Сибирский приключенческий роман 5 - Юрий Семенович Манаков

– Вполне, вполне, раз замешан… Видал, каков? Не зря говорят: в тихом омуте… – Не закончив пословицу, Ракитников распорядился: – Степан Тарасович, уж будьте любезны, организуйте двоих конвоиров и вчетвером немедля же отправимся до Огородникова, и пускай прихватят потребный для поднятия полов инструмент. «Вот уж, вот уж, да неужели?..» – удивлялся исправник и непроизвольно стукнул торцом карандаша по письменному столу.

– Не осрамимся, если всё не так выглядит? – засомневался Ракитников.

– Никак нет, Степан Тарасович. Доподлинно!

– Что ж, ступайте, но всё же, если промашка выйдет, так будете поклоны совершать, извиняться, оправдываться.

– Не придётся, – заверил урядник.

Мыльников в хорошем расположении духа тут же покинул канцелярию и быстрыми шагами направился до казармы служивых. Ракитников же смотрел в окно на покинувшего двор канцелярии урядника и подумал: «Ели уж смотритель золото крадёт, так рабочие и подавно, да-а-а, надо же, влечение к жёлтому металлу каково! Извечная жажда наживы в людях сидит, и тюрьмы вытравить из них воровскую охотку мало помогают. Чем же погасить страсть мерзопакостную? Нет, не искоренить, пожалуй, в народе низость этакую».

– М-да-а… – тихо с задумчивостью произнёс исправник, продолжая глядеть на удалявшегося урядника. – А помощник у меня – молодец, зоркий, сметливый…

Резкий стук в дверь избы Огородникова – и через порог шагнули один за другим исправник с урядником. Конвоиры остались во дворе у входа, стояли и курили, дожидались дальнейших распоряжений.

– Извините за внезапный визит, но дело не терпит отлагательства, острая надобность заставила посетить вас, Огородников, – первое, что произнёс Ракитников. – Уж извините, присутствующие, прервали чаепитие ваше.

Подкорытовы удивлялись появлению представителей власти, посмотрели на Никиту, но и он был в недоумении. В связи с чем сразу двое – исправник со своим помощником? К чему такая честь?.. А по тону не честь, а нотки некой угрозы.

– Проходите. А по какому поводу, ваша милость, пожаловали? Узнать хотелось бы… – Никита привстал, не находя объяснений появлению Ракитникова и Мыльникова.

– А то и не догадываешься?

– Отколь же мне знать, ваше благородие, и догадок не нахожу…

– Сам покажешь, где тайник с золотом, или обыск учинить вынудишь? – повысил голос Ракитников.

– Тайник с золотом?.. Какой тайник?.. – опешил Никита.

– А вот демонстрировать непонятие незачем, доподлинно известно, хранишь в избе золото, похищенное на шахте.

– О чём речь, ваша милость? Святослав Герасимович, извиняюсь, но ошибка ваша, не крал ничего и не храню ворованного, крест ложу. – Никита перекрестился в подтверждение слов. – Днём с огнём ничего не сыщите.

Подкорытовы сидели, словно заворожённые, неподвижно и молча. Смотрели то на Никиту, то на исправника, так наседавшего с обвинениями на хозяина избы. Мыльников поглядывал на Ксению, изменившуюся в лице, приложила обе ладошки к розовым щекам, подпирая взволновавшиеся очи. «Ишь, всполошилась, за жениха переживает, погоди, дальше ожидай и поглядывай…»

– Не стыдно, Огородников, при таком положении вещей крестным знамением прикрываться, так не поможет. Повторяю, сам покажешь, или полы прикажу вскрыть?

– Никогда не охоч до чужого. Сам, будучи смотрителем на шахте, за порядком слежу. Клевету на меня кто навёл, не крал, и нет у меня никакого золота, в мыслях не держал и не допускаю, не грешен в том, ваша милость… – Никиту трясло от обрушившейся на него несправедливости, оговора. – Прямо огорошили напраслиной.

– Милейший Степан Тарасович, кликните конвоиров, и приступим, пожалуй. – Ракитников махнул рукой.

Мыльников приоткрыл дверь и крикнул:

– Знайденко и Перетолчин, ходите сюда!

Исправник прошёлся по горнице и постукивал тростью по половицам, прислушивался.

– Удивительно, погреба нет.

– Во дворе устроен с отдельным входом, – пояснил Никита.

– Понятно, и туда заглянем. – Ракитников подошёл к печи, постучал по нижним рядам кирпичей, нет ли пустот, приглядывался к кладке, нет ли свежих следов от глиняной замазки.

– Хоть всё переройте, дом переверните, нет у меня золота, с чего такая напасть?.. – в отчаянии говорил Никита, не зная, как далее поступить, какие найти слова отвести чудовищный навет.

– Степан Тарасович, с какого места приступить предлагаете? – спросил Ракитников.

– Пожалуй, с сеней, а потом хату осмотрим, – произнёс исправник.

– Уж приложите, голубчик, старания совместно с конвоирами и в присутствии Огородникова, а я с гостями в светлице подожду.

Мыльников дал знать Знайденко и Перетолчину проследовать в сени, вынужденно за ними направился и Никита.

Урядник, войдя в сенцы, приглядывался к полу у задней стены холодного помещения и вслух изрёк свои наблюдения:

– О, застывшие капли воска на полу и спичка несгоревшая валяется. Никак ты, Огородников, со свечой тут искал чего? – А мысленно упрекнул Шамонова: «Растяпа, торопился, не убрал за собой».

– Ничего тут не искал, свечу не зажигал, а откуда от свечи воск и спичка, не знаю… – Никита с удивлением разглядел ранее им не замеченные восковые капли. «Откуда они взялись?.. Неужели с прошлого приезда, но опять-таки свечой в сенцах вроде как не пользовался…»

– А может, по приезду вечерком и зажигал огонь, чтоб спрятать в тайник золото?

– Шутить неловко изволите. Говорю же, нет в доме золота, не крал никогда. Ищите, коль за этим пожаловали, зря время потратите. Хоть всю избу по брёвнышкам и доскам переберите.

– И поищем. – Мыльников кивнул одному из конвоиров. – Знайденко, а ну, ковырни крайнюю половицу, с неё начнём.

Знайденко вставил в щель меж досками гвоздодёр, налёг, и половица отошла, отложил в сторону и посмотрел внутрь.

– Гляньте, Степан Тарасович, тут свёрток лежит, – доложил служивый и отошёл в сторону, давая возможность подойти уряднику.

Мыльников согнулся, извлёк свёрток, имевший некий вес. Пошарил рукой под соседними половицами и поднялся.

– Что в свёртке, Огородников?

Никита смотрел на свёрток, нахмурившись, не понимал, что за свёрток и как он оказался под полом?

– Молчишь. Давайте-ка войдём в горницу и вместе полюбопытствуем. – Урядник внутренне торжествовал.

Вошли в избу. Ракитников обернулся к вошедшим сыщикам и, глядя на свёрток в руках своего помощника, произнёс:

– Неужели обнаружили?

– Обнаружили, Святослав Герасимович. – Мыльников положил свёрток на стол.

– Так, может, Огородников развяжет, покажет нам, что в нём? – предложил исправник.

Никита подошёл к свёртку, поражаясь найденной Мыльниковым и его подчинёнными находкой, что в нём, кем положен? Сам же при завершении постройки дома закрывал полы, кроме голой земли, ничего не было.

– Смелее, смелее, голубчик, – призывал Ракитников Огородникова.

Никита неуверенными руками развязал узелок, раскрыл края выделанной кожи и тут к неожиданности увидел самородки. «Не может быть! Да что ж такое?! Откуда эти самородки, откуда взялся свёрток?!»

«Молодец, Шамонов, исполнил всё как надо. Подложил надлежаще!» – радовался Мыльников, поглядывая на самородки, что сам намедни откладывал для данного факта.

– Понятия не имею, откуда взялось золото… Быть того не может! И не моё вовсе… – отпрянул Никита и с негодованием отказывался