Любовь как архетип. Глубинный взгляд на отношения - Наталия Александровна Павловская

в более поздние годы он становится ярким апологетом исключительно духовной любви между мужчиной и женщиной. Как говорится, «не можешь победить – возглавь». Часто биографы и очеркисты идеализируют их отношения, однако, если вчитываться внимательно, ясно, что они были непростыми по многим причинам. В частности: как быть, когда чувствуешь, что встретил своего человека, настоящую возлюбленную, но она радуется только «ценности духовного общения, лишенной чего бы то ни было чувственного, телесного», а ты при этом – молодой темпераментный мужчина, хотя и философ.

Позже Бердяев много пишет о творческой силе любви и даже выдвигает идею, что «если силы идут на продолжение рода, то они убывают для создания совершенной индивидуальности»[44]. Остается не вполне понятным, кто тогда будет рождать совершенных индивидуумов и только ли для продолжения рода существует телесная любовь. Но мы, потомки и читатели, оказались бенефициарами этой драмы, потому что тексты Бердяева об эросе, о любви достигают абсолютно афористичных высот и вдохновляют на свой личный, может не такой радикальный, поиск в этой сфере жизни.

Например: «В творческом акте любви раскрывается творческая тайна лица любимого. Любящий прозревает любимого через оболочку природного мира, через кору, лежащую на всяком лице. Любовь есть путь к раскрытию тайны лица, к восприятию лица в глубине его бытия. Любящий знает о лице любимого то, чего весь мир не знает, и любящий всегда более прав, чем весь мир. Только любящий подлинно воспринимает личность, разгадывает ее гениальность»[45]. Или вот еще: «В Боге встречается любящий с любимым, в Боге видит любимое лицо»[46]. Красиво.

Но, конечно, однозначно никак не поместить эту историю в категорию несчастливой любви. А вот, например, миф об Эросе и Психее? Традиционная версия наиболее известна из романа древнеримского автора Апулея «Метаморфозы, или Золотой осел». Психея была младшей дочерью царя, невероятной красавицей. Молва о ее красоте дошла до богини Афродиты, и та с огорчением поняла, что даже ею восхищаются меньше, чем этой девушкой. Она позавидовала, разгневалась и велела своему сыну Эросу в качестве мести и наказания внушить Психее любовь к самому отвратительному и страшному из живущих существ, чтобы жизнь ей медом не казалась. А ей жизнь и так не казалась медом, потому что девушкой она была тонко чувствующей (недаром Психея по-древнегречески значит «душа»), и ее ранило то, что все восхищаются ее красотой, но никого не интересуют ее чувства, ее мысли, никто не любит ее, только любуются.

Одновременно Афродита через своих посыльных донесла до отца Психеи выдуманное предсказание оракула: будто отцу надлежит одеть любимую прекрасную дочь в погребальные одежды и отвести на безлюдный утес, где ее ради спасения города сожрет чудовище. В те времена с оракулами не принято было спорить, и отец Психеи, обливаясь слезами, так и сделал. И вот стоит Психея на утесе, ждет смерти, в это время летит к ней Эрос, чтобы поразить невозможной любовью к ужасному существу, видит ее и… горячо влюбляется сам. Понимая контекст ситуации, чувства и авторитет своей мамы, он решает наилучшим выходом инкогнито унести Психею в свое жилище.

Здесь он признается ей в любви, обещает заботу, нежность и поддержку на всю жизнь, но просит соблюсти условие анонимности: Психея не должна видеть его и спрашивать, кто он. Сначала она, конечно, напугалась, но потом они стали говорить друг с другом во тьме и почувствовали родство, доверие, и она тоже полюбила его. Психея радовалась: поскольку таинственный незнакомец не видит ее, стало быть, он точно соблазнился не ее красотой, а ее личностью. Примерно так же думал и Эрос. И они стали мужем и женой. Психея была счастлива, но через какое-то время почувствовала, что тоскует по родным, и попросилась навестить их. Эрос не мог отказать любимой.

К изумлению близких, Психея появилась дома счастливая, с богатыми дарами и рассказала о своей прекрасной жизни. Не смогла она утаить и необычности своего брака, ведь она до сих пор не знала, кто ее муж на самом деле, каков он собой. Сестры, как и ранее Афродита, позавидовали Психее и принялись убеждать ее: что-то здесь не так, ей нужно проявить решительность и все же понять, с кем она живет-то. Мало ли о чем он просил и мало ли что она пообещала? А с кем она детей собирается заводить, она вообще знает? Для этого они посоветовали, когда возлюбленный уснет, посветить ему в лицо лампой и хоть понять, как он выглядит. В общем, как говорил Иисус Христос, хотя это из другой мифологии, «враги человеку домашние его». Психея послушалась старших сестер, так и сделала. И почувствовала себя еще счастливее, потому что увидела, что ее муж невероятно хорош собой. Но она так увлеклась любованием, что накренила лампу, и капля горячего масла упала на лицо спящего Эроса. Он проснулся от ожога в ужасе и возмущении: его возлюбленная предала их договоренность! В гневе он улетел.

Как мы видим, есть параллели и с «Красавицей и чудовищем» Шарля Перро, и с «Аленьким цветочком» Аксакова, и с «Лоэнгрином» Вагнера. Классический сюжет о том, готовы ли мы в любви доверять лишь своим ощущениям, или нам необходимы какие-то буквальные доказательства правильности своего выбора?

Психея горюет: только теперь она поняла, насколько дорог ей возлюбленный. Начинаются ее долгие и мучительные скитания в поисках Эроса. За это время ей приходится проходить самые сложные испытания Афродиты. Но в результате все заканчивается хорошо, Психея и Эрос воссоединяются, у них рождается дочь Волупия, богиня наслаждения. Казалось бы, зачем столько страданий?

Этот миф имеет множество интерпретаций, нам же сейчас важно увидеть, как трудно подчас найти и удержать контакт эроса и души, «психе», в самих себе. Большая часть историй несчастливой любви происходит именно из этого внутреннего конфликта. Только чувства без эроса – страдание, эрос без чувств – тоже страдание. Популярность мифа и его многочисленных вариаций как раз и объясняется необходимостью напоминать себе об этом.

Например, моя пациентка Альбина была одержима влечением к мужчине намного моложе себя, другой национальности, другого социального статуса. Она была обеспеченной замужней женщиной с хорошей карьерой, с высоким социальным уровнем круга общения, а он – крепкий красавец-строитель, работавший в бригаде на перестройке ее загородного дома. Можно подумать: ну и что? И правда: я, например, человек, который прилагает максимум доступных мне усилий, чтобы сопротивляться самой и помогать другим сопротивляться ксенофобии и социальным предрассудкам, особенно в вопросах любви. Но этот роман Альбины разрушал ее жизнь и ее саму изнутри, делал ее неуравновешенной, сгорающей в пламени ревности, униженности, неудовлетворенности.

Альбине начали сниться сны, в которых она горящей свечой, или зажигалкой, или факелом пыталась уничтожить каких-то мотыльков, гусениц, личинок, бабочек в своей комнате. А в самом страшном сне погоня за такой бабочкой оканчивалась тем, что от огня загорался весь дом. Я предложила Альбине подумать над тем, что бабочки могут символизировать ее душу: ведь по-гречески «психе» – это не только душа, но и бабочка. И возможно, огнем страсти, вожделения к своему любовнику она уничтожает свою душу, свою чувствительность.

Сначала Альбина отвергла это предположение: «Я его люблю от всей души!» Но вскоре она сама смогла признать, что в ее чувствах много мести мужу, которого она раньше подозревала в измене, что, когда они встречаются с возлюбленным, никогда не расспрашивает о его мыслях и чувствах. То, от чего страдала Психея, – что всех привлекает только ее красота, – она сама же повторила с Эросом: ей стало важнее узнать, как он выглядит, чем сохранить доверие между ними.

Завершилась эта история драматично: Альбина рассталась с мужем. Впрочем, этот брак давно был формальным, эроса там не было. Но в то же время любовник Альбины сказал, что женится: он видел, что Альбина относится к нему лишь как к развлечению, а родители нашли ему хорошую невесту, услышав от напарников про его роман с замужней женщиной. Альбина попросила его о прощальной встрече, и на ней наконец проснулся ее интерес к нему как к личности.

Выяснилось (и это довольно частая