Глубинная психология и путь к себе. Как почувствовать смысл в жизни - Наталия Александровна Павловская

акт творчества? Когда мы создаем что-то, что пришло из нашей головы или души, и демонстрируем это миру, мы, по сути, внедряемся в мир, «навязываем» ему свое творение, свою творческую энергию. Мы отваживаемся занять своими фантазиями, мыслями, образами место в мире. Для этого природная энергия агрессии необходима. Причем «творчество» нам нужно понимать в широком смысле: это не только музыка, рисование, скульптура, танец, перформанс и другие виды искусства. Когда человек решает затеять свой бизнес, что-то создавать и продавать — это тоже творчество. Или когда продвигает свою обучающую программу, или придуманную им философскую концепцию, или много что еще. И без агрессии здесь никак.

Более того, распространенные проблемы современных людей, такие как расстройства пищевого поведения или прокрастинация, тоже могут быть выражением внутренних проблем с агрессией.

Например, переедание: человек может есть больше, чем ему нужно, чтобы отвлекать себя от внешних действий, затыкать себе рот и не хотеть говорить, утяжелять себя, двигаться, задабривать себя, убаюкивать свою агрессию. Обычно в таких случаях мы едим много «вкусненького», сладкого, мягкого. А если мы переедаем без особого удовольствия, просто поглощая большие объемы пищи, это может быть смещенным проявлением агрессии — мы позволяем себе хоть в такой форме захватывать мир, наступать, присваивать.

Еще одна форма связи вытесненной агрессии и еды — коллективная страсть к традиции жарить шашлыки. Часто это такая сублимация (переработка социально неприемлемых чувств в социально приемлемые действия) для людей, которые ведут очень нормативную жизнь, имеют строгую иерархию в семье и на работе, следуют массе правил, а этот ритуал позволяет им соприкоснуться со своей агрессией, со своей хищнической частью. Появляется официальное разрешение побыть агрессивным, разделывая мясо, протыкая его шампурами, управляя огнем. Но потом, чтобы не увлечься, нужно обязательно переесть, перепить, чтобы снова усыпить эту проснувшуюся было агрессию.

Или пресловутая прокрастинация, о которой сейчас столько говорится: когда человек не делает чего-то, что должен, хотел или обещал сделать, он тоже проявляет агрессию, сопротивление, косвенным образом выражает свое несогласие с требованиями к себе. Но выражается это в пассивной форме.

Пассивная агрессия вообще вплетена в нашу жизнь настолько хитро и искусно, что распознать ее подчас — задача олимпиадного уровня и тема отдельного исследования. Самый простой маркер для ее определения — наши чувства. Если вам говорят что-то вроде бы хорошее, а вы чувствуете себя плохо, скорее всего, здесь замешана пассивная агрессия. Например, моего коллегу пригласили участвовать в очень авторитетной исследовательской профессиональной группе с интересной творческой и научной задачей. Другая коллега, которая не попала в эту группу, сказала: «Так рада за тебя! Ну, конечно, они тебя взяли, еще бы тебя и не взять! Ты такой молодой и красивый, а там одни женщины и старички!» То есть вроде бы сказала комплимент, но стало обидно, и человек почувствовал себя обесцененным.

Приведенными примерами, конечно, проблемы с агрессией не ограничиваются. И в то же время названные трудности не всегда обязательно вызваны ею. И переедание может быть связано не только с подавляемой агрессией, и шашлыки может любить человек, умеющий выражать агрессию там, где это уместно. Да и пассивная агрессия не всегда выявляется вопросом «Почему мне плохо, когда я слышу что-то как будто хорошее о себе?». Это лишь направления, ориентиры для размышлений и самоисследований.

Может возникнуть вопрос: неужели природную агрессию не нужно подавлять и сдерживать? Нужно, конечно! Мы видим, что даже животные в дикой природе умеют это делать. Речь о том, чтобы уметь ее распознавать в себе, иметь достаточно уважения и смелости, чтобы признать ее. Как раз тогда нам будет легче контролировать агрессию, находить полезные или хотя бы приемлемые формы выражения этой энергии вместо того, чтобы нападать на более слабых, отбирать то, что нам не принадлежит, разрушать то, что должно быть построено.

Многие проблемы с осознаванием агрессии и ее здоровым, конструктивным выражением, конечно, коренятся в воспитании. Причем мало кто из воспитателей — дома или в детских учреждениях — скажет: я чрезмерно подавляю детей просто потому, что я жестокий и властный человек. Конечно, нет, это всегда объясняется необходимостью порядка, заботой о воспитании и прочими благородными целями.

Путешествуя по Исландии, я обратила внимание, что домашние собаки (а бродячих там нет), живущие даже в самых уединенных, отдаленных уголках, бросаются к незнакомцам, с радостью виляя, кажется, всем телом и улыбаясь во всю пасть. Странно, подумала я, ведь я для них чужой, а они встречают меня так, будто я их вырастила. Я спросила об этом своего сопровождающего, исландца. Он объяснил, что на протяжении веков в Исландии производится намеренная селекция: из каждого собачьего помета оставляют только тех щенков, которые не демонстрируют активного, агрессивного поведения. Тех, кто проявляет «лидерские качества» и природную агрессию, уничтожают. Почему? Из практических соображений: Исландия — небольшой остров с непростым климатом, поэтому крайне важно избегать каких бы то ни было конфликтов, так всем легче поддерживать повседневную жизнь и хозяйство. Собаки нужны людям только для того, чтобы сопровождать овец. А их разнообразная природная инстинктивная жизнь никого не интересует. Я глубоко задумалась. С практической точки зрения такое решение абсолютно понятно: люди берут на себя обязательство кормить собак, потому что те помогают им в хозяйстве. Значит, собаки могут обойтись без своих инстинктов, без разнообразия характеров, без индивидуальности? Их же все равно кормят. Но почему-то, на каком-то глубоком, чувственном уровне от такого суперрационального подхода становится очень не по себе.

Этот пример, конечно, напоминает то, что происходит со многими людьми, когда в семьях, общинах, организациях человеку в обмен на отказ от своей природной индивидуальности, от инстинктов и здоровой агрессии обещают общественное одобрение. Можно спросить: и что здесь плохого? Вот ласковые собачки, а вот бесконфликтные люди — разве это не удобно для всех? Ну и что, что ты знаешь по своим клиентам, как дорого обходится людям такой отказ от своего естества? Сколько энергии, перспектив, живого ощущения индивидуальности приходится жертвовать и как это отражается на психике, на теле, на отношениях? Во-первых, у тебя недостаточно полная статистика. Во-вторых, неужели люди, которые живут свободно и позволяют себе быть собой, не встречаются с проблемами в жизни и с внутренними конфликтами?

Встречаются, конечно. И у меня нет однозначного ответа. На самом деле в жизни есть вопросы, польза которых не в вынесении вердикта, а в постоянном размышлении над ними. Тоже своего рода духовный поиск.

Интересный опыт — ощутить энергию агрессии намеренно и посмотреть, какой разной она может быть. Здесь пригодятся упражнения, связанные с телом.