День из жизни мозга: Что происходит в голове, пока мы спим, работаем и пьем кофе - Бент Фрайвальд

прогулки влияют на самочувствие. Но что будет, если во время ходьбы одновременно выполнять когнитивные задания — на концентрацию и контроль импульсов? Именно это проверяли в еще одном эксперименте. Участники шли и параллельно решали задачи, а на голове у них было портативное NIRS-устройство — компактный сканер, отслеживающий активность префронтальной коры, области, отвечающей за внимание, саморегуляцию и планирование. Результаты показали, что уже в процессе ходьбы когнитивные показатели заметно улучшались — по крайней мере в заданиях, требующих быстрых и точных решений, таких как классический тест Go / No-Go, где нужно молниеносно отреагировать на стимул или, наоборот, затормозить. Одновременно росла и активность в префронтальной коре. Мозг в движении работал бодрее, слаженнее и собраннее.

Но самое интересное вот что: эффект зависел от интенсивности. При неспешной ходьбе или нагрузке ниже индивидуального порога он был заметен, но выражен умеренно. Стоило темп существенно увеличить — и положительный эффект постепенно сходил на нет. Лучшие результаты мышления достигались не на пределе сил, а в спокойном ритмичном движении — например, при быстрой ходьбе.

Разумеется, это неслучайно. Эволюционная логика проста: когда мы идем, мы должны быть внимательнее, чем когда сидим в укромной темной пещере (я сейчас не про классные комнаты и офисы). Почему движение так помогает мышлению, до конца еще не изучено, но ряд объяснений уже есть. Специалист по двигательной педагогике Кристиан Андрэ формулирует это так: когда тело в движении, кровоток усиливается, снабжение питательными веществами улучшается и весь организм — включая мозг — начинает работать эффективнее. Движение усиливает кровоснабжение мозга и оптимизирует доставку кислорода. Кроме того, высвобождается целый ряд нейромедиаторов, повышающих эффективность передачи информации между нейронами и стимулирующих рост нервных клеток (подробнее об этом — в разделе о спорте).

Так что пешая прогулка до работы — это, возможно, только начало. Если вы действительно хотите использовать то, что тело играет ключевую роль в мышлении, стоит встроить движение и в рабочий день. Это не так просто — потому что почти никто так не делает. В редакции Krautreporter я регулярно встаю, прохаживаюсь по комнате и объявляю коллегам, что мы катастрофически мало двигаемся. Кто-то остается за столом, сосредоточенно работая над текстом. Но то и дело кто-нибудь поднимается — и мы вместе разминаемся посреди редакции. Главное, чтобы кто-нибудь начал первым.

Почему в кафе работается хуже

Боль в спине не унимается, и вы хватаете куртку и выходите пройтись вокруг квартала. По пути замечаете кафе, в которое давно собирались заглянуть. А что, может, поработать здесь — неплохая идея? Вы иногда так делаете — уходите с ноутбуком в кафе. Обычно — когда в офисе надоедают коллеги, а тишина и одиночество на удаленке тоже не вдохновляют. В кафе вы плюхаетесь в продавленное кресло, пристраиваете ноутбук на слишком низкий столик — и работа за чашкой капучино (а иногда и с куском торта) сразу выглядит куда более стильно.

Стоя у входа, вы прикидываете: может, сегодня как раз такой день? Но тут же вспоминаете прошлый раз. Картинка до сих пор стоит перед глазами. Маленький шаткий столик, ноутбук, зарядка небезопасно протянута по полу. Кресло так себе, зато кофе пахнет божественно. Фоновая джазовая музыка создает ощущение, что вы попали во французское кино. Перед вами дымится идеально приготовленный капучино с «обычным» молоком — как подчеркнул официант, когда вы уточнили. Вы абсолютно готовы к работе — и тут звуки вокруг начинают просачиваться в сознание. Справа — бизнесмен на онлайн-совещании. Говорит так громко, будто микрофоны застряли в восьмидесятых, и повторяет одно и то же по кругу. «Создавать синергии», «боттом-лайн», «вин-вин». При этом обводит взглядом зал — так, словно все присутствующие ловят каждое его слово. Слева кто-то стучит по механической клавиатуре, нарочно принесенной из дома. Звук такой, что кажется, вы попали в контору с пишущими машинками.

Дверь то и дело открывается и закрывается, и каждый раз металлический звон колокольчика нарушает вашу концентрацию. У окна ссорится пара: полушепотом, но вы слышите каждое слово. Если честно, их любовная драма кажется куда увлекательнее вашего рабочего проекта. А еще работает рожковая кофемашина. Она шипит, свистит и утробно гудит, пока бариста с энтузиазмом вспенивает молоко. Вперемежку — звяканье чашек, звон монет у кассы и ребенок, вдруг решивший закричать на весь зал. Вы пытаетесь сосредоточиться на экране, но от какофонии звуков кафе в голове пульсирует.

Итак, я уже говорил: тело играет ключевую роль в мышлении. Но не менее важна и окружающая среда. В когнитивистике это называют «встроенным мышлением», а иногда — «распределенным познанием». Суть в том, что познание определяется не только мозгом и не только телом, но и физическим пространством, в котором вы находитесь. Ваши мысли и действия встроены в сеть внешних факторов. Составляя список покупок, вы берете ручку и бумагу или открываете приложение — и тем самым снижаете нагрузку на память. Записка становится частью мыслительного процесса. Мозг, по сути, занимается аутсорсингом. Инструменты и технологии — тоже расширение когнитивных возможностей. Навигатор, например, берет на себя ориентирование и разгружает мозг, когда вы ведете машину. Вам не нужно мучительно вспоминать, как вы в прошлый раз ехали в гости. Достаточно следовать подсказкам на экране.

Идея не нова, но по-настоящему утвердилась лишь в последние десятилетия. В 1980–1990-х когнитивная наука постепенно доказывала, что многие мыслительные процессы объяснимы только во взаимодействии с окружающей средой. Эдвин Хатчинз, профессор и бывший руководитель отделения когнитивистики Калифорнийского университета в Сан-Диего, совершил ключевое открытие, наблюдая за работой экипажа на авианосце. Он обнаружил, что навигация не чисто ментальная задача. Она решается коллективно — при помощи карт, приборов, переговоров и жестов. Главный вывод заключается в том, что разум не заканчивается у стенок черепа. Он выходит далеко за их пределы — в большой мир.

Концепция встроенного мышления помогает понять, почему в кафе, в офисе открытого типа или на удаленке иногда работается отлично, а иногда совсем не работается. Тот, кто работает, работает не одним только мозгом. Он всегда работает еще и с пространством, в котором этот мозг находится. Но как именно пространство на нас влияет?

Начнем с того, что кажется очевидным: с шума. Что шум мешает концентрации — понятно. Вопрос — насколько. В масштабном исследовании Университета Евле (Швеция) ученые проверили, как различный звуковой фон влияет на выполнение письменных заданий. Результат показал, что разборчивая фоновая речь ухудшала результаты значительно сильнее по сравнению с невнятным бормотанием или тишиной. Когда на заднем плане звучал разговор, участники набирали меньше очков, чаще допускали опечатки и дольше делали паузы между словами. Причина проста: речь — даже та, которую мы не хотим слышать, — автоматически обрабатывается мозгом. Иными словами: если вы пишете в