Печать Безумных. Белое и Чёрное - Екатерина Ивановна Гичко

врага и уже топтались по хоёторской земле. Запах крови усилился в десятки раз. Вой, вопли, крики, звон оружия, визги перепуганных хриппут и рыки драконов. В какой-то момент Лирка перестала воспринимать цвета, и мир стал трёхцветным: чёрно-белым с росчерками крови.

Мёртвые были сильнее и быстрее живых. Они вклинивались во вражеское войско и быстро уходили вперёд в компании своих живых сопровождающих. Приходилось постоянно их придерживать, чтобы они не ушли слишком далеко и не оказались отрезаны от остального войска.

Враг докатился и до них. Первым из охранников взвился Машей. Подпрыгнул в воздух и приземлился на корточки прямо на плечи выскочившего на них хоёторца. Тот испуганно выпучил глаза, вздрогнул, а в следующий миг Машей почти ласково взял его за подбородок и с хрустом вывернул голову слишком сильно влево. Хоёторец ещё упасть не успел, как мёртвый с его плеч вновь взвился в воздух и в прыжке отсёк голову второму противнику. Идущий перед вампиром охранник — плотного телосложения оборотень, бывший при жизни довольно молодым и рыжим, — кулаком свернул противнику челюсть и ударил навершием меча в грудь так сильно, что та хрустнула и враг рухнул на землю, силясь вдохнуть воздух.

Иррес рвал врагов зубами и когтями и успевал обкладывать врага самой непотребной бранью. Лирка пристроилась за спиной хайнеса, оберегая его драгоценную жизнь, а Риш следил, чтобы никто не мог подобраться ни к его невесте, ни к вампиру. Яркая госпожа Ярвиделла дралась с оборотнями-хоёторцами на равных, почти не уступая им в силе и порой превосходя в сноровке. Мастера Дагрена оттеснили немного в сторону, и теперь он пытался добраться до жены.

Не сражалась только Майяри. Окружённая щитами и под присмотром бдительного Казара, она неторопливо шла среди сражающихся и будто прислушивалась к чему-то, ведомому лишь ей одной.

Вдруг землю сотряс глубинный толчок. В глазах Майяри появилось мрачное торжество.

— А не всё прикрыл-то… — пропела она и закричала: — Госпожа Ярвиделла! Ниже пятидесяти саженей сила есть.

Та приняла на древко алебарды меч противника, пнула хоёторца ногой в грудь, отбрасывая, и на мгновение замерла так, словно тоже прислушивалась.

Торжествующая усмешка искривила её губы. Землю опять будто толкнули изнутри.

— Стой! Останови его! — зарычал Риш, и Лирка резко обернулась.

Мёртвый шёл в атаку на салейского воина. Тот испуганно отступал и даже меч опустил. Вампир посмотрел в указанную сторону, и его воин отвернулся и оставил перепуганного служивого в покое. Лирка быстро осмотрелась и увидела на земле убитого смотрящего.

Земля под ногами в очередной раз задрожала, но в этот раз так, что Лирка даже пошатнулась.

— Держитесь! — крикнула Майяри. — Госпожа Ярвиделла, к Лесу ближе!

Оглушающий треск перекрыл все звуки, Лирка всё же рухнула наземь, а сверху её накрыл Иррес.

— Сейчас мы им карьер устроим… — бормотала под нос Майяри.

Разъярённый вопль вознёсся к небу. Господин вновь гневался. Лирка поспешила выползти из-под Ирреса, но он мордой опять запихал её под себя.

— Сиди тут, пока трясти не перестанет! Чего они задумали? Горы решили проложить прямо перед Лесом?

— Не, шкура! — Майяри услышала его. — Пропасть. Будьте готовы, сейчас на нас попрут. Больше идти им некуда.

Перед Лесом появилась огромная полупрозрачная фигура Двуликого. В этот раз обе половины его лица были искривлены. Одна безумным бешенством, а вторая просто злобой. Движения мёртвых почему-то вдруг замедлились, как если бы воздух вокруг них загустел. Но все остальные двигались вполне свободно.

— А-а-а! — с неожиданным пониманием и злобой протянул Иррес. — Так это не Аллилье, а это сука Идоара! Она тут ограничения ставит. Как же я забыл, что это она у нас всеми силами управляет… Ах, тварь! Ну ничего, — дух вдруг захохотал. Лирка даже на мгновение испугалась, что безумие вернулось к нему. — С моими силами ты ничего не сделаешь, дрянь!

АрСид медленно повернул голову, будто осматривая своё войско. Голубоватое свечение вокруг него усилилось, стало ещё более явным, плотным. А затем ярко вспыхнуло, и на секунду показалось, что от вампира в разные стороны тянутся сотни голубых нитей. И свет полыхнул от мёртвых. Даже почудилось, что лица их стали более… живыми. Но лишь почудилось. Волна света туманом хлынула по земле в сторону Леса, вызывая панические вопли на стороне врага и заставляя салейских воинов шарахаться. И мёртвые вновь стали быстрыми и сильными.

А рядом с полупрозрачной фигурой Двуликого начала вырисовываться ещё одна. Чуть более тонкая, гибкая, неявно, но всё же больше женская, чем мужская. Выбравшаяся из-под Ирреса Лирка уставилась появившегося Господина… или Госпожу, но рассмотреть лицо так и не удалось. Его черты плыли и казались туманными.

— Идоара, — Иррес неприязненно оскалился.

— Жрец! — закричали впереди.

— Тёмные! Майяри! — Лирка рванула вслед за ушедшей вперёд подругой, но не успела и пары шагов сделать, как её схватила за шиворот ледяная рука Машея. Мёртвый отшвырнул её себе за спину и опять ринулся в бой.

— Ладно, он мне тоже нравится, — оценил Иррес.

— Там Майяри!

— Сочувствую жрецу!

Но с сочувствием он поторопился. Ограниченная в своих силах Майяри оказалась не готова к тому, что местные жрецы используют забытые в Салее заклятия и печати. Уже знакомый Лирке шаман — точнее, теперь, видимо, жрец — стоял, окружённый разбросанными телами. Магией от него не просто тянуло — несло. Даже воздух подрагивал маревом. Невидимый удар пришёлся в Майярины щиты, но был такой силы, что женщину отбросило назад, и она, зацепившись ногой за лозу Рыболова, рухнула на спину. А вот щит Казара как в землю врос, и хаггарес среагировал мгновенно, нарисовав печать в воздухе и отправив её в сторону жреца. Тот отбил её небрежным взмахом ладони, но не понял, что перед ним не маг, и печать впиявилась в его левую руку. Та вмиг отнялась и повисла плетью.

— Наказание Шального Блудодея, — подмигнул ушлый хаггарес и, поцеловав ладонь, отправил жрецу воздушный поцелуй.

Тот разъярённо скривился, справедливо решив, что противник издевается. И никак не ожидал, что враг языком начертит на ладони печать и отправит её вместо поцелуя. Печать впилась в лоб хоёторца ожогом.

— А это Сжигающая Страсть, — Казар игриво приподнял брови.

Тут уж жрец окончательно взбеленился и перестал сдерживаться. Хагаресса опрокинуло наземь, и невидимая тяжесть навалилась на его грудь, удушая. Но не успела Лирка подумать вмешаться, как Казар перестал задыхаться, а хоёторец отскочил в сторону, уворачиваясь от брошенного кинжала. Жрец ещё успел удивлённо посмотреть на хагаресса, но быстро отвёл взгляд на нового противника. Тот как раз развернулся полубоком, чтобы найти взглядом Майяри, и жрец воспользовался этим, чтобы ударить в спину.