Золотые ножи. Вечера у маркизы - Поль Анри Феваль

что он умный, к барону Пьеру, потому что он тупой, к графу Жану, потому что его приемы отличаются пышностью, к графу Батисту, потому что он известный скряга, к Мейендорфу, потому что он еврей, к Мароделю, потому что он христианин, к Абдель-Годару, потому что он мусульманин.

В наше время достаточно владеть конюшней, чтобы заполучить документы, подтверждающие ваше знатное происхождение.

Единственное место, куда еще не ездит «весь Париж», так это к палачу, а все оттого, что этот чиновник предпочитает уединение.

В гостиных герцогини де Ривас можно было встретить так много знатных особ, представителей старых дворянских родов и покрывших себя славой героев, что бедняга «весь Париж» поневоле осознавал свою незначительность.

Тем временем пришло время для первого вальса.

Джордж Лесли объявил, что ему обещан тур вальса с Элен.

Виконта Анри де Вилье удержала подле себя маркиза. Виконт был вынужден присесть на место Элен и подвергся допросу.

– На этот раз вы будете моим пленником, кузен, – сказала маркиза. – Извольте назвать мне настоящее имя этого француза Эдуара…

– Я ведь обещал, кузина, – ответил Анри, – и я сдержу свое слово.

Маркиза придвинула свой стул поближе и облизала губы.

– Но надо понимать, кузина, что существуют обязательства… правила приличия наконец… Ведь я друг герцога де Риваса.

– Герцог де Ривас! – насторожилась маркиза. – Причем тут герцог?

– Поймите же меня… Кому нужен скандал в разгар праздника…

– Кузен! – воскликнула маркиза, любопытство которой достигло точки кипения. – Заявляю вам официально, что я перестала вас понимать… Причем тут скандал?

Анри склонился к ее уху.

– Он здесь! – прошептал виконт.

– Француз! – ахнула маркиза, подскочив в кресле.

– Тсс! – предостерег Анри. – Сами видите, как это серьезно.

– Клянусь, я буду молчать!

– Позвольте только один вопрос, дорогая кузина… Если бы вы оказались на месте герцогини де Ривас, и в вашу гостиную случайно попал бы подобный персонаж?..

– Понимаю, понимаю… но ведь я буду молчать!

Анри покачал головой. Его жесты и поза были очень величественны.

– Не настаивайте, дорогая кузина, – сказал он. – К большому для меня сожалению, я вынужден вам отказать. Я не хотел бы стать сообщником, пусть даже невольным, того, что сегодня здесь произойдет.

– А разве что-то должно произойти?

– Я и так уже слишком много сказал, – пробормотал виконт.

– Анри! Анри! Ради Бога, скажите хоть что-нибудь! – умоляющим голосом произнесла маркиза. – Заранее вас предупреждаю, что я в любом случае раскрою эту тайну… Скоро явится О’Брайен…

– Если генерал сочтет возможным все вам рассказать, то тем лучше, а моя совесть будет чиста.

Щеки виконта слегка покраснели, но его улыбка оставалась спокойной.

В этот момент неизвестный мужчина, пришедший вместе с Джорджем Лесли и виконтом, подошел к Анри и что-то сказал ему на ухо.

Анри тихим голосом что-то ответил, и неизвестный растворился в толпе.

Маркизе показалось, что она в третий раз услышала имя О’Брайена.

– Кто это? – спросила она.

– Вы разве не слышали, что он говорил о генерале? – отозвался Анри.

– Вот именно… мне показалось…

– У генерала много друзей, – медленно проговорил виконт. – В его возрасте уже невозможно отказываться от старых привычек… У генерала страсть к приключениям.

– Неужели генерал замешан в этом деле?

– Я отношусь к генералу, как к настоящему другу. Я сделал все, что мог, чтобы отговорить его…

– Из-за вас я точно сойду с ума! – воскликнула маркиза.

Но тут ее вновь обуял приступ любопытства, и она добавила:

– Знаете, виконт, а ведь вы не любите мою дочь!

Анри даже не попытался воспринять это заявление, как шутку. Напротив, он придал своему лицу печальное выражение и проникновенным голосом сказал:

– Дорогая кузина, Элен – это моя последняя привязанность. Я связал с ней все свое будущее, все мои надежды на счастье…

– И при этом вы не доверяете ее матери!

– Послушайте!..

Маркиза еще ближе придвинула кресло.

Но Анри никак не мог назвать имя француза. Со стороны казалось, что он не в состоянии назвать имя реального человека из-за того, что это стало бы обвинением в подлости.

Он взял в свои руки обе руки будущей тещи и, избегая прямого ответа на вопрос, сказал:

– Вы меня вынудили… То, что я вам скажу, есть вопрос жизни и смерти. Здесь присутствует не только тот, кого вы называете французом, но и его противник…

– То, что я вам скажу, есть вопрос жизни и смерти

– Что! – перебила его маркиза, – граф Альбер де Розен находится здесь!..

Анри поднялся.

– Надеюсь, – очень серьезно произнес виконт, – что мне не придется жалеть об оказанном вам доверии.

Он поклонился и отошел.

У маркизы возникло ощущение, что ее поджаривают на медленном огне.

Теперь ей казалось, что она находится не в особняке посольства, а на сцене театра Порт-Сен-Мартен[52], где идет одна из тех пьес, в которых каждый персонаж прячет под одеждой кинжал и держит в карманах пистолеты. Голова у нее закружилась. Драма разворачивалась в атмосфере сияющих лиц и благоуханий. Под каждой маской маркизе чудился кровожадный взгляд. Перед ней продефилировал два или три раза браво[53], да еще и под руку с какой-то знатной венецианкой.

Это и впрямь была настоящая венецианская ночь! Черный бархат скрывал кипение бешеных страстей, ноги влюбленных скользили в лужах крови, звуки агонии перекрывали песни, исполненные неги!

Где-то здесь скрывались Яго, Шейлок и прочие негодяи. Маркиза на полном серьезе подумывала о том, чтобы вызвать свой экипаж и отправиться домой…

Великолепный оркестр продолжал наигрывать вальс, но разве на подобных праздниках можно доверять оркестру?

Мимо проходили очаровательные пары. Эти несчастные ни о чем не догадывались…

Маркиза поискала глазами дочь и нигде ее не обнаружила.

Элен и Джордж Лесли прошли уже два тура вальса, не сказав друг другу ни слова.

Элен была так взволнована, что дрожала всем телом.

Джордж во время перерыва попытался что-то сказать, но не смог.

По окончании вальса он повел Элен в соседнюю гостиную. Она спросила:

– Почему вы уводите меня от матери?

Вместо ответа Джордж сам задал вопрос.

– Сколько писем от мисс Хеллен Тэлбот вы получили за последние три месяца? – спросил он.

– Хеллен не писала мне целый год, – ответила девушка.

– Она что-то говорила вам о графе де Розене?

– Она сказала: «Я любима, я люблю, я буду счастлива».

Джордж остановился на пороге второй гостиной.

– Хеллен часто говорила о вас своему жениху, – сказал он.

А поскольку девушка хранила молчание, он понизил голос и спросил:

– Вы любите виконта Анри де Вилье?

Элен почувствовала, как краснеют ее щеки. Однако, к своему удивлению, она совсем не рассердилась.