Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Отлично, — кивнул на всё это Первосвященник, он впервые смотрел на меня со спокойным уважением. — Вторую церемонию вместе с коронацией уже будет проведена, разумеется, в столице империи, Аврелии.

План свадьбы был завершён. Два акта одной пьесы. Первые — здесь, на моей родине, пышная и масштабная свадьба, которую требует протокол. Второй — там, в его стране, где я буду представлена двору и народу и буду коронована как равная. Я вернулась на своё место, даже не взглянув на остальных. Незачем было.

— Умница… — тихо похвалила меня Августина с лёгкой улыбкой.

В ответ я лишь кивнула, ловя на себе короткий и довольный взгляд Константина. Он был горд мной, отчего на душе стало тепло и спокойно. Чтобы не случилось в нашей будущей жизни, мы будем поддержкой и опорой друг другу. Мы оба знали, чего хотели. И знали, что можем друг другу помочь.

После того, как согласовали церемонии и протокольный порядок событий, включая официальную помолвку, которую Константин настоял провести незадолго до его отъезда, двадцать восьмого июля. Филипп тут же скорректировал и приказал церемониймейстеру перенести присуждение титула на более ранний срок.

— Что касается титулов для леди… — начал чуть несмело граф Жерон, привлекая к себе внимание. — После венчания, согласно правилам, её титул будет таковым… — он, шурша страницами, нашёл нужную ему запись. — Её Императорское Высочество герцогиня Элиазар, — и сделал небольшую паузу, давая всем это усвоить, титул был схож с титулом жены наследника или принцессы, он считался приемлемым. — После коронации, согласно всем правилам — Её Императорское Величество императрица Элиазар.

Филипп и Константин переглянулись и почти одновременно кивнули. Они были согласны с этим. Я сама же будто попробовала оба титула на вкус. Первый был нейтральным, но уважительным. Второй же звучал помпезно, немного всё ещё инородно для меня. Императрица… Даже не верилось, что совсем скоро и до конца жизни я буду носить его. И только потому, что один очень упёртый человек видел во мне не только женщину, но и равную, достойную занимать трон.

— Ваше Величество… — обратился королю граф Жерон. — Мы знаем, что леди Амелия готовилась стать королевой Гирана. Однако, империя — этой иной масштаб, иной, более сложный этикет и иной двор. Требуется… оценка её подготовки.

На мгновение у меня сковало внутренности. Амелия годами готовилась к правлению, её учили так, словно это она наследница престола, а не Ричард. Её учили держать спину лучшие и самые строгие учителя, а этикет до каждого действия вбивался в голову до тех самых пор, пока не станет идеально. Августина и родители не пожалели ни сил, ни нервов, чтобы вырастить из неё идеальную королеву. Правда была теперь забавная переменная в виде меня в её теле, но это даже лучше.

— Позвольте мне, как той, кто курировал образование леди Амелии с её шести лет от роду, рассказать о её компетенции, — Агустина поднялась и обратилась ко мне: — Помоги мне дойти, детка.

Все почтительно замолчали и обратили взгляды на нас, пока я помогала Августине дойти до стола. Она встала возле него, я в пол шаге позади. Она взглядом гордой хищной птицы обвела окружающих.

— Амелия свободно говорит и пишет на языке империи, Норэтур, Горлевин и древнем имперском. Изучила основные труды по государственному праву, экономике и истории, в том числе историю битв и завоеваний за последнюю тысячу лет, включая основные хроники Элиазара времён объединения, — каждое её слово заставляло графа и посла удивляться всё больше и больше. — Прошла полный курса дипломатического протокола, безупречно освоила этикет, блестяще знает генеалогию важных домов империи. А также восхитительно танцует, разбирается в искусстве и неплохо стреляет из лука. Тебе есть что добавить, девочка моя?

— Лишь только то, что неплохо говорю и понимаю язык Йерина. Также разобралась в их сложной политической системе и освоила основные принципы этикета.

Августина удовлетворённо хмыкнула. Она не знала, откуда я это вообще это всё получила, но была довольна. Взгляды, обращённые ко мне, изменились. Посол и министр иностранных дел империи смотрели на меня теперь с нескрываемым уважением. Карина с лёгкой улыбкой кивнула. Диего поднял палец вверх с одобрительным выражением лица.

Но самое большое удовольствие вызвало выражение глаз Константина. Он догадывался, что я умна и образована. Но, должно быть, не догадывался, что готовили меня не меньше, чем готовили его. Что было нонсенсом для женщины. Но он всё же смотрел на меня со смесью гордости, уважения и нежной любви.

— Это… впечатляюще, Ваше Величество, — пролепетал граф. — Тогда останется лишь… небольшая адаптация.

— Месяца хватит, — влезла внезапно в разговор Карина, впервые заговорив с начала заседания. — При интенсивных занятиях месяца хватит на то, чтобы освоить всё необходимое.

— Карина останется при дворе и поможет леди Амелии в этом, — коротко произнёс Константин. — Она знает императорский этикет и порядки в Вердиантском дворце лучше всех присутствующих здесь.

— Как прикажете, Ваше Величество, — коротко произнесла девушка.

— Тогда остался ещё один вопрос… — министр принялся пролистывать листы, ища нужный ему. — Нам… — он внезапно зарделся. — Нам нужно удостовериться… в девственности леди. И её способности к зачатию.

Я словно подавилась воздухом. Нокаут без начала битвы, получите, распишитесь. Я не была девственницей. И об этом знали точно семеро из присутствующих, включая меня. И проверка могла это раскрыть, положив тем самым крест на возможности замужества. Если только…

— Хорошо, — спокойно ответила ему Августина. — Это, конечно, можно расценить как неуважение со стороны империи, но мы пойдём на уступки. Леди осмотрит наш лучший врач и даст свой подробный отчёт, в том числе и по интересующим вас вопросам.

Мне захотелось расцеловать королеву-мать. Эта женщина только что спасла меня. Снова. И я буквально увидела, как облегчённо выдохнули все. Свой врач сможет дать то, что они хотели, но при этом написав то, что нужно нам. А пресловутую кровь на простыне обеспечим иным способом.

— Кажется, на этом можно… закрыть заседание. Мы договорились обо всём, что требуется, — произнёс с довольной улыбкой Константин.

— Полностью с Вами согласен,