Гром богов - Энтони Ричес

Юлий кивнул своему трубачу, и рог тут же крикнул.

— Третий легион – прикрытие!

Его центурионы повторили команду вдоль строя, первая шеренга каждой центурии быстро опустилась на колени, держа щиты вертикально перед собой, в то время как вторая шеренга присела позади них с поднятыми под углом щитами, две другие шеренги стояли, подняв щиты над головами, чтобы обеспечить защиту от любых стрел, летящих высоко в воздух над ними.

— Лучники - в укрытие!

Отбежав за линию легиона, хамианцы нырнули под крышу стены из щитов, в то время как легионеры Дубна, ожидавшие по обе стороны от каждого «Скорпиона», подняли массивные щиты, лежавшие на земле перед каждым из «Скорпионов», поставив их вместе, образуя деревянную стену, за которой расчеты продолжали работать со своими орудиями.

Снова зазвучал парфянский рог, и всадники выпустили массированный залп стрел, которые описали дугу вверх по склону холма, казалось, на мгновение зависнув в небе, прежде чем со свистом опуститься на строй легиона, где каждое тяжелое железное острие врезалось в поднятые щиты с резким глухим стуком, похожим на удары зимнего града по деревянной крыше.

— А щиты-то работают!

По всему строю легиона солдатские щиты были утыканы стрелами, но там, где обычно стрелы пробивали деревянные щиты и даже попадали в людей позади них, сейчас они по большей части совершенно не пробивали усиленную защиту, обеспечиваемую слоями льна и кожи, с таким усердием сделанную в Антиохии. Правда, иногда, то тут, то там удачный выстрел проскальзывал сквозь неизбежные небольшие бреши в стене из обшитого кожей дерева и попадал в цель, но вдоль линии фронта когорты Третьего Гальского стойко противостояли урагану стрел.  Скавр ухмыльнулся в ответ на искреннее изумленное примипила.

— Интересно, кто из трех царей расстроится больше всех, когда поймет, что происходит!

Несколько стрел пролетели достаточно далеко, и достигли строй «Скорпионов» легиона, но те, что долетели, произвели на гигантские щиты не больше эффекта, чем на те, которыми защищались легионеры, с одиноко торчащими древками из защитных покрытий. С хлопающим звуком ближайший «Скорпион» выпустил болт над головами легионеров, и снаряд исчез в толпе всадников с неизвестным, но смертельным эффектом. Некоторые хамианцы тоже выпускали стрелы через небольшие щели в линии щитов, и быстро нарастающий поток снарядов обрушился на парфянских лучников, усилив замешательство на равнине внизу.

— Мы остановили их атаку! Они не в состоянии доскакать своей обычной рысью до нужных им сто шагов, стрельнуть и развернуться, только не тогда, когда наши хамианцы стреляют по ним, а умирающие лошади в агонии бьются на поле боя!

Скавр кивнул, глядя поверх толпящихся лучников туда, где стояла парфянская тяжелая конница, ожидавшая момента, когда их чудовищная мощь будет приведена в действие, чтобы нанести смертельный удар легиону.

— Мне интересно, что Осроэс думает об этом.

— Они убивают моих лучников! Мы должны что-то предпринять!

Нарсай выпрямился в седле, его бедра напряглись, чтобы подняться повыше для лучшего обзора. Игнорируя выкрикиваемые проклятия своего собрата-монарха, Осроэс оглядел массу объединенных сил лучников, их обычный цикл атаки и отступления явно превратился в хаос из-за растущего числа лошадей и всадников, которые были убиты и ранены непрекращающимся ливнем стрел и залпов катапульт римлян. Выше по склону римских лучников, по-видимому, не беспокоили залпы стрел, которые выпускали в них более-менее боеспособные парфянские лучники.

— Здесь что-то не так...

Нарсай наклонился к нему поближе, почти вылезая из своего инкрустированного золотом и драгоценными камнями седла в своем желании быть услышанным, и заорал на Осроэса с такой яростью, что его слюна забрызгала безупречные позолоченные доспехи царя.

— Единственное, что «не так», это то, что мы сидим здесь, ничего не делая, в то время как наши лучники умирают от рук этих гребаных захватчиков!

Осроэс мгновение смотрел на него, прежде чем ответить, на удивление спокойный, каким он был всегда, когда его провоцировали на насилие.

— Прояви ко мне такое неуважение еще раз, кузен, и я подумаю о том, чтобы изменить свое мнение относительно того, что мне лучше: сражаться с римлянами или подчинить себе твое маленькое беззубое царство.

 Нарсай дернулся назад, как будто его ужалили, потянувшись одной рукой к рукояти своей булавы, но вовремя остановился, когда осознал угрозу со стороны телохранителей, сгрудившихся вокруг царской свиты. Осроэс мрачно кивнул, указывая на великолепно экипированную тяжелую кавалерию своего самого близкого телохранителя.

— Мудро, с твоей стороны, Нарсай.

Он указал на холм перед ними.

— Похоже, наш враг неплохо противостоит нам, по крайней мере пока. К настоящему моменту я бы ожидал увидеть, что в их рядах начнут появляться бреши, поскольку наши лучники прореживают их ряды, но все, что я вижу, это римлян, твердо стоящих на том склоне, которые кажутся безмятежными. У них за спиной стоят катапульты и лучники, и благодаря какой-то хитрости их щиты противостоят нашим стрелам.

Он задумчиво потянул себя за губу.

— И наши лучники стреляют в гору, на максимально возможную дистанцию...

Повернувшись в седле, он подозвал своего спахбеда, военачальника своей армии, телохранители вокруг него расступились, освобождая дорогу для лошади вельможи.

— Ваш спахбед, Ваше величество.

Командующий кавалерией поклонился в пояс.

— Наши лучники терпят неудачу, спахбед. Они не прорвут эту линию, и пока они будут продолжать пытаться это сделать, они будут продолжать нести потери. Их следует отозвать и использовать для угрозы римлянам с другого направления, чтобы сделать возможным сокрушительный удар наших катафрактов!

Нарсай яростно кивнул, указывая на легион и почти крича о своем согласии.

— Мы должны выступить сейчас-же, Осроэс! Немедленно! От этого зависит честь наших народов!

Царь огляделся, чтобы оценить лояльность третьего монарха, и обнаружил, что лицо Вольгаша побелело от страха.

— Может ли ложное отступление выманить римлян с их позиций?

Осроэс невольно улыбнулся, любезно обращаясь к молодому человеку.

— При обычных обстоятельствах, кузен, это было бы наиболее целесообразной тактикой для использования с обычными безмозглыми варварами, брошенными римлянами на нас, но в данном случае...

Он сделал паузу, глядя на фигуры, стоящие на гребне холма.

— В данном случае, похоже, что кто-то очень умный полководец был назначен командующим их попыткой снять нашу осаду Нисибиса. Я подозреваю, что в этом случае нам придется применить тактику «Непреодолимой силы».

— Это случилось быстрее, чем я ожидал.

Юлий поднял свой виноградный посох, указывая на парфянских лучников, наблюдая, как они развернулись и