Гром богов - Энтони Ричес

— Тебе не нужно будет искать меня, римлянин. Стой спокойно достаточно долго, и я сам окажусь рядом с собой.

Легат снова склонил голову, легкая улыбка была единственным признаком реакции на напыщенность парфянина.

— А вы, ваше великолепие. Могу я узнать, к кому имею честь обращаться?

Царь развел руками.

— Я Осроэс, сын царя Арсакийа Сорок Пятого, Царя Царей, Помазанника, Справедливого, Прославленного, Друга греков. Я правлю провинцией Мидия от имени моего отца, и именно с его благословения я веду свою армию на дело моего родственника Нарсая. И теперь, когда ты знаешь, кто доставит тебя к твоим богам, назови нам свое имя, чтобы мы могли соответствующим образом украсить твою могилу.

— Мое имя, могущественные цари, Гай Рутилий Скавр. Я легат императорского Третьего Галльского легиона, и я поклялся моему богу, Светоносному  Митре, сразиться здесь и одержать победу, которая эхом разнесется по равнинам до стен города твоего отца Ктесифона. Либо это, либо умереть так, чтобы доставить удовольствие духам моих предков. А что касается моей могилы...

Его лицо посуровело.

— Единственное, чего я ожидаю от тебя, царь Осроэс, это то, что ты осквернишь мой труп таким же варварским способом, как поступил с моей Шестой когортой.

Он сделал паузу, обводя жестким взглядом лица всех троих мужчин.

— Ты собираешься победить мой легион сегодня ...?

— Мы обескровим твой легион нашими стрелами, а затем раздавим его в лепешку нашими булавами!

Римлянин снова улыбнулся, обнажив зубы.

— Возможно, ты и сможешь одержать победу нал нами сегодня, Нарсай из Адиабены, но ты просто отодвинешь день своего возмездия за эти преступления. И будь осторожен, когда поднимешься на этот холм в поисках моей головы, потому что я не буду там демонстрировать свое чувство юмора.

Осроэс покачал головой.

— Тебе лучше вернуться на свой командный пост, легат, прежде чем ты спровоцируешь моего кузена на поступок, который опозорит его.

Скавр кивнул.

— Мудрый совет, ваше высочество. Я бы не хотел, чтобы меня убили в результате предательской выходки, как моего соотечественника Красса, не так ли? Бесславная смерть - это так плохо для репутации человека.

Он развернулся и направился вверх по склону, тунгрийские воины с топорами отступали за ним, под гневным взглядом монарха в черных доспехах.

— Я должен был убить его.

Осроэс уставился вслед легату.

— Я бы никогда не допустил такого бесчестья под флагом перемирия. Но если ты так уверен, что можешь с ним расправиться, я предлагаю тебе найти его на поле боя и попробовать это сделать. Дерзай!

Он увел свою процессию прочь, подав знак своему полководцу начинать атаку.

 — Вот они идут.

Юлий указал вниз, на равнину под ними, и поморщился, когда тысячи парфянских всадников-лучников начали выдвигаться вперед. Растянувшись по равнине, пока их фронт не стал шириной в добрых полмили, они продвигались вперед размеренным шагом и с безошибочной целью. Юлий уставился на массу людей и лошадей, с отвращением покачав головой.

— И ни на одном из них нет ничего толще войлочной шапки.

 Куртки разных оттенков, в которые были одеты лучники трех царей, придавали сцене фантастический вид, их продвижение постепенно залило землю буйством красок. Кадир кивнул с кривой улыбкой на губах.

— Эти люди никогда не сталкиваются с железом, примипил, они знают только, как обращаться со своими луками. В сражении у них имеется только одна тактика – стрелять и отбегать как можно быстрее. Их успехи против Рима, как правило, являются результатом не их мастерства, которое несомненно, у них имеется, а недостатке навыков и подготовки их соперников. Он уставился на приближающихся к ним всадников, прежде чем заговорить снова.

— Я подозреваю, что этот день может оказаться для них неприятным сюрпризом.

Легион стоял, окутанный тишиной, единственным звуком которой был отдаленный стук копыт, когда парфянские конные лучники дисциплинированной массой двигались вперед, держа наготове луки. Отряд Скавра прошел сквозь строй легиона, и легат отпустил свой эскорт обратно на свои места, прежде чем возобновить восхождение, и покачал головой, когда присоединился к своим офицерам.

— Из того как на нас идет враг вы, вероятно, поняли, что, как и ожидалось, цари, командующие этой парфянской армией, не считают, что совершают ошибку.

— Цари?

Легат понимающе улыбнулся своему примипилу.

— Да. Их здесь три царя. Там, где мы используем имперских губернаторов для управления провинциями империи, жители востока используют систему второстепенных царств, каждым из которых правит свой царь. Таких здесь трое со своими армиями, один из них правит немалой частью империи и два относительно второстепенных монарха, и ни один из них не был настроен идти на компромисс. Вследствие чего...

Он повернулся и посмотрел вниз на равнину, махнув рукой скопившимся конным лучникам.

— Вот с чем пришлось столкнуться нашим бедолагам из Шестой когорты перед гибелью, за исключением того, что им навязали сражение на ровной земле со стандартными щитами, которые защищали немногим лучше, чем простой кусок кожи, и без каких-либо средств для отпора врагу. А эти лучники могут выпускать в воздух по три стрелы, прежде чем первая упадет на землю, и я подозреваю, что мой новый «друг» царь Мидии Осроэс читал те же книги, что и я. Видишь верблюдов с припасами, следующих за лучниками? У них будет достаточно стрел, чтобы осыпать нас ими, пока от легиона не останется ничего, если мы будем достаточно глупы, чтобы позволить им это сделать.

Он улыбнулся, увидев выражение лица Юлия.

— Кем мы, конечно же, не являемся. —  Юлий покачал головой. — Они понятия не имеют, что их ждет, не так ли?

Скавр пожал плечами.

— Зачем им это?  Шестая когорта была разгромлена именно так, как они ожидали, точно так же, как двадцать тысяч человек погибли при Каррах, если уж на, то пошло, так почему бы нам, в свою очередь, не поддаться на их довольно скудный набор трюков? Все, что требуется, с их точки зрения, — это шквал стрел в течение часа или двух, за которым последует великолепная атака их катафрактов, чтобы сломить тех, кто остался, затем несколько минут кровавой резни, капитуляция и убийство выживших. До сих пор самым строгим требованием к мужчинам нашей армии, была способность с терпением относиться к пролитой крови. Я полагаю, царь, отвечающий за эту массу людей, будет рассматривать этот холм и этот легион, как не более чем незначительную помеху. А теперь, приготовься, примипил...