Графиня Справедливая - Галина Дмитриевна Гончарова

— Не вполне так, — Варя помахала бумагами. — Когда пожелаете, это вам подарок к свадьбе. Будешь ты не Матвей Зорькин, а Матео де Альбан. Бумаги все тут, сам дворянин, жена будет по дворянскому сословию числиться. Все законно. Дарья де Альбан. Тогда и модный дом получится — Прозоровских — де Альбан. Я тут во Франции озаботилась.

— Барыня!

— А что? И будешь сам барин, — пожала плечами Варя.

— Век благодарен буду. Отслужу, не сомневайся.

— Дашу сделай счастливой и разочтемся, — Варя подмигнула Матвею, положила бумаги на стол и вытащила Митчелла за дверь, а за ними потянулись и остальные. — Будем на свадьбе гулять! Мальчики, дверь закройте!

Стукнуло.

Матвей и Даша остались наедине. И Даша вдруг засмущалась, как девочка. Покраснела, прижала руки к горящим щекам… Уже не та самая мадемуазель Дениз, которая чуть ли не на равных держалась с парижскими дамами. А просто — крепостная, Дунька, которая чудом сбежала от злых хозяев… Матвей ведь все знает. И как он скажет, как будет…

Матвей молча подошел — и обнял.

Просто притянул к себе, и позволил согреться своим теплом. Такой большой, уютный, надежный, как скала. Вьюнку прислониться — и век расти-цвести.

— Люблю я тебя. Давно уж.

— И я тебя… полюбила.

— И Ваня мой сын. И не было ничего. Никогда не было.

Даша потерлась щекой о белую ткань рубашки.

— Только ты.

— Мы. Вместе. Я говорить не умею, уж прости.

— И не надо. Просто будь рядом, вот и все.

И так посмотрела…

Матвей обнял ее покрепче, да и поцеловал невесту. Он ее чуть не с первого дня полюбил. Сначала уважать начал, за силу духа, за бунт, а потом уж, как внешность разглядел… ну что он мог такой красавице предложить? Бывший крепостной, ни кола, ни двора… ладно! Деньги были, барыне спасибо! Но закрутило их, и рядом с Дашей такие красавцы были! Лучшие парижские господа ей кланялись! А она ни с кем…

И за это Матвей ее еще больше уважать стал.

И решил — попытает счастья.

Барыня, как обещала, деньги раздала честь по чести, ни копеечкой не обманула, а с таким состоянием он бы и к благородной посвататься мог — примут! Но не хотел.

Вот Даша…

И никто другой ему не нужен.

Только вот… она ж такая! При господах воспитывалась! А он — мужик мужиком!

И пусть!

Он своей женой гордиться будет, вот! Она у него самая красивая, самая умная, самая лучшая! Пусть завидуют! Барыня ему докУменты достала, будет он дворянином, и дети тоже из дворян будут. Матвей им самых лучших учителей наймет! И сам поучится, когда надо будет!

— Я только рядом с тобой себя спокойно чувствую, — шепнула Даша. — Помню, как ты меня на руках нес, когда роды начались.

Матвей окончательно засмущался. А потом подхватил невесту на руки и закружил по комнате.

— Всю жизнь на руках носить буду, Дашенька! Люблю тебя!

— И я тебя!

— Мам, да они уже целуются! Не поругаются, точно! — Наташу было отлично слышно.

— Не подглядывай, уши оборву! — заругалась Варя.

— А к нам уже можно, — прогудел Матвей. Невесту, правда, так с рук и не спустил.

Варя может, и не пошла бы, но Наташа себя два раза звать не заставила.

— Как здорово! Когда жениться будете?

Даша и Матвей переглянулись.

— Да вот пойдем, и обвенчаемся, — улыбнулась Даша. — Нам все равно когда, лишь бы вместе!

— А платье? — возмутилась Варя. — Праздник?

И тут же поняла, что это влюбленным совсем не важно.

Платье, туфли, приглашенные, флористика и ресторан… главное-то не это. Главное — два человека, которые друг друга любят, вот, они и есть. А остальное — просто каемочка на тарелочке. Можно с ней, можно без нее… на вкус супа это не повлияет.

— Ладно, — с улыбкой сдалась она. — Тогда хоть дом вам на свадьбу подарю!

И увидела, как становятся тоскливыми Дашины глаза.

— А как же… ты нас выгонишь теперь?

— За что⁈ Я думала, вам самим захочется отдельным домом пожить! — удивилась Варя.

Даша только головой замотала.

— Может, лет через десять, или двадцать… не гони! Пожалуйста!

Варя только рукой махнула.

— И не собиралась даже! Все, гуляем на свадьбе — и живем! Места хватит, тут хоть роту детей заводи! Как же я за вас рада, родные вы мои!

И настолько от души это было сказано, что куда-то исчезли и неловкость, и смущение, и Наташа тут же подскочила к Даше и затрещала о каком-то невероятном белье, которое надо бы надеть, а Митчелл от души хлопнул Матвея по плечу.

— Давно бы так, борода!

— Нагличанин паршивый, — буркнул в ответ Матвей.

— Завидуй, завидуй!

— А меня, чур, в крестные матери к вашему ребенку, — Наташа замолкать не собиралась. — Мама у Ванечки крестная, ну так я тоже поучаствую! Родня же!

Все верно. Тут уже и князей нет, и крепостных, и солдат, тут национальность не важна. Все — семья. А что странная такая, это уж дело десятое.

Глава 16

* * *

— Как вас устроили, дитя мое?

На Шарлотту Екатерина смотрела с бо-ольшим интересом.

А чем не невеста для внука Сашеньки? У них и разница-то ровно в год. Даже чуть меньше, чем на год невеста старше жениха, можно вообще о том не думать. Или внука Костеньки?

— Ваше императорское величество, благодарю вас, все благополучно. Луи счастлив играть с великими княжнами, а мне весьма уютно в моих покоях.

Шарлотта присела в книксене, но императрица махнула рукой.

— Вот и ладно. Садись рядышком, нам поговорить нужно.

— Да, ваше…

— Я уже сказала, я для тебя, считай, как бабушка. Мы хоть и не в кровном родстве, а все ж коронами связаны. Судьба такая, у меня, у родителей твоих… прости, что расспрашиваю, я знаю про бегство из Парижа, но как вы оказались на дороге? Расскажи еще раз, пожалуйста.

За два месяца нужная версия была намертво выучена Шарлоттой. От зубов отскакивала.

Девочка прекрасно понимала, вот такую деятельность Варвары никакая власть не одобрит. И лучше аккуратно подчистить историю, чем подвести хорошего человека.

Близкого ей человека!

Женщину, которая всем рискнула, чтобы их вытащить.