Гром богов - Энтони Ричес

очереди быстро пройдут к ближайшей повозке, и каждый возьмет оттуда по одному длинному копью. Затем они вернутся на свою позицию, держа в руках свои длинные копья и короткие пилумы в вертикальном положении. Шевелитесь!

 — Что именно он тебе сказал?

— Что он понятия не имеет, где может быть трибун Корв, если его нельзя найти в Хаме, губернатор.

Домиций Декстер уставился на фригийца, и по его лицу медленно расплылась улыбка.

— И в Хаме никто ничего не слышал о Корве?

— Ни в городе, ни в крепости, губернатор.

— Ты веришь, что трибуну было приказано отправиться в город?

После долгой паузы молодого человека явно затошнило от подтекста своего ответа.

— Нет, господин. Я полагаю, его отправили в другое место.

— И что, легату Скавру удалось убедить тебя в обратном?

Фригиец открыл было рот, затем снова закрыл его.

— Послушай, префект, я понимаю твое желание не впутывать коллегу по военной службе в это дело, но проблемы здесь серьезнее, чем простая лояльность. Он убедил тебя в обратном?

— Нет, губернатор.

Декстер торжествующе улыбнулся.

— Как я и ожидал. Ты свободен, префект, благодарю тебя! …  Секретарь!

Префект отдал честь, повернулся и направился к двери огромного кабинета, лишь частично осознавая шум за своей спиной.

— Секретарь! Где этот олух? А, вот и ты. Немедленно приведи моих ликторов!

Две передние шеренги легиона заняли свои места с новыми копьями, поскольку повозки, поднимая клубы пыли, с грохотом выезжая с плаца. Не в силах сдержать любопытство, легионеры, державшие в руках новое оружие, смотрели на длинные железные наконечники копий в десяти футах над их головами.

— Похоже, новшества никому не нравятся.

Стоя рядом с Юлием, Скавр широко ухмыльнулся.

— Я знаю. Хотя остальная часть легиона, кажется, достаточно упоенно наслаждается зрелищем.

Бормотание и тихие смешки распространились по строю легиона, и только строгое присутствие их офицеров препятствовало более широкому веселью со стороны людей, которым не было поручено нести новые копья. Юлий шагнул вперед, выкрикивая команду во весь голос.

— Когорты, смирно-о-о-о!!!!

Дождавшись, пока воцарится тишина, легат выступил вперед.

— Солдаты Императорского Третьего легиона, у меня приказ выступить на парфянское царство Адиабена и обезопасить нашу крепость-аванпост Нисибис от осады, которой, как мы полагаем, она подверглась! Как многие из вас знают, Нисибис - мощная крепость, стены которой могут долгие месяцы противостоять самым решительным силам врага. Но без нашего вмешательства она, несомненно, в конечном итоге падет. Наш император - мудрый человек, и он знает, враг не удовлетворится Нисибисом, а только побудит его выступить против нашего союзника, Осроена. И когда Осроена падет, следующим естественным шагом для Парфии будет переход через Евфрат в Сирию, их взор будет устремлен на город Антиохию! Ждать, пока парфяне придут к нам, значит позволять им роскошь новых завоеваний и уверенности в своих силах, и поэтому мой приказ таков: пересечь реку, при первой возможности, дать им сражение и разгромить их агрессивные планы, прежде чем у них появится шанс воспользоваться этой возможностью!

Полная тишина теперь охватила тысячи мужчин, стоявших перед ним, и Скавр приблизился к ним на расстояние, пока не смог разглядеть отдельные волоски в их бородах.

— Все слышат меня! Мы перейдем Евфрат в течение недели, а через десять дней будем в Нисибисе, если только не потратим некоторое время на сражение с этой парфянской армией ...  — Он сделал театральную паузу. — В таком случае это займет у нас десять дней и час времени!

Ближайшие к нему мужчины слабо улыбнулись его шутке.

— Я знаю, что вы обеспокоены потерей своих товарищей - солдат из Шестой когорты, и, по правде говоря, вы не были бы людьми, если бы не переживали! Боги знают, что меня это тоже беспокоит! В то, что одна когорта была отправлена на верную гибель таким любительским образом, невозможно поверить! Но мы с вами не любители! Как закаленные воины Рима, мы не оставим безнаказанным дерзкое нападение этих восточных ничтожеств. Они заплатят высокую цену за свою кратковременную, бесславную попытку мести народу Рима.

Он повернулся к Юлию.

— Подготовь солдат к маршу.

Примипил кивнул, занимая место своего легата перед легионом.

— Приготовиться к маршу! Возьмите в руки шесты, копья, шлемы и щиты! Любой, кто что-нибудь оставит, будет нести двойной наряд по охране лагеря на всем пути отсюда до реки! А теперь вперед марш, вы, животные!

— Скажите мне, что мы должны делать, когда доберемся до казарм?

Старший из ликторов губернатора Декстера нахмурился, и не оборачиваясь на своего подчиненного, пока они спешили по дороге от западных ворот города к казармам Третьего Гальского легиона ответил:

— Ты хорошо все слышал, когда я говорил тебе это в прошлый раз.

Мужчина, идущий рядом с ним, покачал головой, перекидывая связку прутьев, которую он нес, на другое плечо, стараясь не порезаться о лезвие топора, торчащего из его середины.

— Я хорошо все слышал, но мне что-то не верится

Его начальник стиснул зубы, прежде чем заговорить снова.

— Приказ губернатора таков. Мы арестовываем легата легиона, доставляем его во дворец и передаем людям губернатора.

— А почему он не послал кого-нибудь из своих прокуроров произвести арест?

— Потому, что солдаты не признали бы авторитет этого человека.

Напарник ликтора горько рассмеялся.

— Значит, для нас лучше, чтобы попирали наш авторитет, чем их?

Старший группы остановился и повернулся к своему подчиненному с поднятым пальцем.

— Послушайте, насколько я понимаю...

Его прервал рев труб, когда ворота крепости распахнулись и, после минутной паузы, на дороге показалась голова марширующей колонны легионеров.

— Мы опоздали!

Старший ликтор сердито покачал головой.

— Нет, химеры их забери, не может быть. Этот Скавр, скорее всего, перепугался до смерти и решил сбежать со своими людьми. Пошли быстрее!

Ведя своего сопротивляющегося товарища к казарме, он проигнорировал шквал свистков, который обрушился на них, когда мимо промаршировали первые центурии колонны. Протиснувшись через ворота, он на мгновение огляделся, прежде чем его взгляд остановился на группе фигур, губы младшего мужчины шевелились, когда он пересчитывал людей, все еще ожидающих, чтобы присоединиться к шеренге марширующих.

— Я думал, ему разрешили взять с собой только половину легиона.

— Ему разрешили забрать с собой только половину Третьего Гальского легиона.

Двое мужчин прошли через плац под взглядами тысяч людей, остановившись в нескольких шагах от намеченной цели, когда Скавр обернулся и улыбнулся им.

— Ах,