Спасение выгорающих: от истощения к ресурсу - Оксана Козырева

Многие клиенты на моих сессиях хотят, чтобы я их разносила, критиковала, «жестко ставила мозги на место», и я правда говорю не всегда приятные для них вещи, иногда озвучиваю что-то очень болезненное. И все же я вижу, что каждому входящему хоть в реальный, хоть в виртуальный кабинет очень сильно нужна поддержка — живая, теплая, настоящая.

Поддержку можно запрашивать, признавать, что ты в ней нуждаешься. Если о помощи никогда нельзя было просить, и тем более признаваться в слабости, человек может стараться из последних сил казаться окружающим стойким ­оловянным солдатиком. И тогда он не скажет: «Я так устал, помоги мне», «Расскажи, пожалуйста, что-нибудь смешное», «У меня не получается, выручи меня». Ведь это признание сразу может сделать его ущербным, слабым, тем, кто никогда и ничего не добьется.

Только все наоборот: те, кто никогда не признают своих слабостей, постепенно теряют гибкость, а жесткая структура ломается быстрее и проще, чем гибкая. Умение признавать свои слабости делает нас более адаптивными, мы бережнее относимся к своим ресурсам и легче выносим слабости и несовершенства окружающих людей. Гибкость позволяет адаптироваться в тех обстоятельствах, в которых другие ломаются, помогает находить новые варианты, видеть возможности, выдерживать нестабильные обстоятельства.

Поэтому просить о поддержке не стыдно. Это можно и нужно делать. Начните с тех, с кем проще и безопаснее. Это может быть подруга, муж, коллега, да хоть таксист. Там, где вы чувствуете, что можете поделиться проблемой, делитесь обязательно. Если нет такого человека, обращайтесь к специалисту, пользуйтесь бесплатными способами помощи (службой телефона доверия, в конце концов). Главная идея любой поддержки — почувствовать, что ты не один, что трудностью можно делиться, обсуждать, говорить о ней.

6.12. Защитите себя от нарциссической атаки

Надеюсь, глава про цифровое выгорание убедила вас в том, что соцсети создают большую нагрузку для нашей психики. Они так привлекательны, как новогодние гирлянды на елке, но мы правда устаем, мы сравниваем, обесцениваем себя, тормошим. И в тот момент, когда мы так сильно уязвимы, может, стоит уберечь себя от этого.

Однажды я провела эксперимент и отписалась от всех аккаунтов, вызывающих у меня хоть малейшее раздражение, недовольство собой, тревогу. Я позволила себе даже не анализировать и не объяснять себе, почему. Просто решила, что моего «от этого мне хорошо, а от этого плохо» достаточно и никаких других аргументов точно не нужно. Я отнеслась к ленте в соцсети как к собственному кабельному телевидению, где я могу выбирать, какие каналы я себе подключаю, а какие нет.

Помимо соцсетей можно обратить внимание на любые контакты с людьми, где начинается сравнение достижений, успехов, демонстрация дорогих покупок, демонстрация результатов детей. Не стоит ли свести общение здесь к минимуму? Прислушайтесь к себе: каково вам посреди таких разговоров, сравнений и оценок? Если невыносимо — не повод ли это подумать о том, чтобы уйти или хотя бы дать себе передышку?

В ситуации выгорания любые нарциссические выпады будут ранить, расстраивать, уязвлять, лишать сил, которых и так нет. А что, если вам не нужно ничего никому доказывать и ни с кем себя сравнивать?

«А как же хейт? — спросите вы. — А если я блогер и не могу остановить свою работу, а под видео, постами регулярно получаю хейт?» В этом случае я категорична: вам можно не читать, можно разрешить себе не заходить в комментарии, можно блокировать, а еще можно поручить все это другому человеку. Во всех этих решениях я вижу много бережного отношения к себе и к своему пространству.

6.13. Организуйте свое место

Когда началась пандемия, у меня уже был свой кабинет, где я принимала клиентов. Два розовых кресла, бирюзовые шторы. Но в момент, когда из дома совсем нельзя было выходить, я осмотрела квартиру и спросила себя: а где здесь мое место? А его не было совсем.

Десять лет я работала в самом популярном интерьерном шоу страны «Квартирный вопрос» и еще пять лет в «Дачном ответе». Я видела сотни семей, домов и квартир, мне пора создавать уже свою статистику. И она плачевная. В домах есть супружеские спальни, детские комнаты, гостиные, кухни, кабинеты для папы, сделанные где-нибудь на балконе или в той же гостиной. И почти никогда нет места у мамы и жены. Я обычно строго спрашивала мужей: «Где уютный уголок и мягкое кресло для супруги?» Мужья чаще всего терялись, а жены бросались на их защиту: «Ну он же работает, деньги зарабатывает! Ему надо!» Притом что многие из этих женщин также полноценно работали, а еще следили за детьми и бытом (нагрузка не хилая, правда?). И все же мужчины и их труд в большинстве семей обладают какой-то сакральностью и неприкасаемостью. И я ни в коем случае этих мужчин не хочу обидеть, но по опыту — а всё всегда кроется в мелочах — у них самые уютные места для компьютеров, иногда даже отдельные комнаты, самые комфортные и мягкие кресла, на балконах-кабинетах и вовсе можно закрыться от детей, кошек и собак. А у жены обычно остается место на кухне, где она иногда выпьет кофе в одиночестве. Рабочего места или места для хобби — какого-­­то уютного столика с женскими штучками, милого кресла (любого — на вкус хозяйки) — обычно нет. Да что там, и туалетный столик все чаще как будто не нужен, и у женщины нет красивого зеркала, ящичков для косметики, хотя что может быть важнее (смеюсь я, которая жила без туалетного столика до 38 лет, а теперь оторваться от него не могу)?

Как сказала одна из героинь программы, «мой туалетный столик у меня в пакете». В пакете — понимаете?

Так вот, вернемся в мою съемную квартиру времен пандемии. Я посмотрела на нее, и мне стало так грустно! У детей была детская, у мужа самое выигрышное место для кабинета в нашей спальне. Самое козырное: большой стол, самое удобное кресло, огромный компьютер. И это место было святым, неприкасаемым. Конечно, мы все могли за него сесть, но муж четко понимал, что это его территория. Самая удобная. И тогда начался бунт вперемешку с женской истерикой. Я поняла, что при минимальных условиях хочу организовать себе рабочее место дома. Так появилась небольшая книжная полка на стене, модный легкий стол из фанеры и розовое кожаное кресло. Но главное, на полке стояли мои книги, на столе, на полочке были мои фотографии, радующая меня картина, там стоял мой ноутбук, в конце