Желтый адмирал - Патрик О'Брайан

до мозга костей, был глубоко возмущен испанским гнетом в своей стране и поддерживал подпольное движение за автономию, если не за полную независимость; и именно это впервые свело его со Стивеном Мэтьюрином. Тем не менее, – так же, как и Стивен, – он довольно рано решил, что французское вторжение, которое было особенно жестоким как раз в Каталонии, требовало от него объединиться с любой из сил, противостоявших ее врагу, в этом случае с испанским правительством. Во время активного участия в тайном сепаратистском движении он был более удачлив, хотя и не менее предприимчив, чем Мэтьюрин, и его имя не фигурировало ни в одном официальном списке повстанцев или неблагонадежных лиц; поэтому он смог присоединиться к одной из испанских разведывательных служб, занимавшейся вопросами военно-морского флота. И когда испанцы по неудачному совету принца Мира[94] решили перейти на сторону Бонапарта, он оказался в очень выгодном положении для передачи своему другу информации – прежде всего, касавшейся военного флота. Даже сейчас, когда Испания снова была в состоянии ожесточенной войны с Францией, их сотрудничество имело свои преимущества, и теперь они выполняли совместную миссию, поскольку французская сторона ни в коем случае не была единым целым, а состояла из множества людей с разными интересами, не говоря уже о двойных агентах.

Он явился на завтрак в большую каюту, одетый так же хорошо, как сам капитан, что произвело благоприятное впечатление, и трапеза прошла отлично, хотя и довольно официально: Джек в такой ситуации был предельно сдержан, а Бернард тоже не стремился быть особенно общительным, ограничиваясь общими фразами и приятными для принимающей стороны замечаниями о красоте корабля и, прежде всего, о поистине великолепной капитанской каюте.

После этого Джек оставил их одних, за исключением времени обеда, проводя много времени с Хардингом и еще больше с боцманом и укрепляя корабль на случай ожидаемого шторма; хотя он оставил несколько часов и для Янна, нанеся на карты "Беллоны" пометки в соответствии с его ценнейшими советами и выслушав все, что он мог рассказать об этих водах.

– Скоро, возможно, на следующий день после среды, – сказал Янн (у него были трудности с "четвергом", хотя в целом он говорил довольно бегло). – с юго-запада задует жестокий ветер. Но не мне говорить вам о лось-штагах, сэр, – добавил он, с удовольствием разглядывая такелаж "Беллоны". И, помолчав, он добавил: – Удивляюсь, как эти ублюдки, – он кивнул в сторону Бреста. – не попытались выйти, когда хороший ветер дул с северо-востока в течение еще пары часов после того, как вы нас подобрали. Достаточно времени, чтобы фрегат мог спуститься по Гуле и уйти вверх по Ируазу, и поминай как звали. Или даже быстрый линейный корабль, как "Ромул".

– Скажите мне, Янн, – спросил Джек. – если будет такой же сильный туман, как сейчас, вы возьметесь провести корабль через Ра? Если и луны не будет видно?

– В таком тумане, сэр? Мне было бы спокойнее на фрегате или шлюпе, чем на тяжелом семидесятичетырехпушечном, в таком-то тумане; я мог бы это сделать, потому что волны прилива так белеют на Вьей[95], что я ее ни за что не упущу, – знаю, куда смотреть, с тех пор, как был мальчишкой, – Он опустил руку, чтобы показать свой рост, когда впервые увидел Вьей. – Но не мучайте себя, сэр: он не останется таким густым, как сейчас.

Он как в воду глядел. Ближе к закату, когда они стояли у Мен-Гла в ожидании прилива, ветер снова задул с северо-востока, и хотя на востоке и северо-востоке, над сушей, все еще виднелись клочья густого тумана, большая часть бухты слева по борту была затянута лишь небольшой дымкой. Действительно, на траверзе левого борта в полукилометре смутно виднелись несколько рыбацких лодок – левого, потому что в этот момент Джек совершал свой обычный северный галс. Когда стемнело почти полностью, он попросил Хардинга позвать вахтенного офицера, в данном случае Хьюэлла, помощников штурмана и мичманов; и когда все они собрались на шканцах, Джек сказал:

– Джентльмены, через пятнадцать минут я поверну корабль оверштаг. Я бы хотел, чтобы этот маневр был выполнен как можно тише и почти без света; и мы будем двигаться только с зарифленными нижними парусами. Спешки нет, это не гонка. Но все должны вести себя как можно тише. Каждый офицер пусть подберет надежных людей. Это задача не для неопытных матросов, какими бы усердными они ни были. Мистер Рид, я полагаю, вы проверили синий катер?

– Да, сэр, – ответил Рид, улыбаясь в темноте. – Все в полном порядке.

Вопреки сильному противодействию со стороны более консервативных офицеров и даже своего собственного сердца, Джек установил шлюпбалки на корме "Беллоны", что несколько повредило ее красоте и внесло новизну в ее внешний вид; но теперь он радовался при мысли о том, что шлюпка висит там, полностью оборудованная и готовая к тому, чтобы на нее взошли менее подготовленные люди, которых можно будет опустить на воду без опасности и беспокойства с обеих сторон. Он часто высаживал Стивена на берег в разных местах, как правило, ночью; и тревога, которую он испытывал каждый раз, наблюдая за его нетвердым, покачивающимся спуском через борт и вниз, даже при абсолютно спокойном море и при том, что ему помогали сила тяжести и заботливые руки, добавила целые годы к его и так очевидному возрасту. Поэтому любое нововведение, каким бы варварским оно ни было, стоило того облегчения, которое Джек испытал бы, увидев, что доктор сидит в шлюпке, сложив руки на груди, его багаж лежит рядом с ним, и все это очень осторожно опускается на поверхность воды, а вся команда катера мягко, как кошки, спускается вниз, и Бонден отталкивается от борта.

Но все это пока было впереди. Как только судно совершило поворот – что было сделано с похвальной быстротой и почти в полной тишине, – и двинулось на юго-восток под зарифленными нижними парусами при ветре позади траверза, идя настолько незаметно, насколько вообще возможно для линейного корабля, капитан поднялся на фор-марс с лоцманом, пока внимательный мичман на палубе готовился передавать его приказы.

Однако долгое время никаких приказов не поступало. Джек обсудил с лоцманом туман, который, вероятно, окончательно рассеется к утру, дрейф "Беллоны" под ветер, который был очень небольшим, и ее нынешнее местоположение.

– По правому борту, сэр, вы можете разглядеть Ба-Венн. Курс на полрумба влево, сэр, если изволите; да, вот так.