Желание богов - Тан Ци

и не требовалось – все можно было спокойно оставить Чжу Цзиню, ведь именно так они и поступали в предыдущие годы. Самое полезное, что она могла сделать для пагоды Десяти цветов, – это не мешать Чжу Цзиню работать.

Размышляя о предстоящих семи годах сна, в течение которых она никак не сможет доставить управляющему проблем, Чэн Юй мысленно усмехнулась: «Наверное, он ждал этого дня с тех самых пор, как я впервые самовольно залезла на крышу…»

Две недели ушли на прощальные пиры с друзьями в столице, еще две недели – на трогательные беседы с каждым цветком и деревом в пагоде. Затем, выбрав благоприятную ночь, Чэн Юй с благоговением открыла расшитую парчой шкатулку, оставленную Лянь Суном, готовясь принять «Пыль Успокоения» и погрузиться в семилетнее ожидание исполнения их обещания.

Но неожиданно шкатулка оказалась пуста. Снадобье таинственным образом пропало.

Все обитатели пагоды обыскали каждый угол, но за три месяца так и не нашли пропажу. Столкнувшись с неизбежной действительностью, Чэн Юй ушла в себя. На грани сна и яви она просуществовала еще полгода.

За это время ее былая живость угасла. Словно цветок, распустившийся несвоевременно, Чэн Юй тщетно пыталась сохранить видимость жизни. Из вежливости она все еще улыбалась, но без солнца и влаги ее душа медленно увядала.

Даже жестокосердный Чжу Цзинь не выдержал. После долгих раздумий он неожиданно предложил княжне отправиться в мир богов на поиски Лянь Суна. Вскоре они уже стояли у врат Жому, разделяющих мир смертных и небожителей.

Но во время перехода внезапно налетевший вихрь их разлучил. Очнувшись, Чэн Юй обнаружила себя в одиночестве на берегу северного болота, где птицы меняли перья. Чжу Цзинь бесследно исчез.

Лепесток у нее за пазухой оставался свежим. Это означало, что с Чжу Цзинем все в порядке. Успокоившись, Чэн Юй не стала паниковать. В конце концов, ей не требовалась постоянная опека.

Хладнокровно обдумав ситуацию, княжна вспомнила привычную тактику Чжу Цзиня: «Если он не найдет меня, то направится прямо к месту наказания Лянь Суна и будет ждать там».

Не медля ни мгновения, Чэн Юй двинулась в путь. Найти принца стало ее первой целью.

К счастью, ее возлюбленный в этом мире был настолько известен, что достаточно было немного расспросить – и ей сразу рассказали, где он ныне находится.

Когда птица чунмин сообщила, что ей, смертной, потребуется пять дней и ночей без отдыха, чтобы добраться до места наказания Лянь Суна, Чэн Юй ничуть не испугалась такого долгого пути. Вместо этого она тут же прикинула в уме: «Он будет отбывать наказание семь дней. Если я постараюсь, то смогу добраться за пять. Значит, я точно успею его увидеть».

Княжна не могла не понимать, что в этом мире, где властвуют боги, демоны и духи-оборотни, ее смертное тело уязвимо. Но одна лишь мысль о скорой встрече с ее братцем Лянем наполняла ее бесстрашием и решимостью двигаться вперед.

Чэн Юй всегда была такой: безрассудно отважной, как орленок, и бесстрашной, как юный тигр.

Горы Тяньгуй встретили ее бескрайними ледяными просторами, рвущим кожу ветром и слепящей метелью.

Аюй заметила девушку у подножия первого пика. В окружении падающих белых хлопьев одинокая фигура в белоснежном плаще казалась неподвижной, будто вросшей в снег. Длинный, до самых пят, плащ скрывал ее с головы до ног, но не мог утаить хрупкое изящество замершей фигуры. Все вокруг было белым, и ее силуэт тоже. Она стояла там – безмолвная и прекрасная, как картина.

Аюй тоже была женщиной, притом красивой, а потому обычно не обращала внимания на других женщин. Но сейчас она не могла отвести от этой девушки взгляд.

Потому что, пускай обликом незнакомка походила на изгнанную небожительницу, с первого взгляда становилось ясно – она всего лишь смертная.

И к тому же чистокровная.

Более двухсот тысяч лет назад, после того как богиня Шао Вань переселила человеческий род в мир смертных, в восьми пустошах действительно остались небольшие государства так называемых «смертных». Но эти «смертные» были не более чем полукровками с примесью человеческой крови. По идее, в этом мире уже не могло быть истинных смертных – тем более здесь, в пустынных горах Тяньгуй, что на Крайнем Севере.

К тому же с тех пор, как пять дней назад третий принц начал отбывать наказание, двое небесных генералов, охраняющих второй пик, очистили все семь вершин от любого живого существа.

Но Аюй сама была живым существом.

По всем правилам, ей тоже не следовало здесь находиться. Однако потому-то ей и было чем гордиться: она была исключением, которое признали даже генералы.

Аюй принадлежала к роду линъюев, обитающему в Северном море. Будучи младшей дочерью главы клана, она с детства пользовалась его любовью.

До того как второго принца Сан Цзи в наказание за проникновение в Сковывающую пагоду низложили до владыки Северного моря, эти земли не имели хозяина и управление ими временно лежало на отце Аюй. Благодаря этому он считался старым подчиненным третьего принца.

Каждые десять лет принц Лянь лично проверял Северное море, и глава всегда брал с собой нескольких детей, чтобы те набрались опыта. Среди них неизменно оказывалась и Аюй.

Так среди множества молодых линъюев принц запомнил именно ее и даже знал ее имя.

Молодой бог, обладающий высоким статусом и к тому же несравненно красивый… Однако больше всего Аюй пленяло то, что от третьего принца веяло одиночеством. Он напоминал пустыню, что никогда не знала дождя.

Еще не достигнув зрелости, Аюй потеряла голову от этой безответной любви.

Даже в глуши Северного моря до Аюй доходили слухи о любовных похождениях третьего принца. Говорили, что он ценит красоту и, если настоящая красавица проявит к нему интерес, его высочество может пригласить ее во дворец Изначального предела.

Аюй слыла первой красавицей Северного моря. Она и сама считала, что с ее необыкновенной внешностью вполне заслуживает места во дворце принца.

Совершеннолетия она ждала с нетерпением, мечтая признаться принцу в чувствах во время его следующей проверки.

Увы, после назначения Сан Цзи владыкой Северного моря проверки прекратились.

Аюй было затосковала, но тут она неожиданно узнала, что принц нарушил законы Небес и теперь отбывает наказание в горах Тяньгуй…

Она, разумеется, не могла упустить возможности увидеть его высочество и поспешила ко второму пику. Однако тут ее остановил защитный барьер, воздвигнутый небесными стражами. Ее подруга, бессмертная рыба хэло, много повидавшая на своем веку, подсказала ей выход: хотя семь пиков Тяньгуй защищены барьером небесных стражей, воды южной