Нейроотличники. Как подружиться с СДВГ и РАС и настроить жизнь под себя - Юлия Викторовна Альтшулер

• Аутисты видят мир по-своему и часто просто не понимают, что им говорят. «На литературных курсах мне порой был неясен ход мыслей некоторых студентов. Они озвучивали метафоры, которые я не понимала. Да и просто в компании друзей меня порой вводят в ступор комментарии, которые отпускает собеседник, – что он вообще имеет в виду-то?»

• Интерпретация социальных ситуаций часто вызывает трудности. «Первый раз я побывала на свадьбе знакомых уже взрослой. И облажалась примерно со всеми ритуалами, например, поздравила невесту, которую знала, но прошла мимо жениха, ведь его видела впервые. Я часто не воспринимаю многие вещи, которые для других само собой разумеющиеся. Мне нужно, чтобы меня заранее предупредили и ткнули как слепого котенка в блюдце с молоком: “Подойди и поздравь обоих!”»

Человек с РАС неохотно идет на контакт. Дети часто замыкаются в себе, предпочитают играть одни, а не в группе сверстников. Собирают конструкторы, рисуют, листают книги. Взрослых обычно причисляют к интровертам и домоседам. Нам сложно звонить по телефону, потому что это огромное усилие для мозга: мало того что нет времени подумать, как ответить, так еще и обезличенный голос сбивает с толку органы чувств. Вроде человек есть, а вроде и нет.

Коммуникация – это стресс, ведь общение перегружено стимулами: звуками, визуальным рядом, жестами и интонацией, которые аутист силится понять (и часто проваливает эту миссию). Да еще многие пытаются поймать взгляд, посмотреть в глаза – это очень неприятно. А вот экологичная коммуникация с близкими, которые понимают особенности нервной системы, наоборот, со временем может стать почти комфортной.

Аутисты иногда воспринимаются как нелюдимые грубияны. Замкнутость на внутреннем мире – яркий признак спектра. Там нам банально интереснее и безопаснее, чем в мире внешнем, это называется синдромом грез. Эмоциональная дисрегуляция, смутное понимание социальных норм и прямолинейность порой побуждают нас «ляпнуть» или «рявкнуть» что-нибудь эдакое и тем самым снискать репутацию грубияна. Это проходит с возрастом, если человек усилием разума просто заучивает морально-этические нормы, «записывает» себе на подкорку, что можно, а что нельзя. Что хорошо и что плохо.

Еще одной из причин мрачной репутации может быть отложенная эмоциональная реакция. На эмоциональный отклик нам требуется намного больше времени, чем на рациональный. Часы, порой даже дни. Бывает, горе накрывает спустя неделю после утраты. Некоторым людям с РАС приходится имитировать радость, когда они при гостях распаковывают подарки – даже если презент действительно классный и желанный, сама эмоция может прийти намного позже. Впрочем, с аутистом здорово оказаться рядом в зомби-апокалипсис – пока там до него дойдет, что надо паниковать!

Люди в спектре порой кажутся наивными простаками. Это обратная сторона медали. Из-за особенностей развития префронтальной коры нам сложно выстраивать длинные логические цепочки лжи и всяких подстав. Подтексты, притворства, интриги – все это вне когнитивных компетенций РАС. Помножить такую честность на то, что многие аутисты – в душе вечные дети, и получим образ наивного простака. Некоторых из нас очень легко обвести вокруг пальца: пожалуйста, не пользуйтесь этим!

Новизна и предсказуемая среда. Ритуалы

Один из основных факторов равновесия нервной системы при аутизме – предсказуемая окружающая среда. Чем выраженнее симптомы и чем тяжелее с ними жить человеку с РАС, тем важнее навык поддерживать такую обстановку.

«Для многих людей новые знакомства, эмоции, энергичные поездки и прочее жадное впитывание неизведанных граней этого мира это: “Вау, как круто!” Для меня это: “Можно не надо?” Новизна при РАС – источник стресса, а не дофамина. Это касается не только развлечений. Моему мозгу всегда необходим запас времени, чтобы “въехать” в происходящее: даже рабочую задачу я не могу подхватить на лету и тут же пойти ее решать. Нужно пространство, войти и оглядеться, чтобы условия предстоящей работы стали привычными. Если мне надо поехать на машине по незнакомому маршруту – я всегда сперва “проеду” его на картах и панорамах улиц, выучу каждый столбик, поворот и магазин на обочине. И так с любым другим новым местом. Я прилагаю очень много усилий для того, чтобы снизить все возможные факторы новизны в жизни».

При аутизме болезненно воспринимается практически любая перемена планов. Отсутствие гибкости связано со все той же префронтальной корой, которая, сталкиваясь с непредсказуемостью, включает режим: «А теперь нервничаем, мы тревожные сырочки». Даже если изменения ерундовые. Скажем, человек, работая в свободном графике и удаленно, запланировал, что завтра едет на дачу. Его мозг уже готов к дороге и к тому, что дневные рутины будут иными. Вдруг план меняется: звонит мама и просит приехать на дачу на день позже. В целом ничего страшного не произошло, фриланс и удаленка позволяют легко перестроить планы. Завтра поработать, послезавтра поехать. Но мозг протестует: ведь он уже потрудился над тем, чтобы привыкнуть к мысли о поездке. Поэтому в моменте невинная просьба может вызвать бурное негодование, отклик, несоразмерный ситуации.

Предсказуемую среду очень хорошо поддерживают ритуалы. Повторяющееся поведение, установленные привычки, четкая рутина. Аутисты тяготеют к разного рода «раскладыванию по полочкам», структурированию, порядку. Это те самые люди, которые помещают в ящик комода носки по парам и по цвету, заваривают чай водой строго определенной температуры и ведут учет всего, что вообще может быть учтено. Если вещи оказываются не на своих местах, автобус отправляется с другой остановки, а в кафе нет привычного десерта, это может дестабилизировать эмоциональное состояние, мозг сигнализирует: «Тревога! Тревога! Мы дезориентированы!»

Предсказуемость – важнейший заземляющий фактор при расстройствах аутистического спектра.

Специнтересы и инфодампинг

Один из способов познания мира человеком в спектре – наличие специнтересов. Зафиксированность на определенной теме с таким глубоким погружением, что любопытство не имеет границ.

«В детстве одним из моих специнтересов была увлеченность Древним Египтом. Конечно, как и у многих ребят. Но мой специнтерес довел меня до вполне умелого чтения иероглифов, не говоря уже о том, что я могла перечислить вообще всех фараонов, династии и всех богов пантеона. В 10 лет я вполне могла сойти за египтолога».

Специнтересы могут быть самыми разными: узкими и широкими, временными и постоянными. Одни «фиксируются» на садоводстве. Другие на коллекционировании зубных щеток. И уж тогда аутист вам сможет рассказать про зубные щетки вообще все, что знает человечество, – начиная от зачатков гигиены полости рта у кроманьонцев и заканчивая последними разработками в этой области.

Плюсы специнтересов очевидны: делая любимую тему своей профессией, аутист способен добиться