меня и проведет быстро созванный суд, объявит мою вину и проследит за моей казнью, которая, если мне повезет, будет проведена быстро и милосердно, чтобы не запятнать его репутацию.

Префект с несчастным видом покачал головой.

— И я не вижу способа избежать подобной участи. Я не могу не доложить о своих выводах губернатору, и когда я это сделаю...

— Повестка мне будет вручена немедленно.

Префект наклонился вперед, понизив голос.

— Я не могу не доложить губернатору. Но я могу не доложить ему сегодня вечером.

Скавр склонил голову.

— Это было бы великодушно с вашей стороны, префект.

— И что вы будете делать?

Легат слабо улыбнулся.

— Очевидно, покину город. А какой у меня еще есть выбор?

Тимон пригнал мулов, которых он забрал у своего делового партнера ранее в тот же день, по дороге из Антиохии к воротам казармы, где усталый часовой бросил на них один только взгляд и указал большим пальцем на нервного продавца.

— Иди по дороге до угла стены и поверни направо. Ты достаточно легко найдешь конюшни, просто иди на шум голосов своих товарищей и рев всех их мулов. Не говоря уже о гребаном запахе.

Пробираясь по периметру базы легиона, ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что он был не единственным продавцом, к которому солдаты обратились накануне. Узнав лица нескольких своих конкурентов со всего города, он обменялся взаимно настороженными приветствиями с человеком, которого считал своим ближайшим соперником.

— Трое солдат, у одного на щеке вырезан крест, и он носит богохульное имя «Иисус»?

Тимон с несчастным видом кивнул.

—И не то чтобы кто-то из нас признался в этом другой живой душе, но большое количество мулов должно быть доставлено сюда всего за один день по цене, которая, несмотря на ее дешевизну, принесла нам изрядную прибыль? Такое большое количество, что я взял на себя обязательства перед определенными людьми, чтобы найти деньги, необходимые для приобретения животных, приобретение, которое, вполне возможно, не носило законного характера. И обязательства, которые окажутся болезненными для меня, если я не смогу их выплатить. И теперь я обнаруживаю, что поставляю этих мулов не отставным солдатам, а самой армии.

Он снова кивнул, и его соперник вздохнул с явным облегчением.

— Вы не представляете, как я рад видеть вас здесь. Я думал, что вы были избавлены от позора быть обманутым этими...

Другой торговец мулом замолчал, поскольку солдат, который накануне вел переговоры, взобрался на будку, чтобы обратиться к ним.

— Приветствую вас, господа! Меня зовут Морбан, как большинство из вас, вероятно, помнят! Я вижу, вы все здесь, с мулами, которых вы обещали предоставить!

Офицер с суровым лицом и пара кавалеристов стояли рядом с ним, в то время как секретарь легиона, известный всем торговцам, занял место за столом позади них и стал возиться со своими счетами и письменными принадлежностями.

— Отличная работа, друзья мои! Вы все занятые люди, поэтому мы собираемся разобраться с вами и заплатить вам как можно быстрее. Когда назовут ваше имя, выводите своих мулов вперед. Они будут осмотрены моим коллегой Сайлом и его людьми, признаны пригодными и занесены в протокол как приобретенные у вас.  Когда все ваши животные будут либо переведены в конюшни, либо забракованы как непригодные для армии, здешний секретарь запишет детали...

Он сделал паузу, чтобы откашляться, и коллега Тимона по продаже пробормотал проклятие.

— Мне не нравится, как это звучит.

— Секретарь опишет подробные детали  в архиве легиона, а затем выдаст вам синграфию.

Полдюжины сердитых голосов немедленно поднялись в знак протеста, и солдат терпеливо ждал, пока они постепенно не иссякнут.

— Чем скорее мы покончим с этим, тем скорее вы сможете уехать и начать планировать, как потратить деньги!

Мужчина, стоявший рядом с Тимоном, взмахнул в воздухе сжатым кулаком.

— Гребаная синграфия? Лист бумаги, обещающий заплатить нам в какой-то момент в будущем? Ты обещал мне оплату золотом!

Солдат пожал плечами.

— Ты не спрашивал. Ты просто взял золото, которое я предложил за то, что было у тебя в конюшнях, а затем предположил, что мы заплатим тем же способом за остальных животных.

— Это ограбление!

Он повернулся к новому участнику акции протеста.

— Никто не заставляет вас вести с нами дела. Просто забирайте своих мулов и уезжайте, если вы так недовольны.

Воцарилось молчание, поскольку каждый присутствующий размышлял о рисках, на которые каждый из них пошел в погоне за ожидаемой прибылью. Кража, займы, а в случае Тимона не только сомнительные средства, с помощью которых он приобрел своих мулов, но и грозную жену, которой еще предстоит узнать, как именно были потрачены их сбережения, и которая, как он горячо надеялся, никогда об этом не узнает.

 И, кроме того, эти синграфии будут датированы завтрашним днем. Все, что вам нужно сделать, это первым делом отправиться во дворец губернатора, и провинциальное казначейство оплатит их на месте. В конце концов, вы же не можете ожидать, что в легионе будут валяться такие деньги, не