Спасение выгорающих: от истощения к ресурсу - Оксана Козырева

Но тогда мне казалось, что я худшая из худших, всех предала и подставила, ничего не достигла именно потому, что заболела.

4.5. «Привет, мир! мне 28, и Я лечу кризис новой работой»

Моя схема — «на все вопросы жизни есть один ответ: работай» — долго не сдавала позиций. Я не замечала, что, опять же, ничего другого в моей жизни просто нет и, оказывается, ради того, чтобы ничего не осмысливать и ни о чем не думать, я могу работать в довольно токсичном коллективе, выбирать очень разрушительные для себя отношения. Это как будто не было важным и основным. Пока я не вышла на этой волне замуж и не родила первого ребенка. В приступах трудоголизма сильно рефлексировать — хочу ли я замуж, а что у нас за отношения, а что это за человек? — сил и времени не было. Поэтому неудивительно, что все закончилось довольно сложным разводом. И оставшись с маленьким ребенком, зарабатывая на жизнь, в страхе и тревоге за будущее, я опять решала все проблемы поиском новой работы.

Ради небольшой прибавки к зарплате я могла отказаться от отпуска и выйти на новую должность и работу. Однажды я устала так, что прямо во время интервью у меня полились слезы, и я уехала-таки со своим маленьким сыном в отпуск. Я как будто все время бежала и никак не могла остановиться, никак не могла успокоиться.

И тут меня взяли на работу мечты! Я стала ведущей программы о ремонте, которую любит и знает вся страна. Мне казалось, что за все мои страдания и усилия я получила награду, долгожданный приз! Но ведь обошлась я с этим призом по-старому.

4.6. «Привет, мир! мне 34. У меня работа мечты, но я не могу встать с кровати»

Да, у вас может быть работа мечты, но отношение к себе остается таким, к которому вы привыкли. Я не замечала сверхнагрузок, не считала, что могу как-то отрегулировать график своих съемок, и опять смертельно уставала — от длинных съемочных дней, разъездов по объектам. Работа телеведущей очень классная и интересная, но и отдачи она требует немаленькой. Огромные объемы текста, которые ты запоминаешь, напряжение и эмоциональная раскачка, ведь это именно ты создаешь и держишь настроение на площадке. Ты повторяешь дубли каждый раз как в первый раз, не можешь позволить себе вздремнуть, чтобы не испортить грим и прическу, а иногда у тебя и вовсе почти нет перерывов.

Конечно же, я повторила сценарий. Я так уставала оттого, что вся жизнь — это работа, что тут же, на работе, вышла замуж второй раз. А где еще трудоголикам знакомиться? И замужество, вторая беременность и рождение ребенка стали для меня как будто легальным способом расслабиться. Только вдумайтесь: замужество, беременность, есть старший сын, рождается младенец. Это же огромный стресс, нагрузка, а я это воспринимала как повод отдохнуть и расслабиться! И в это же время начала учиться на психолога. Очно! По выходным. Вам ничего не напоминает? Только вообразите мой уровень трудоголизма! Вообразите мой уровень внутренней тревоги тогда. Нужно было наполнить жизнь чем угодно, лишь бы не останавливаться, не думать, не осматриваться по сторонам.

Ничего удивительного, что я провалилась в очень сильное выгорание и впервые в жизни поняла, что это оно.

Я открывала утром глаза и не могла встать с кровати. Ничего для меня не имело смысла. Я вообще больше ничего нигде не хотела. Тогда я впервые решила уволиться с этой работы. Не думая о том, на что и как буду жить. Я хотела сжечь мосты, не видеть никого и ничего. Я думала поступить так же, как поступала раньше.

Но тогда я уже была в психотерапии. И только с ее помощью я замедлилась, начала разговаривать с руководством, менять график работы, очень сильно снизила количество съемок и даже посреди года уехала в отпуск в санаторий — одна! Без мужа и детей — неслыханное удовольствие.

Я не просто преодолевала этот кризис отдыхом и отпуском, я принимала решения, качественно меняла ­какие-­то процессы в жизни. В моем расписании начал появляться воздух, мне стало легче дышать. Я начала видеть и признавать то, как много я делаю. Я наконец-то начала заботиться о себе.

4.7. «Привет, мир! мне 39, и Я больше не хочу по-старому»

Я стою под душем, на меня льется очень теплая вода, и от этого головная боль усиливается. Я очень сильно устала. Я измождена и опустошена, потому что перенапряглась последние… три дня. Да-да, вы не ослышались, не 33 дня, не 33 месяца, не три года и не тринадцать. Я не выгорала уже четыре года, потому что очень сильно изменила свой взгляд на жизнь, на себя. Но, конечно, бывают насыщенные дни, когда нагрузка превышает мои силы. Например, два дня организации и празднования детского дня рождения перетекли в большой съемочный день. И я поймала это ощущение, которое всегда мне напоминает: раньше я жила так всегда.

Я могла годами жить в чудовищном напряжении, усталости, изможденности, а потом как будто совершенно без причины, за чашечкой кофе в красивом кафе начать рыдать так, как будто у меня кто-то умер. Однажды это случилось в торговом центре в самый разгар предновогодней суеты. И я так напугала официанта, что он притащил, кажется, все салфетки, которые только были в магазине.

Просто я узнаю´ это состояние с первых нот. Это усталость такая, когда ты вообще ничего толком не соображаешь, не ощущаешь отчетливо, что чувствуешь, что хочешь, тебе уже как будто все равно, потому что ты опустошен до самого донышка.

В юности я путала это состояние с удовлетворенностью от жизни. Мне казалось, если я работала день, ночь и потом еще день и просто упала от усталости в кровать, то я в каком-то «дзене» и эйфории, что у меня получилось. «Хорошо поработала!», «Отдала все силы, никто не скажет, что схалтурила!», «Выложилась по полной!», «Вот теперь точно заслуживаю похвалы и одобрения!».

А теперь я понимаю, что это совершенно разные вещи. Когда я осознала, что замечаю смену сезонов, нюансы погоды, могу остановиться и рассматривать засохшую травинку или любоваться деревом весной, не проваливаясь в тревогу (как же, впустую трачу время), только тогда я поняла, что очень сильно снизила темп,