Русь Эльфийская - Евгений Сергеевич Лазарев

Такое истолкование выглядит избыточно сложным для этнографически засвидетельствованной религиозной семантики саамских сейдов – и в качестве духов-покровителей тех или иных мест или людских родов, и в значении местообитания этих духов (чтимые камни или причудливые скалы). Не восходит ли саамское прочтение названия Воттоваары к религии еще более древней – к тому загадочному северному субстрату, который вошел составной частью и в саамскую культуру и который в этой книге мы образно именуем эльфийским, гиперборейским?

Автор этих строк неоднократно предпринимал попытки (вроде бы, небезуспешные) соотнести этот субстрат с ностратической этнолингвистической общностью эпохи финального палеолита. И в данном случае обращение к этимологической базе данных портала «Вавилонская Башня» – к ностратическим и борейским разработкам С.А. Старостина и его коллег – тоже дает убедительный результат.

Первому из двух корней в слове «Воттоваара» соответствует на ностратическом уровне лексема *w[e] tV[125] с основным значением – год. Среди производных этой лексемы – латинское vetus, старый; русское «ветхий», праалтайское *öt’e, старый; прауральское *ode, год. Существенно, что именно из последней словоформы в саамских диалектах лингвистами выводится (посредством добавления начального протетического w-) уже знакомая нам морфема vuoddâ (дата, год в северном диалекте), vuottâ = (период, северный диалект) и = vuohta у саамов Луле (с тем же значением). Но почему не предположить, что в названии Воттоваары этот корень сохранялся в первоначальном варианте со времен ностратических (XIII–XI тыс. до н. э.) вплоть до саамской эпохи, минуя прауральскую языковую стадию, не меняя при этом и свое основное значение? Причем сначала сохранялся носителями субстратного ностратического праязыка (эльфами, гипербореями), а потом вошел в саамский лексикон, не утратив начальное ностратическое w-, тогда как уже в прауральском оно исчезло (*ode).

Согласно изысканиям С.А. Старостина, ностратическое *w[e] tV уходит корнями в еще более древнюю языковую общность – борейскую. Реконструируется борейская праформа WVTV, с соответствиями в праязыках: афразийском (семито-хамитском), синокавказском (в значении – время), аустрическом (Юго-Восточная Азия; в значении – старый) и даже в америндейском (*wata, год, по Дж. Гринбергу), – лексема поистине глобальная, универсальная!

Другая возможная древняя референция первому корню в названии Воттоваары – борейское WVTV, знать, видеть, ведать, также с широчайшими соответствиями, вплоть до америндейских. Не исключено, что в ностратическую эпоху в эту же смысловую матрицу входило (хотя бы по аллитерационной ассоциации) ностратическое слово *wVtV, следить, искать, реконструированное, впрочем, только на уральских и дравидийских данных. Показательно, что в данном случае прауральское *watta в саамских диалектах породило такие формы, как vuòt’te=, наблюдать, искать следы (Луле), vuôt’te=, выслеживать (нотозерский диалект). Сюда же примыкает финское диалектное vuotta, следовать, выслеживать. То есть лапландские формы этой лексемы близки названию Воттоваары.

Что касается второго корня в этом орониме, то среди ностратических и даже борейских этимологий есть очень близкое соответствие, с тем же значением – гора. И финская (упомянутая выше), и обско-угорская (в языках хантов и манси), и коми-зырянская, и удмуртская формы этой лексемы возводятся С.А. Старостиным, через прауральское *wеrе, к ностратическому *wVrV (с дравидийскими аналогами) и к борейскому WVRV (тут уверенные аналогии – в лексике афразийской макросемьи, где это слово обозначает лесистую гору). Причем А.Б. Долгопольский в своем «Ностратическом словаре» (ND 2515) восстанавливает первый гласный звук в ностратической исходной словоформе как «а»: *warЕ (с гортанной смычкой после «а»), что еще точнее соответствует нашему орониму. Его саамский аналог (в северном диалекте) – varre.

Среди ностратических лексем можно предложить в качестве коррелята еще один, на первый взгляд не столь убедительный: *warV со значением сторона. Конечно, это слово звучит очень общо, но в более поздних его производных обнаруживаются тонкие и важные нюансы, которые, возможно, наличествовали давно, но пока не отслеживаются методами строгой лингвистической компаративистики.

В праалтайском лексема *õrù – внутренняя сторона; в более поздних алтайских языках ее дериваты – середина, жилище, дворец. Безусловных праиндоевропейских производных этого ностратического корня С.А. Старостин не отмечает, однако в культурной лексике (которая обычно исключается из академических языковых сопоставлений в силу ее «подвижности») есть поистине знаменитый термин – древнеиранское, авестийское понятие Вар, мифологическое прибежище для всего живого, воздвигнутое прародителем Йимой при наступлении катастрофической зимы. Значение этого мифологического термина вполне сопоставимо с вышеприведенными праалтайскими данными, а значит, теоретически можно ставить вопрос о выходе и на ностратический уровень.

В прауральском языке производные этой ностратической лексемы *warV не выявлены. Только в саамском языке (диалект Саме) она присутствует, и как раз в исходном ностратическом значении – сторона. Еще один пример субстратного ностратического слова, сохранившегося в саамском лексиконе?

Пора подводить итог ностратической проработке слова «Воттоваара». Суммируя сказанное, можно перевести его с ностратического как «Прибежище знания (вéдения, видения)», или как «Прибежище года». Может быть, речь идет о святилище годичного литургического круга – годичного пути Солнца? Наверное, название такого святилища могло со временем трансформироваться в тот вариант названия Воттоваары, который был выведен нами на основе современных саамских диалектов: Vuoddo-oarre (северный диалект), Вуэдт-варр (кильдинский) – «Изначальный путь», «Древний путь», «Путь древних». Если же принять для второго корня этого оронима ностратический источник со значением гора, то получится «Изначальная Гора» – мифологический маркер Полюса Мира. Для священной горы название более чем уместное.

Разумеется, это гипотеза. Для ее подтверждения и конкретизации нужны исторические аналоги обозначенному в ностратической ретроспекции сакральному образу Воттоваары. И такие аналоги существуют – в кельтском мире. Причем они относятся к докельтской, протодруидической, мегалитической культуре, хотя до ностратической эпохи их возраст и «недотягивает».

Один из древнейших мегалитических памятников Ирландии, Нью-Грейндж, в отличие от Воттоваары, рукотворен. Это огромный круглый курган из камней (каирн, cairn) высотой 11 и диаметром 85 м. Внутри – узкий коридор. Свет Солнца проникает туда только в дни зимнего солнцестояния, освещая тайную крипту – алтарное помещение с тремя нишами (в плане – нечто вроде кельтского «высокого креста», но расположенного горизонтально). Нью-Грейндж – сложное сооружение, включающее в себя и менгиры, и каменные чаши в алтарных нишах, и глубоко символичную резьбу по камню (в частности, там есть тройные спирали). Однако для наших исследований важно, что весь слегка наклонный, как стены крепости, фасад кургана был облицован белой кварцевой галькой. Это рукотворный образ горы из кварца!

Нью-Грейндж воздвигнут в IV тыс. до н. э. (ок. 5200 лет назад) в центральной части Ирландии (современное графство Мид). Это обстоятельство само по себе глубоко значительно. Традиционное пятичастное членение Древней Ирландии (четыре королевства плюс центральное) отражает полярно ориентированные космологические представления. Согласно традиционалистской интерпретации (Рене Генон), это образ четырехчастного полярного материка Гипербореи (Арктиды) либо символ четырех сторон света и Полюса Мира. И можно предположить, что в прошлом Нью-Грейндж воспринимался не только как «Пещера Солнца»,