Разрушая заклятие. Религия как естественное явление. - Дэниел Клемент Деннетт

Судный день. Праведники во плоти возносятся на небеса, а остальные остаются страдать от мук проклятых, в то время как Антихрист повержен. Как и предсказывали библейские пророчества, возрождение государства Израиль в 1948 году и продолжающийся конфликт из-за Палестины — это явные знамения Конца Времен, когда Второе пришествие Христа предаст забвению все остальные гипотезы.

Разумеется, можно описать и другие варианты, но эти пять гипотез подчеркивают крайности, которые воспринимаются всерьез. Примечательно в этом наборе то, что практически любой человек сочтет хотя бы одну из них нелепой, тревожной или даже глубоко оскорбительной, но при этом каждую из них кто-то не просто предвкушает, но и страстно желает. Люди действуют в соответствии со своими желаниями. В отношении религии наши цели, мягко говоря, расходятся, поэтому можно ожидать проблем — от напрасных усилий и контрпродуктивных кампаний, если нам повезет, до тотальной войны и катастрофы геноцида, если нет.

Лишь одна из этих гипотез (в лучшем случае) окажется верной; остальные не просто ошибочны, а в корне неверны. Многие думают, будто знают, какая из них верна, но не знает никто. Разве сам по себе этот факт не является достаточным основанием для научного изучения религии? Хотите ли вы, чтобы религия процветала или исчезла, считаете ли вы, что она должна трансформироваться или оставаться прежней, вы вряд ли станете отрицать, что все происходящее будет иметь колоссальное значение для планеты. Для ваших надежд, какими бы они ни были, было бы полезно знать больше о том, что может произойти и почему. В этой связи стоит заметить, с каким усердием те, кто свято верит в вариант под номером 5, выискивают в мировых новостях свидетельства сбывающихся пророчеств. Они сортируют и оценивают свои источники, спорят о плюсах и минусах различных толкований этих пророчеств. Они считают, что есть повод исследовать будущее религии, хотя даже не думают, что ход грядущих событий находится во власти человека. У всех остальных тем более есть все основания исследовать эти явления, поскольку совершенно очевидно, что благодушие и невежество могут привести к тому, что мы упустим возможность направить эти процессы в русло, которое мы считаем благотворным.

Способность заглядывать вперед, предвидеть будущее — это венец достижений нашего вида. За какие-то несколько тысячелетий человеческой культуры нам удалось на много порядков умножить планетарный запас предвидения. Мы на века вперед знаем, когда произойдут затмения; мы можем предсказать, как повлияют на атмосферу изменения в способах выработки электроэнергии; мы способны в общих чертах предвидеть, что произойдет по мере истощения запасов нефти в ближайшие десятилетия. Мы делаем это не с помощью чудесных пророчеств, а благодаря обычному восприятию. Мы собираем информацию из окружающей среды с помощью органов чувств, а затем с помощью науки выстраиваем прогнозы на основе этих данных. Мы добываем руду, а затем очищаем ее, снова и снова, и это позволяет нам заглядывать в будущее — пусть смутно, с большой долей неопределенности, но гораздо лучше, чем при подбрасывании монетки. В любой сфере человеческих интересов мы научились предвидеть, а затем и предотвращать катастрофы, которые прежде заставали нас врасплох.1 Недавно мы предотвратили глобальную катастрофу, связанную с растущей озоновой дырой, благодаря тому, что несколько дальновидных химиков смогли доказать, что причиной проблемы стали некоторые из производимых нами соединений. В последние годы мы избежали экономических коллапсов, поскольку наши экономические модели вовремя указали на надвигающиеся проблемы.

Предотвращенная катастрофа, разумеется, лишена драматизма, поэтому мы склонны недооценивать, насколько ценна наша способность заглядывать вперед. «Ну вот видите? — жалуемся мы. — Ничего бы и так не случилось». Зимой 2003–2004 годов предрекали тяжелый сезон гриппа, поскольку он начался раньше обычного, но к звучавшим повсюду рекомендациям сделать прививку прислушались столь многие, что эпидемия сошла на нет так же быстро, как и началась. Подумаешь. В последние годы стало уже своего рода традицией, когда телеметеорологи раздувают панику вокруг приближающегося урагана или шторма, а реальное буйство стихии не производит на публику особого впечатления. Однако трезвая оценка показывает, что это спасает многие жизни и минимизирует разрушения. Мы признаем ценность глубокого изучения Эль-Ниньо и других циклов океанских течений, чтобы улучшить метеорологическое прогнозирование. Мы ведем исчерпывающий учет множества экономических событий, чтобы делать более точные экономические прогнозы. По тем же самым причинам нам следует подвергнуть столь же пристальному изучению и религиозные явления. В мире мало сил, столь же мощных и влиятельных, как религия. Пытаясь преодолеть ужасающее экономическое и социальное неравенство, которое сегодня уродует нашу планету, и минимизировать насилие и деградацию, которые мы наблюдаем, мы должны признать: если у нас останется слепое пятно в отношении религии, наши усилия почти наверняка потерпят крах и могут лишь усугубить ситуацию. Мы бы не позволили мировым производителям продовольствия отвлечь нас от изучения сельского хозяйства и питания, и мы уже научились не выводить банковскую и страховую сферы из-под пристального и постоянного контроля. Их влияние слишком важно, чтобы принимать его на веру. Поэтому я призываю к совместным усилиям ради достижения согласия, при котором религия — любая религия — станет надлежащим объектом научного исследования.

Здесь, как я вижу, мнения разделяются: есть те, кто уже убежден, что это хорошая идея; те, кто настроен скептически и склонен сомневаться в ее большой ценности; и те, кто считает это предложение злом — оскорбительным, опасным и глупым. Не желая проповедовать уже обращенным, я стремлюсь обратиться прежде всего к тем, кто ненавидит эту идею, в надежде убедить их, что их отторжение необоснованно. Это сложнейшая задача — все равно что пытаться убедить подругу, у которой появились симптомы рака, что ей действительно нужно обратиться к врачу прямо сейчас, поскольку ее тревога может оказаться напрасной, и чем раньше она это узнает, тем быстрее сможет вернуться к нормальной жизни, а если у нее действительно рак, своевременное вмешательство может сыграть решающую роль. Друзья могут сильно раздражаться, когда в подобные моменты вы мешаете им отрицать очевидное, но в такие моменты необходимо проявить настойчивость. Да, я хочу положить религию на смотровой стол. Если в своей основе она благотворна, как утверждают многие ее приверженцы, то с ней все будет в порядке; подозрения рассеются, и мы сможем сосредоточиться на тех немногих периферийных патологиях, которым подвержена религия, как и любое другое природное явление. Если же нет, то чем раньше мы четко определим проблемы, тем лучше. Вызовет ли само это исследование дискомфорт и неловкость? Почти наверняка, но это малая цена. Есть ли риск, что такое инвазивное обследование навредит здоровой религии или даже разрушит ее? Конечно. Риски