Желтый адмирал - Патрик О'Брайан

– Я очень этому рад, – сказал Стивен. – потому что я получил известия от наших чилийских друзей. Они будут в Фуншале к концу месяца или в первых числах марта.

– В марте на Мадейре погода бывает просто прелестная. Я так хотел бы показать детям апельсины и лимоны.

– Кремовые яблони.

– Ананасы и бананы.

– И на Мадейре обитает эндемичный крапивник, которого я никогда не видел, не говоря уже о его яйцах.

– Если мы собираемся отплыть во вторую неделю февраля, – сказал Джек. – я должен как можно скорее съездить в Шелмерстон и набрать матросов из лучших ветеранов "Сюрприза". Несмотря на то, что после заключения мира с американцами мы не можем обещать им призовых денег, я все же думаю, что у нас будет хороший выбор, потому что многие команды были списаны на берег, а торговые суда не хотят брать новых моряков, пока торговля не восстановится в прежнем объеме.

Итак, вторая неделя февраля приобрела огромное значение. Джордж и Бригита постоянно изучали календарь и до такой степени стали пренебрегать уроками, что Кларисса, которая очень редко употребляла грубые слова, когда дело касалось детей, однажды сказала, что они – пара безмозглых простофиль, годных только на то, чтобы выносить навоз из конюшни. Все силы Софи и Дианы уходили на приготовления: сбор одежды для разной погоды, ожидаемой в море и на Мадейре, поддержание надлежащего порядка в доме и на птичьем дворе в их отсутствие, и тысячи других мелочей, которым нет названия. К счастью, у Софи теперь была экономка, старая знакомая из деревни по имени миссис Флауэр; она была вдовой и до замужества работала в прислугах, начав служить в кладовой в Вулкомбе, еще при матери Джека; но даже при этом, как только была назначена дата выезда, сколько всего было нужно успеть! И все равно потом произошло неописуемое замешательство, почти паника, когда капитан Обри, вернувшись из Пула, весело сказал:

– Ну, вот, все готово, Хардинг, Сомерс и Хьюэлл будут очень рады поучаствовать. Последний слой чернения на реях высох, выбленки на вантах увязаны, припасы и вода погружены, попутный ветер и устойчивый барометр, и мы можем подняться на борт уже завтра.

Они поднялись на борт не завтра, но очень скоро; и когда они подъехали к Пулу, в карете напротив Клариссы сидела и клевала носом очень бледная, измученная нервотрепкой Софи. А к тому моменту, как они увидели "Сюрприз", она заснула с открытым ртом. Джордж и Бригита в целом были послушными, ласковыми детьми, и, увидев, что она уснула, притихли; но при виде "Сюрприза" Бригита нежно положила руку ей на колено и прошептала:

– А вот и он.

Софи мгновенно проснулась и увидела маленький фрегат, – весь как с иголочки, свежевыкрашенный, с выровненными реями и свернутыми парусами. Казалось, все на нем, затаив дыхание, ожидали, что на борт поднимется сам король (теперь, увы, принц-регент) в сопровождении свиты адмиралов; и, конечно же, на борту следили за красивой зеленой каретой, которой управляла леди.

Причем эта леди выглядела великолепно, и они приняли бы ее, капитана с женой и доктора на борт со всеми сдержанными формальностями, допустимыми на частном судне, – по сути, на большой океанской яхте. Но Бригита, эта бесстрашная путешественница (она когда-то пересекла Ла-Манш на "Рингле"), вырвалась из-под опеки и бросилась вперед по мосткам, чтобы поприветствовать и даже обнять своих бывших товарищей по плаванию, сорвав скромную церемонию, которую они собирались провести.

Она восхищалась лодками, кораблями и морем; во время своего первого плавания, а также второго, на пакетботе, который доставил ее обратно из Валенсии, она узнала и до сих пор не забыла огромное количество матросских словечек и теперь объясняла их все Джорджу высоким, ясным голосом, пока они сновали с кормы на нос и обратно.

– Добро пожаловать на борт, сэр, – сказал Хардинг. – Что за прелестное судно. А в море он тоже проявляет себя достойно?

– Он может держать почти так же круто к ветру, как вон тот чудесный "Рингл", – ответил Джек, кивая на тендер, качавшийся на воде неподалеку. – И под ветер его практически не сносит. Мне жаль, что приходится оставить шхуну здесь, – Хардинг взглянул на него, но на флоте не принято было расспрашивать старших офицеров, даже на таком судне, как это, с женщинами и детьми на палубе и без морских пехотинцев.

Отдавая должное сдержанности своего первого лейтенанта, Джек сказал:

– Но синий катер тоже обшили медью, и если мы сдвинем его мачту немного к носу, я думаю, он станет отличной заменой.

Вернув свое состояние, Стивен дал распоряжение снабдить корабль всем самым лучшим; и Джек, который чувствовал себя свободнее после получения денег за последний приз, заполнил те пробелы, которые мог заметить только моряк, добавив, среди прочего, снасти из манильской пеньки, блоки самого лучшего качества, полные комплекты парусов для любой погоды, нарезанные настоящим мастером своего дела из превосходной парусины.

Все еще дул попутный ветер, и барометр был на удивление стабилен, когда они, приняв на борт свежее молоко и овощи, отчалили, вышли из гавани, расправили свои белоснежные крылья и унеслись прочь с отливом.

– Вот это грота-брас! – крикнула Бригита, когда они убирали паруса для идеально плавного отплытия. – Нет, дурачок, в конце рея, – Она охрипла от объяснений, и Джордж, хотя и признавал ее превосходство, все больше мрачнел. Но теперь, когда "Сюрприз" столкнулся с волнением и качкой, а поднимаемая им волна становилась все больше, с захватывающим дух шипением проносясь вдоль борта, вся доброта и искренность вернулись к нему, и он поклялся, что поднимется на верхушку мачты, как только матросы будут не так заняты.

На самом деле, его отец, зная, что Джордж не страдает ни головокружением, ни морской болезнью, вскоре после этого взял его с собой наверх, если не на самую верхушку мачты, то, по крайней мере, на грота-салинг, стоя на грот-марсе и направляя снизу его ноги. День был погожий и ясный, и с такой высоты Джордж мог видеть километров на тридцать вокруг: огромное сверкающее море с несколькими судами по левому борту и английское побережье, простиравшееся все дальше и дальше по правому борту.

– Если посмотришь назад, то увидишь Уайт, – сказал Джек, двигаясь с легкостью паука, – огромного, но очень доброго паука. Восторженный вид Джорджа тронул его сердце, и вскоре он сказал: – Некоторым сначала