Любовь как архетип. Глубинный взгляд на отношения - Наталия Александровна Павловская

Если вспомнить, о чем роман «Воскресение», нетрудно увидеть символическую связь любви и отношений с природой. На уровне фабулы, то есть происходящих в романе событий, это история о корыстной эксплуатации, бессмысленном разрушении женственности. На уровне сюжета, то есть обобщающего смысла, – об эксплуатации и разрушении одними людьми, которым практически случайно в ходе исторических обстоятельств досталось больше материальных ресурсов и, следовательно, власти, других людей. Тех самых других, которые, как ни странно, часто сильнее, ресурснее от природы. А на уровне идеи – в целом о чудовищности бессмысленной недальновидной власти использования.

То есть одно и то же происходит и с женщинами как с образом эроса, красоты, любви, и с народом как с образом естественной мощи и силы, и с природой – тем, что может питать и приносить нам удовольствие вечно. Но мы, кажется, прилагаем максимум усилий, чтобы сокращать ее возможности, как и возможности красивой и нежной женщины любить, как и возможности народа расти и развиваться.

Когда-то для меня стало ошеломляющим открытием в работе с пациентами, что конфликты души человека и души природы могут порождать самые разные физические и психические симптомы. Да-да. А личные травмы, заблокированные на уровне сознания, могут проясняться в отношениях с природой. Будучи довольно рациональным человеком, я долгое время в работе игнорировала признаки, по которым можно было бы это распознать, но бессознательное снова и снова подсказывало такую взаимосвязь.

Например, пациент, назовем его Андреем, обратился по поводу проблем с перепадами настроения, а также с сексуальной импотенцией, хотя он был в отношениях с женщиной, которую очень ценил, любил, ухаживал за ней долгое время. В период, когда мы встретились, они готовились к пышной свадьбе. В карьере Андрея все тоже вроде бы складывалось блестяще: он получил предложение возглавить перспективный проект, который принес бы ему и большее влияние, и завидные материальные выгоды. Однако неприятные симптомы лишь усиливались.

На одну из сессий Андрей приносит поразивший его сон: «Я оказался в сумрачном болотистом лесу. Все деревья здесь какие-то странные, искаженные. Мне страшно заблудиться, попасть в болото и утонуть. Мне кажется, что вдалеке я вижу очертания небоскребов: “О, это ориентир, там город, где все известно и понятно!” Я спешу к городу, насколько это возможно, по непролазному валежнику. Однако замечаю, что в заболоченном пруду лежит женщина, ее уже почти не видно из-за водяных растений и ряски. Я подбираюсь ближе, чтобы понять, жива она или нет. На ее лице, на груди сидят бабочки. Думаю, что, наверное, она мертва. Но вдруг бабочка у ее рта взлетает, как будто дыхание спугнуло ее. Значит, жива? Я колеблюсь: подходить или нет? Помочь ей или помочь себе? Пока я стою на месте, мои ноги начинают утопать в болоте. Я пытаюсь вытаскивать ноги и вижу, что это болото – какое-то химическое, оно переливается неестественными цветами. Я в ужасе просыпаюсь».

Сновидения в символических образах рисуют картину нашего внутреннего мира.

В древнегреческой, ацтекской и других мифологиях бабочка символизирует душу человека. Сам процесс преобразования личинки в куколку, затем в бабочку – с ее кратким, но ярким пребыванием на земле – символизирует путь возможного развития человеческой души. А в древнегреческом языке и бабочка, и душа, и дыхание обозначаются одним словом – «психе». Образ девушки, женщины также часто символизирует образ души человека, а еще – природной естественности. Тогда как образы небоскребов, технологичного делового центра без труда ассоциируются с эффектными, но бездушными фаллосами, энергией секса без любви, достижений без души.

Ну и каково это, когда у тебя во внутреннем мире, в болоте, загрязненном химикатами, тонет душа, а ты сам заблудился и испытываешь ужас? И все это на фоне призрачного стеклянно-бетонного благополучия.

Какое-то время Андрею было трудно сопоставить внешнюю и внутреннюю реальности и понять, в чем смысл сообщения его бессознательного. Я предложила работать со сновидением в формате активного воображения, то есть представить, что образы, пришедшие из бессознательного, – это тоже реальность, и взаимодействовать с ними так, будто это и есть реальная жизнь.

Не сразу, но все же Андрей в фантазиях нашел в себе смелость пробраться к пруду, где лежит женщина. Как ни странно, чем ближе он подходил к ней, тем устойчивее становилась земля под его ногами. Он помог ей выбраться из болотистого пруда. Она пришла в сознание и сказала, что бежала в лес из города, так как задыхалась там, но в одиночку не могла пробираться по лесу, упала в пруд, где и дождалась его.

Андрей чувствовал сильное эротическое влечение к этой необычной женщине. Такое желание, какое было утеряно им в реальной жизни, и это влечение было взаимным. И тогда очертания небоскребов стали казаться ему нездоровыми, неприглядными. В своем воображении Андрей решил вместе с женщиной идти не к городу, а, наоборот, подальше в лес, который уже не казался таким пугающим, а трансформировался в красивый, манящий, гармоничный. У него появилась идея самому строить там дом для них.

С символической точки зрения в воображении Андрей позволил себе полюбить свою душу, свою глубинную часть личности и по-другому посмотреть на прежние установки своего сознания: в чем на самом деле для него опасность и безопасность, в чем на самом деле страх и желание. И вот тогда-то он осознал, в чем корень его текущих проблем. Когда пациентам удается вступать во взаимодействие с образами своего воображения, психоаналитик может спросить: «А на что это похоже в вашей реальной жизни?»

Так вот, Андрей признал, что его разрывает изнутри этическая дилемма, она-то и вызывает тревогу, необъяснимые перепады настроения, апатию, в том числе и в любовных отношениях. Если он будет успешно развивать предложенный ему проект, компания получит сверхприбыль, а сам Андрей – большие дивиденды. Но хотя это можно будет какое-то время скрывать, Андрей знает, что технология проекта будет значительно вредить окружающей среде. А если он наложит вето на этот проект, то рискует потерять место в корпорации, это нарушит его планы личного благополучия и карьерного развития. Так образы сновидения и физические симптомы получили дополнительные смыслы. Импотенция Андрея отображала бунт его души против отождествления с безжизненными фаллосами корпорации, буквально расположенной в блестящем офисе в небоскребе.

К счастью, это осознание пришло вовремя. Андрею удалось не разрушить окончательно отношения с невестой, ведь в период своего кризиса и сложностей с сексуальной потенцией как с симптомом он испытывал много стыда, а защищаясь от него, вел себя грубо, отталкивающе. Но теперь его либидо вернулось. Также, к изумлению коллег, Андрей резко выступил против этого спорного проекта. Все шло к тому, что его уволят со скандалом. Но, вдохновленный образами своего бессознательного и внутренней уверенностью, что он сделал правильный выбор, Андрей, которого прежде ценили в основном как безупречного послушного исполнителя, начинает вести себя небывало смело, изобретательно, предлагать крайне неожиданные стратегии. Словом, проявляется как человек, которому нечего бояться, и, как ни странно, вызывает не гнев, а поддержку акционеров. Проект переориентируется корпорацией с прибыльного на репутационный, что означает и отказ от использования отравляющих технологий.

Эта история окончилась благополучно и практически без потерь. Так не всегда бывает. Иногда приходится жертвовать материальным благополучием, комфортом, какими-то связями. Мы с Андреем много обсуждали это, но еще до того, как стало понятно, что он победил, ему было гораздо важнее, что он не будет предавать себя, не оставит свою душу тонуть в болоте ради блеска небоскребов.

Люди действительно могут переживать боль природы – окружающей среды, животных – как свою собственную. Юнгианский психоаналитик Джером Бернстайн описал феномен, названный им «приграничная личность». Это особая категория людей, которые как будто были избраны переживать отрыв человечества от природы, усиливающийся в ходе технократического развития цивилизации. «Они чувствуют вымирание видов, ужасное положение животных, которые больше не могут жить инстинктами, а вынуждены существовать в условиях одомашнивания в качестве развлечения или пищи. Многие из этих людей обладают паранормальными способностями, хотя и не осознают это. Они переживают насилие над землей своим телом и своей психикой. Они могут задыхаться в городах, у них могут проявляться странные виды болезней, аллергии… Приграничная личность не разделяет живой и неживой природы»