Спасение выгорающих: от истощения к ресурсу - Оксана Козырева

— Боже, ну это невозможно, особенно с моим графиком, детьми, работой, тем более меня никто не знает как автора... Кому будет нужна моя книга? А про сериал вообще молчу — скажут, что я сумасшедшая!

— Немного сумасшествия, Марта, есть в каждом из нас... Так все-таки: если бы у вас остался год, вы бы сожалели, что не написали роман?

— Очень, тем более, знаете, я хочу его сделать очень дерзким и легкомысленным, чтобы никаких глубоких рассуждений, хочу веселья, смеха и немного цинизма.

— По-моему, у вас горят глаза, когда вы говорите об этом.

Марта тут же сникла.

— Мне кажется, я просто не смогу, я так устала…

— Предположу, что вы больше устали от сомнений и оттого, что каким-то с виду несерьезным идеям не даете реализоваться. Какой вас увидят, если вы напишете эту книгу?

— Тупой безмозглой телкой, которая написала какую-­то ерунду. Очередная инфоцыганка, которая что-то там накалякала на фоне мэтров! Мастодонтов! Великих! Еще и сериал — господи, какой же позор!

— А что это за «тупая безмозглая телка», на которую вы так нападаете?

— О, моя мама так называла всех знаменитых красоток или девчонок в школе, которые ярко одевались, хорошо выглядели, заигрывали с парнями, самовыражались и не ходили по струнке.

— То есть маме такое поведение казалось ужасным и постыдным?

— Да, она очень резко о них высказывалась, потом долго ходила, поджимая губы. Ей казалось, что они все плохо кончат, станут проститутками или, на худой конец, сопьются.

— И как? Эти девушки спились?

— Нет, одна очень удачно вышла замуж, а вторая, кстати, стала известной актрисой. Ну не такой прямо известной-­известной, но все же. Вон рекламу с ней крутят постоянно.

— То есть мама все-таки ошиблась.

— Да…

— И получается, нападала она на тех девушек, которые были довольно смелыми, не боялись искать себя, ­экспериментировать с внешностью, быть яркими, привлекать внимание?

— И, кстати, совершенно не боялись быть тупыми и легкомысленными. Их вообще это не заботило.

— Но мама, получается, так напугала вас своей злостью, что вы очень боялись стать такой? Теперь вас затапливает стыдом при одной только мысли, что вы будете ­кому-то казаться тупой и легкомысленной?

— Да, ведь маме не должно быть стыдно...

— На мой взгляд, наступило время, когда экспериментировать можно и вам ничего за это не будет. Вы же выросли.

Марта закрыла экран ноутбука — нет, она его захлопнула! Как ее раздражал этот напыщенный Роберт Валерьевич! И имя какое уродское, и усы. Да что он знает?! Марта злилась. Она так хорошо научилась жить в своем картонном мире, что, даже когда он сгнил, рассыпался, сгорел, не была готова от него отказываться. Было так страшно. Так страшно превратиться из солнечной и лучезарной в грымзу, стерву, злую, печальную и очень глупую обычную женщину. Что-то там пробовать, экспериментировать.

Что про нее скажут бывшие коллеги? Что она умом тронулась? Кино снимать будет? Книгу напишет? Кем она себя возомнила? А как они будут ждать ее провала, наверное, ухх… Господи, и она же будет дилетантом, новичком. Нет-нет, надо просто взбодриться, в крайнем случае посмеяться над проблемой, но сделать вид, что все в порядке, ничего не менять! Марта так привыкла зачехляться в доспехи своих прош­лых достижений, в них было так уютно и безопасно, а тут как будто предстояло стать… как бы это сказать… голой.

Роберт Валерьевич, наверное, назвал бы это «стать собой», но Марта чувствовала это как обнаженность, беззащитность. Хотеть что-то новое: делать, пробовать, казаться странной, выходить за рамки привычного. А если ничего не получится? А если мама была права? Она просто станет неудачницей и посмешищем?

Это так страшно.

2.2.11. Выгорание творческих Предпринимателей (фрилансеры, стилисты, дизайнеры, блогеры)

Дизайнер выгорает не так, как бухгалтер. Учитель выгорает не так, как фотограф, а бизнесмен не так, как обычный офисный сотрудник. В большинстве исследований по выгоранию говорится о том, что в группе риска в первую очередь — учителя, соцработники, психологи, психиатры. Слишком много контакта с людьми. Учитель справляется со школьниками, сложными подростками, проверкой границ, психолог работает с тяжелыми эмоциональными состояниями клиентов, психиатр — с расстройствами психики своих пациентов.

Зато блогеры — бездельники эти, дизайнеры, стилисты, журналисты — не профессия, а не пойми что, от чего тут выгорать? Сплошные развлечения, болтовня и что-то легкомысленное, красивое и приятное. На деле же это совершенно отдельная категория профессий и отдельный психологический портрет.

Возьмем, к примеру, блогера. Профессию новую, малоизу­ченную, но от которой уже нельзя отмахнуться. Почему многие считают блогеров бездельниками? Потому что внешне это часто выглядит так: человек кривляется перед камерой, снимает все подряд, а к нему стоит очередь рекламодателей, готовых заплатить бешеные деньги просто за то, что блогер показался с их товаром в кадре. Лентяи, любители ­легких ­денег! — так скажут многие. А теперь давайте посмотрим на психологию этой профессии.

Блогер продает не просто какой-то навык (создавать интерьеры, делать прически), блогер постоянно продает контент, сделанный из себя самого. То есть ему постоянно нужно быть одновременно сценаристом, режиссером, продюсером и актером собственного театра. И делать это стабильно. Нельзя прийти на работу и отсидеться в офисе тихонько, когда плохо себя чувствуешь. Чтобы держаться на плаву, нужно создавать контент регулярно, невзирая на самочувствие и душевное состояние. Это интеллектуальная работа, эмоциональная и часто еще административная, техническая.

Главная особенность профессии блогера — это многозадачность и смешение всех сфер жизни: личной, рабочей, общественной. Эта путаница — тяжелейшая нагрузка для психики. И если хочешь развиваться, играть в своем маленьком театре нужно постоянно.

Какими будут отношения с близкими, если блогер без конца снимает контент? Даже когда после долгой разлуки родные встречаются на вокзале или в аэропорту, их всегда будет трое: блогер, член его семьи и телефон. Граница между тем, что действительно важно, а что важно для контента, тоже стирается, не говоря уже о том, как меняется качество присутствия. Когда вы делаете что-то и параллельно анализируете, как это снять и преподнести в сториз, — это не присутствие в моменте, вы не полностью в той точке, где находитесь.

Выгореть можно от путаницы, от необходимости всегда быть на виду и генерировать эмоции. В конце концов, блогер — этот тот человек, который ежедневно получает обратную связь: комментарии, вопросы, критику, оценку от большого количества посторонних людей. Лавина хейта в какой-то момент может сбить с ног, желание всем понравиться может привести