1915 год. Борьба за русские крепости на Восточном фронте - Максим Викторович Оськин

реку Польши. Командарм-4 А.Е. Эверт, чьи войска защищали Ивангород осенью 1914г., 14 октября писал супруге: «По занятии Радома немцы всем говорили, что через три дня будет взята Варшава, а Ивангород в несколько часов… Потери они понесли страшные, но еще важнее моральный их разгром, до сих пор они считали себя непобедимыми и смотрели на русских сверху вниз. Их план был укрепиться на Висле, занять Варшаву, Ивангород, Новогеоргиевск и на этом зазимовать»[427].

Командование крепости создавалось уже в ходе развертывания, так как перед войной в качестве гарнизона здесь располагался 72-й пехотный Тульский полк, который вскоре выступил на фронт, а артиллерии здесь почти не было. Комендантом крепости был назначен помощник начальника инженеров крепости, участник обороны Порт-Артура в 1904г. полковник А.В. фон Шварц, начальник штаба – старший адъютант Брест-Литовской крепости подполковник К.К. Дорофееев, позже замененный А.И. Прохоровичем; начальник инженеров крепости – генерал-майор Е.И. Попов, командующий крепостной артиллерией – полковник В.И. Рябинин. Как вспоминал сам комендант, «между мною, гарнизоном и моими сотрудниками установились самые простые дружественные и благожелательные отношения… установился такой порядок, который давал мне всегда уверенность, что каждое из моих распоряжений будет исполнено немедленно. Никто не думал о неисполнении или переиначивании их. Это имело громадное значение, играло большую роль для счастливой обороны Ивангорода»[428].

По окончании активных боевых действий на вислинском рубеже к концу 1914 г., энергичный комендант Ивангорода А.В. фон Шварц, от деятельности которого во многом зависела успешная осенняя оборона, принялся за дальнейшее усиление вверенной ему крепости. Перед Ивангородом уже в ходе боев 1914 г. были созданы две полевые позиции – в 7 и в 16 км от переправы. При этом собственно фортовой пояс рассматривался, прежде всего, как тыловая позиция, так как генерал Шварц намеревался сражаться по всему периметру обороны и был уверен, что сможет драться даже в полностью осажденной крепости более двух месяцев.

В декабре 1914г. Шварц представил в Ставку проект дальнейшего развития Ивангорода, предлагая развернуть его в огромную крепость обводом в 90 верст, гарнизоном в два армейских корпуса, 39 600 крепостных артиллеристов на 2992 орудия и 1800 пулеметов. Помимо того, Шварц настаивал на строительстве 20 бронекупольных установок для 16-дм пушек в бронекупольных установках. На все это, по расчетам, потребовалось бы не менее полумиллиарда рублей и несколько лет работ. Разумеется, такой проект был в принципе невыполним в военное время – 6 декабря генерал-квартирмейстер Ставки Ю.Н. Данилов сообщил начальнику штаба Юго-Западного фронта, которому подчинялся Ивангород, М.В. Алексееву, что «в настоящее время оборона крепости Ивангород основывается на обводе, возведенном в мобилизационный период». В Ставке справедливо считали, что долговременные укрепления строить нецелесообразно, и надо просто хорошо подготовиться к весне, построив дополнительные пороховые погреба и убежища для гарнизона. Ставка рассудила, что Ивангород – это охрана переправ через Вислу и Вепрж, а также точка опоры для маневра полевых войск, и не более. Поэтому широко развивать оборонительной системы не нужно[429].

Сознавая важное значение Ивангорода в обороне линии Вислы, всю весну 1915г. комендант продолжал укреплять вверенную ему крепость. Например, 4 мая Шварц телеграфировал в Ставку с просьбой о выделении дополнительной рабочей силы: «ввиду происходящих в крепости огромных оборонительных работ и желательности освободить от этих работ бригады государственного ополчения, настоятельно необходимо командировать в крепость пять ополченских рабочих дружин»[430]. Однако летом крепость было решено оставить без боя. Ивангород, как и Варшава, был исключен из списка крепостей. Участник войны указывает, что «название „крепость“ в полном объеме отвечало готовности к обороне только Новогеоргиевска, Брест-Литовска и маленького Осовца. Гродна была неготова, Ковна устарела, и слабый ее комендант Григорьев сделал за время войны очень мало для усиления ее обороны. Ивангород был упразднен перед войной и, несмотря на энергию коменданта Шварца, сделавшего его узлом хорошо укрепленных позиций, все же был лишь опорным пунктом для армейского маневрирования, но не крепостью в полном смысле слова»[431].

Разумеется, главнокомандующий армиями Северо-Западного фронта М.В. Алексеев не желал оставлять в крепости гарнизон, обреченный на неминуемое уничтожение – дело зависело лишь от сроков. Подать помощь осажденному гарнизону, как то пытались сделать австрийцы в отношении крепости Перемышль, было бы невозможно, так как полевые армии отступали на восток, очищая Польшу. Следовательно, вместе с крепостью обрекался и гарнизон. Шварц считал, что оборона Ивангорода позволит оттянуть на себя какую-то часть сил противника, но Алексеев помнил, что гарнизон Перемышля имел вдвое больше людей, нежели Блокадная армия генерала Селиванова. Так стоила ли игра свеч? Главкосевзап справедливо рассудил, что не стоит, а потому отдал распоряжение об очищении крепости.

Действовавшая под влиянием генерала Алексеева Ставка была вынуждена санкционировать это распоряжение. Данилов впоследствии отмечал, что «по отношению к Ивангороду дано было указание, что пункт этот не должен считаться крепостью, предназначенный для самостоятельного удержания, но лишь участком заблаговременно укрепленной позиции, долженствовавшей обеспечивать свободу маневра наших войск на обоих берегах Средней Вислы. Таким образом, это указание давало право на эвакуацию Ивангорода, одновременно с окончательным отходом наших войск от названной реки»[432].

Такое переименование чрезвычайно задело самолюбие коменданта А.В. Шварца. В воспоминаниях он писал: «предвидя победоносное движение немцев на Варшаву и Ивангород, штаб решил заранее объявить, что Варшава и Ивангород не крепости, а лишь участки оборонительной позиции, которые можно без особого позора эвакуировать, в случае нужды, в любой момент, ибо эвакуация подобных позиций предусматривалась регламентом»[433]. Великий князь Андрей Владимирович вспоминал: «Шварц получил приказ вывезти все из крепости. Это привело его в такое отчаяние, что он, весь бледный, трясся от злобы. Его маленький гарнизон уже геройски дерется, он издал приказ, что ляжет костьми на развалинах крепости, но не сдаст ее врагу, а тут вдруг приказ Алексеева вывезти всю артиллерию и уничтожить крепость. Что скажет Россия, армия – бросать крепость без защиты?»[434]

На протяжении первой половины лета имущество крепости постепенно эвакуировалось, а крепостные пушки, по мере возможности, отправлялись на фронт, так как полевая артиллерия испытывала тяжелейшую нехватку боеприпасов. Соответственно, в артиллерийском отношении Ивангород стал слабее, нежели осенью 1914г., по окончании Варшавско-Ивангородской операции. К 1 октября 1914г. в Ивангороде находилось 16 батальонов гарнизона при 60 пулеметах и 192 орудиях. Это – не считая полевой артиллерии. Общая численность войск гарнизона: 348 офицеров, 26 082 солдата, 2 сотни, 1 аэроплан, 1 аэростат[435]. К моменту начала очищения в Ивангороде насчитывалось 96 орудий и гаубиц не свыше 6-дм калибра, и 102 мелкие пушки, в том числе 47-мм и 57-мм морские.

В