Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

На следующий день ауны-мужчины вновь отправились на охоту в ближайший каньон, несколько воинов решили принести из лесу заготовки для копий и дротиков. Из мужчин в стане вместе с женщинами и детьми на этот раз остался и Фай. Он немедля посетил Мау, когда вождь пришёл в себя. Он лежал на медвежьей шкуре, выглядел бледно, а глаза не давали знать: где тот перелом – в лучшую или худшую сторону, выживет или нет?

– Фай пришёл сказать, что Мау безнадёжно болен, он не сможет теперь быть вождём. Что случилось с Мау, это воля тьмы и солнца. Скажи пред племенем, что после своей смерти ты оставляешь вместо себя Фая, а дочь отдаёшь мне в жёны.

– Фай, Мау ещё жив и он дождётся сына, как и Неги увидит Вао, а Лая своего отца Каура. Они в пути, и я верю, идут с добрыми новостями, они наверняка разведали многие нетронутые человеком места, богатые живностью и растительностью, и нашли большие реки, мне было видение и поведут племя туда, где закончили свой путь, откуда вернулись.

– Прошло много времени, они погибли от зубов хищников и съедены, – утверждал Фай.

– Я слышу не голос ауна, а вой гиены, – слабым голосом, но в гневе промолвил Мау.

В жилище появилась Неги, и последние слова Фая и отца ещё с порога донеслись до её ушей. Угроза и негодование Фая и их разговор не на шутку встревожили девушку.

Фай от слов вождя вскипел, он схватил вошедшую Неги за волосы, подвёл к Мау и громко произнёс:

– Если и вернётся Вао, то ты не увидишь сына, как и не увидит Вао сестру Неги! Сейчас я проломлю обоим головы, если ты не дашь мне добро на верховодство племенем! – А повернувшись к Неги, угрожающе бросил: – Ты станешь моей женой, иначе!.. – Он замахнулся на девушку, а та в страхе закричала и зубами вцепилась в занесённую над ней руку Фая, в которой он держал каменное тесло, похожее на массивный острый нож.

Лая и несколько женщин услышали шум и истошный зов Неги, всполошились: что ж такое ужасное могло случиться?! Взывание девушки о помощи перешло в душераздирающий крик…

Глава 11

В обратный путь

Зная место стоянки людоедов, Вао, Каур и Ари минули их, прошли за вершинами приземистых гор, обогнув долину. Путь оказался длиннее, но более безопасным. Встреча с хауками была нежелательна.

К исходу четвёртого дня ауны дошли до знакомых мест, и глаза засветились радостью: вот те просторы, куда они приведут племя! Большая река, приняв Малую речку, как и прежде, несла свои воды, и Вао подумал: ауны теперь будут добывать рыбу, как куланы, они сплетут такие же, как у них, сети, а женщины будут варить рыбу в кипящей каменной чаше.

Он тронул лук, что подарил ему Алон. Лук висел на плече, а стрелы в кожаном мешке, он искусно сшит женщинами гостеприимного племени. Сейчас он более ловок и может сразить зверя с нескольких десятков шагов! А камни, которые высекают искры и дают огонь, приведут Мау и племя в неописуемый восторг! Теперь они знают, где их найти на Большой реке, и смогут ими не только оживить очаг, но и изготовить более прочные наконечники для копий и дротиков, топоры и скребла, и, конечно же, наконечники для быстро летящих стрел!

Каждый аун шёл и думал свои думы.

Вао об отце: «Как же ему тяжело, когда рядом с ним нет меня, а сестра и Лая оказались в стане врагов. Удалось ли Сану, Гему и Рау их вызволить?..» Но Вао верит в этих воинов, и не зря у Мау выбор пал именно на них – осмотрительные, смелые и решительные, погибнут, но девушек спасут.

Каур думал о дочери: «Где сейчас Лая, в плену злобного племени или спасена и уже средь аунов? Последнее как меня обрадовало бы! Наверняка Вао думает так же и даже больше сокрушается, коль так одержим взять в жёны Лаю…»

Ари размышлял, конечно же, о Неги. Он бы отдал всё, только бы она была жива. Мау, конечно, не будет возражать против их союза, он сам передаст её ладонь в протянутую им руку…

Как же разнообразна растительность, как меняется ландшафт местности по мере движения путников! То скальные проявления, покрытые мхом и лишайником, выложены плитами, то абсолютно голые и возвышаются над землёй уступами высокими и не очень, а если спускаешься в равнины, тут множество деревьев и кустарников со всевозможными причудливыми формами листьев или иглами, где-то густо, а где-то редко окружённые многолетними травами. Они местами высокие, местами низкие и тоже разного вида. Природа – это безмолвная часть мироздания, и она радует первых людей этой эпохи своей привлекательностью, даёт разнообразную пищу; позволяет всему живому дышать и наслаждаться, искать защиту в зарослях, чтобы выжить или притаиться, или скрасть добычу и насытить утробу.

Каур, Ари и Вао впереди заметили знакомое стадо мамонтов. Да, это было то самое стадо, что повстречали несколькими днями назад. Вожак приметный – громадный и с огромными бивнями, обросший шерстью длиннее, чем у его собратьев. Он степенный и, должно быть, мудрый, и прожил не меньше шести десятков лет. Животные паслись. Как же много съедают они пищи! И она в этих краях есть. Её в достатке для нескольких поколений этих удивительно величественных животных-исполинов.

Но тут внезапно налетел ветер и нёс он на своих плечах тёмную пелену. И вскоре над тундростепным пространством, окружённым горно-холмистой возвышенностью, нависли чёрные тучи. Их седые края виделись рваными, грозными. Сверкнула первая молния, за ней вторая, а следом каскад огненных стрел чертил небосвод сверкающими линиями, временами достигавшими поверхности земли.

Всё это сопровождалось громовыми раскатами, доводившими аунов до страха. С небес обрушился проливной ливень, сильный и плотный. Звери и пернатые искали, где спрятаться. Разве что мамонты с присущей им степенностью стояли стадом, для таких гигантов природа не сделала пещер, ниш и других укрытий. Наверное, они, как люди, внутренне всё же содрогались от стихии, но внешне не выдавали себя, а покорно принимали дождевой поток, и кто знает, может, это им доставляло удовольствие от необычных водных процедур. Вообще-то в жаркий период мамонты находили прохладу у берега реки, а то и заходили в русло, подолгу стояли, временами обдавая себя водой.

Вао, Каур и Ари стояли под большим деревом, прижавшись к его мощному стволу. Мало спасало