Призрак под толщей вод - Эмилия Джей

такт с потоками сестры. На мгновение она полностью растворилась в этом ощущении, отпуская напряжение, которое то и дело сковывало её с самого момента прибытия сюда, и сосредоточилась исключительно на пульсирующей между ними энергии.

— Вместе мы сильнее любой власти в этом мире, — продолжала Сирена. — И когда мы поднимем Мэринис, он станет не просто одним из четырех великих королевств — он станет величайшим. И он будет нашим, привязанным к самим нашим душам и самой нашей сути.

Вода запульсировала быстрее, откликаясь на слова сестры, и заискрилась в мерцающем свете, точно жидкое серебро. Древняя магия манила Эсмиру, и её пленительному обещанию могущества было просто невозможно противостоять.

— И на этот раз никто не посмеет отнять его у тебя, — добавила Сирена. Эсмире отчаянно хотелось верить в это, верить Сирене, и с каждой секундой это давалось ей всё легче и естественнее.

Именно здесь было её место. Именно этой женщиной ей суждено было стать.

Но отец забрал её отсюда — человек, который даже не был её настоящим родителем.

Он похитил её.

Украл у неё всё это.

Последним плавным движением она опустила руки, заставляя воду мягко опасть обратно в фонтан. Глаза Сирены так и лучились гордостью, когда она сделала то же самое.

— Возможно, всё случится гораздо быстрее, чем мы ожидали, — произнесла сестра, внезапно порывисто обняв Эсмиру. От неожиданности её тело инстинктивно окаменело.

Она мягко отстранилась от Сирены:

— В нашу первую ночь здесь, за ужином с твоим советом, ты сказала, что мой отец был лжецом, — если королева и была шокирована столь резкой сменой темы, её лицо ничем этого не выдало. — Я лишь сказала тебе, что он нашел меня. Спас. Но ты заявила, что это не обязательно правда.

Взгляд Сирены мгновенно потемнел, глаза подернулись мрачной тенью:

— Он никогда не был тебе отцом, — ответила она ровным, но леденящим душу голосом. — Этот человек украл тебя у нас — у меня, у твоей семьи и твоего королевства. Он был не спасителем; он был вором.

Холодный пот прошиб спину Эсмиры, и она сделала неровный вдох:

— Вор до мозга костей, этот человек, — она подняла прямой взгляд на Сирену. — Недавно я и сама начала осознавать, что та фальшивая история, которой меня потчевали всю жизнь, едва ли имела хоть какое-то отношение к истине.

— Он наверняка извратил правду, чтобы ты чувствовала себя с ним в безопасности, — процедила Сирена. — Он не защищал тебя; он прятал тебя от твоего законного наследия.

Эсмира покачала головой. Груз воспоминаний о нем давил на неё, точно подступающий шторм, но теперь эти образы были расколоты и отравлены ложью, которую он ей внушал.

— Зачем ему красть меня? Как этот человек вообще мог близко подобраться к королевской наследнице? В этом нет никакого смысла.

— Ради власти, я полагаю. Разве он не запряг твою магию? Не подчинил её — и тебя саму, — чтобы сделать своей собственной силой? — Слова Сирены прорезали туман в её сознании, острые и безжалостные.

Это напоминание отозвалось в сердце ударом кинжала.

— Да, — ноздри Эсмиры раздулись, и она издала полный ненависти, прерывистый смешок. — Именно так он и поступил.

— Из-за деяний богов и из-за того, что наследница Мэриниса была потеряна, наш дом погрузился в морскую пучину.

Странная пустота разлилась в груди Эсмиры, оседая тяжелым камнем на самом дне желудка.

— И всё это, — она обвела рукой пространство вокруг них, — произошло по вине моего отца?

Сирена натянуто кивнула с глубокой скорбью на лице:

— У нас еще оставался шанс, когда боги предали нас, но, когда тебя вырвали отсюда, он обрек нас всех на гибель, — Сирена протянула руку и нежно заправила непослушную прядь иссиня-черных волос Эсмиры ей за ухо. — Готова поспорить, что никем иным он тебя никогда и не считал. Не дочерью. Лишь сосудом для невиданного могущества.

Тяжесть открывшейся правды всей своей массой обрушилась на Эсмиру; её дыхание стало поверхностным, пока она пыталась переварить это предательство и ложь, сковывавшую всю её жизнь.

Она и раньше знала, что Сайрус Блэквуд — лжец, но услышать подтверждение от того самого человека, у которого её украли, ощущалось как совершенно новое, сокрушительное предательство. Предательство её доверия и слепой, безграничной любви. Эсмира отдала бы отцу весь мир, потребуй он этого от неё. Собственно, она уже отдала ему моря.

Наконец Эсмира подняла взгляд на сестру, и в её груди затлел яростный огонь.

— Я хочу узнать всё. Всё, чего я лишилась, всё, кем я являюсь. Я хочу знать правду — мою настоящую правду.

Сирена сжала её ладонь, и в её золотисто-карих глазах вспыхнуло яростное пламя, пока сотворенные ленты воды змеями обвивались вокруг их запястий.

— И ты её узнаешь.

Глава 54

Дрэвин

Библиотека была погружена во мрак и безмолвие, нарушаемое лишь шуршанием старого пергамента: Дрэвин снимал с полок книгу за книгой, раскладывая их на одном из огромных столов. Каждый фолиант казался толще и старее предыдущего, их корешки потрескались и истерлись от времени и солоноватого воздуха. Он уже потерял счет часам в этом бескрайнем море выцветших текстов, но упрямо продолжал поиски, ведя пальцами по чернилам многовековой давности, а глазами — по именам давно забытых династий и хроникам.

Он отчаянно пытался найти хоть какую-то информацию о том, как Эсмира могла бывать в Мэринисе раньше — рисованный портрет с её лицом в заброшенной книге не давал ему покоя. Судя по тому, как она говорила об этом месте, он знал: она искренне верила, что никогда здесь не была, или, по меньшей мере, ничего не помнила.

Дрэвин был благодарен судьбе хотя бы за то, что часть книг была написана на языке Римелля, а не руноподобными символами, которые он обнаружил в некоторых манускриптах и повсюду в самом Мэринисе.

История подводного королевства оказалась богаче, чем он ожидал, и куда мрачнее тех слухов, что доводилось слышать на протяжении жизни — хотя спустя столетия после затопления все эти предания превратились в пустые домыслы.

Он открыл потертую книгу в кожаном переплете, на обложке которой красовалось тиснение в виде змеи, обвивающей трезубец.

Первая страница подробно описывала происхождение морских богинь, их рождение из самой океанской пучины; каждая из них была наделена силой столь же глубокой и темной, как и морские впадины. Текст повествовал о том, как они управляли морями, поддерживали баланс и даровали свое благословение Мэринису и его жителям — пока не исчезли вместе со своим королевством.

Вот только королевство-то на самом деле не