Любовь и годы. Вдали от Родины - Марина Марковна Павловская

Гости сели около круглого столика. Лиля подала сладкое вино, фрукты, шоколад, горячий кофе и вышла. Отчего-то ей было тревожно. Она догадалась, что эта надменная женщина и есть будущая баронесса, невеста Генриха. Среди множества корреспонденции раза три Лиля приносила офицеру надушенные письма, надписанные женской рукой, которые он прочитывал в первую очередь.

Лиля постучала к Бригитте, у той нужно было сделать уборку. Баронесса в военной форме сидела у зеркала.

- Где ты шляешься? – прошипела она. –Сколько тебя можно ждать?

- Простите, фройлейн, - опустила голову девушка.

- Кто там у Генриха? Дитрихи?

- Да.

- Можешь убирать. Я зайду к ним.

Генрих очень обрадовался при виде старого друга и Элен. Раньше, в Швеции и Варшаве он спокойно держал однообразные письма нареченной нераспечатанными по нескольку дней и лишь в госпитале хватался за них сразу, как за спасительную отдушину. В те мучительные долгие дни его потянуло к Элен, к ее письмам, но, к сожалению, он не находил в них того, чего ждал. Как искал он тогда, прикованный к госпитальной койке, внимания и поддержки. И даже не дружеская, а именно женская ласка и любовь заставили бы его поверить в свои силы, забыть ужасное ранение, из-за которого он так страдал.

От него не укрылось то брезгливое растерянное выражение, которым Элен встретила его. Тревога уже холодила сердце. Совсем не так он представлял себе встречу с той, сто совсем недавно писала ему томные письма.

Пауль Дитрих имел чин капитана и служил в ведомстве Кальтенбруннера, шефа Главного Управления имперской безопасности. Он годом младше Генриха, чуть ниже ростом, белокур, красив, уверен в себе. Пауль кратко поведал другу берлинские новости, которые можно было говорить при даме.

- Я еще заеду к тебе, - сказал он. – когда буду свободен. Надо поговорить кое о чем.

- Ты сейчас в Берлине?

- Да, но занят страшно. Шеф в апреле посылает меня в Бельгию, на военные заводы.

- Надолго?

- Кто знает. Месяца на полтора. Можно заглянуть в Париж, - подмигнул он.- А после командировки сразу к тебе.

- Я буду ждать.

Мужчины тянули виски, курили, оживленно разговаривая. Элен сидела в коротком модном платье, с меховой горжеткой на плечах, много курила, изредка бросая испуганные взгляды на Генриха и его костыли. Она явно обрадовалась, когда вошла Бригитта.

- Ленхен, душечка, как я рада вас видеть, - ласково заговорила баронесса.

- Я тоже. Вы прелесть, Бригитта. Как к лицу вам этот мундир!

- Вам бы он тоже прекрасно подошел. Вы нигде не служите? Когда рейх в опасности…

- Рейх пока еще не в опасности, - мило улыбнулась Элен.- Тем более, нас защищают такие храбрые офицеры.

- Да, наши блестящие офицеры! Пауль, я давно вас не видела. А как вы находите Генриха?

- Молодцом! Я ожидал худшего.

- Вы ведь из Берлина? Что там новенького? Ну-ну, Пауль, расскажите же что-нибудь интересное.

- Да, Пауль, что там говорят о ленд-лизе США? – спросил Генрих. Включен ли Советский Союз в число получателей помощи по ленд-лизу?

- Ленд-лиз? Что это такое? – удивилась Элен.

- Это будущий закон об оказании помощи странам – союзницам, - снисходительно объяснил Пауль сестре.- Рузвельт вот-вот должен его подписать.

- А что говорят о визите в Соединенные Штаты английского посла?- спросил Генрих.

- Американские газеты сообщили, что Галифакс прибыл на новейшем английском линкоре,- ответил Пауль.- Дабы подчеркнуть узы американо-английского содружества, Рузвельт вышел в море встретить его так же на линкоре новейшей конструкции. Говорят, это было внушительное зрелище.

Все засмеялись.

- Я надеюсь, вы поужинаете с нами? – преложила Бригитта.

- С удовольствием,- улыбнулся Дитрих.- У нас есть еще немного времени. А как здоровье господина барона?

- Здоров. Пойдемте, я провожу вас к нему. Он будет рад поговорить.

- Ты побудешь здесь, Ленхен?- спросил Пауль.

Он словно специально оставлял сестру наедине с другом.

Генрих и Элен остались одни. Молодая женщина, волнуясь, теребила хвостики горжетки, будто хотела что-то сказать и не решалась. Офицер спокойно смотрел на нее.

- Я рад, видеть вас,- улыбнулся он.

Элен замялась, потом решительно подняла голову.

- Я специально приехала, чтобы поговорить с вами.

- Я слушаю вас.

- Генрих, вы должны понять меня… У нас нет никаких прав друг на друга. Мы едва знакомы. Ваше ужасное ранение… Скажите, Генрих… неужели вы навсегда останетесь…

- Да,- беспощадно ответил офицер.- Навсегда.

- Вот видите… Вы не должны иметь ко мне претензий.

- Ну что вы, милая Ленхен, - Генриху уже было смешно.- Я понимаю вас, вы совершенно свободны. Я даже могу вернуть вам ваши письма.

- Да, будьте любезны.

- Они в верхнем ящике бюро. Возьмите сами, мне трудно вставать.

Он уже был жесток, но чувствовал себя правым.

Женщина положила пачку писем в сумочку и уже в дверях обернулась.

- Скоро моя помолвка, Генрих.

- Поздравляю вас. Надеюсь, он не солдат рейха?

- Это господин Гюнтер из Дрездена.

- Владелец табачной фабрики? Вы благоразумны.

- Я желаю вам всего хорошего, Генрих,- тихо сказала Элен.- Пойду поищу Пауля. Нам пора ехать.

И она поспешила выйти.

Гостей все-таки уговорили поужинать. Старый барон обрадовался друзьям сына, рассыпал комплименты Элен, расспрашивал Пауля о столичных новостях. Бригитта сидела с насмешливым видом и кокетничала с Паулем. Лиля подавала закуски, наливала вино, незаметно оглядывая гостью, ее богатый наряд, белокурые завитые волосы, мех на плечах. Генрих не хотел выходить к столу, но в последнюю минуту, вероятно, чтобы окончательно сразить Элен, приковылял на костылях и сел с краю, вытянув больную ногу. На щеках Элен вспыхнули алые пятна, ей явно был неприятен этот ужин. Она едва притронулась к еде. Генрих казался спокойным, он умел держать себя в руках, шутил, вспоминая с Дитрихом годы учения и службы.

Элен первая заторопилась домой.

- Пауль, вы подвезете меня до города?- спросила Бригитта.

- Конечно. Я только провожу Генриха, ответил Дитрих.- Спускайтесь вниз.

Он довел друга до его комнаты и усадил в кресло.

- Она сказала тебе, что выходит замуж? – хмуро спросил он.

- Да, - ответил Генрих.

- С-с-стерва, сквозь зубы процедил Пауль.- Ладно, черт с ней, не переживай.

- Ерунда.

- Что думаешь делать?

- Честно говоря, не знаю.

- Шеф предлагал тебе перейти в Управление?

- Пока нет.