Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

Монархи встали из-за своих мест и подошли, чтобы крепко, по-мужски скрепить только что созданный договор рукопожатием. Зал взорвался от аплодисментов. Успешные переговоры с первого этапа, точные, ровные и быстрые. Я с улыбкой хлопала, поймав на себе полный нежности взгляд жениха. Теперь оставались сущие мелочи, с которыми справиться — ерунда.

Глава 48

Утро дня суда было пасмурным, дождь грозился вот-вот обрушиться на землю. Карета медленно везла меня по организованному для участников заседания коридору. Из окон я видела столпившихся на улицах и вокруг здания суда людей. Ещё бы, редко когда судят даже аристократов по таким обвинениям, а тут целый кронпринц! А после него будет ещё волна разнообразных судов. Включая суд над маркизом Кроу, где я буду инкогнито и как поддержка для Лиры.

Сейчас же я нервничала так, как никогда в жизни. Я сжимала юбку своего тёмно-синего, почти чёрного платья, которое еле уговорила матушку тогда, со всеми остальными, купить. Оно было закрытым, глухим, с высоким округлым воротом и всё того же силуэта буквой «А». В сочетании с высокой причёской и жемчужными новыми серьгами создавался действительно образ невинной жертвы. Что мне и нужно было.

Карета остановилась. Лакей открыл её дверь. Я отпустила юбку и нервно огладила фантомные складки. Встала и, придерживая платье, покинула карету под почти моментально стихший гомон толпы. Меня узнали. Я глубоко вздохнула и под непонимающие взгляды пошла к распахнутым дверям, где меня уже ждал помощник судьи. Согласно всем планам, я — последняя, кто должна войти в зал заседания, после не пустят никого.

В толпе раздались вздохи и перешёптывания. «Богиня, это же невеста принца! Бывшая невеста! Их помолвку расторгли недавно! Но что она тут делает? Я слышал, у неё роман с кем-то другим… А почему её не арестовали? Она наверняка знала!» — настолько противоречивые они были. Но скоро всё должно расставится по местам.

Тяжёлая дверь с грохотом закрылась за мной, впуская в прохладные коридоры суда. Теперь точно никого не пустят. Помощник, совсем юный парень, по возрасту студент, поклонился мне.

— Леди, заседание скоро начнётся, ждали Вас.

— Отлично, — я протянула руку к папке, которую он держал. — Это, я так понимаю, мне.

— Всё верно, простите.

Помощник передал мне папку. Я открыла и принялась её изучать. Официальный текст обвинения с указанием конкретных пунктов обвинения, поимённый список жертв, который насчитывал ровно тридцать четыре убитые девушки, список незаконно переданного имущества короны, присуждения титулов и прочее, прочее, прочее. Список был огромным. А в конце были подсунуты несколько листов из иного цвета бумаги. Я вчиталась в их текст и поняла, что это подтверждение покушений на меня. Константин не смог передать заранее, должно быть кто-то из «Теней» постарался. А я про них в суете этих сумасшедших дней даже забыла.

— Впечатляющая скрупулёзность, — прошептала я пересохшим внезапно голосом. — Богиня… Какая же он скотина…

— Леди… Простите, я только слышал об этом, но… Это правда, что благодаря Вам удалось взять под стражу всех этих людей?.. — робко спросил помощник, я в ответ лишь кивнула, получив полный благодарности взгляд.

— У Вас кто-то пострадал?

— Умер. Моя сестра в поимённом списке. Она не была проституткой. Она просто отказала принцу в интимных отношениях. И он её за это…

Мне стало тошно. Видеть бумаги — это одно. Но видеть людей — совсем другое. Меня обуяла холодная ярость. Я теперь ни секунды не жалела, что вообще всё это начала.

— Ведите.

Парень кивнул и посеменил впереди. Я шла, цокая каблуками, слыша, как их звук отражается от стен. И чувствовала свою силу. Если несколько минут назад я нервничала, то теперь готова была убивать. И пусть Ричард молится, чтобы я сделала это сама, а не толпа, узнавшая о его беззаконии. Люди не будут церемонится.

— Вас впустят после предоставления слова стороне обвинения.

Помощник получил в ответ мой кивок и исчез, оставив меня перед массивными дубовыми дверьми. Стоящий рядом со мной служивый смотрел ровно перед собой. Он, как и я, ждал заветных слов.

— На этом предоставляется слово стороне обвинения. Прошу впустить! — раздался громогласный голос судьи через каких-то несколько минут.

Служивый кивнул, открыл передо мной двери и отошёл, пропуская внутрь. Я шагнула внутрь уверенным ровным шагом. Все головы — десятки, если не сотня — повернулись в мою сторону единым движением. Я почувствовала на себе полные недоумения, осуждения или пожирающего любопытства глаза.

Зал суда, устроенный в виде амфитеатра, простирался передо мной. Мне нужно было спуститься вниз, к ораторской трибуне. И в тишине стук моих каблуков по дереву и шуршание платья были оглушительны. Я спускалась по центральному проходу вниз, держась так ровно, словно проглотила палку. Я видела знакомые лица аристократов, ставшие внезапно бледными. Они не были глупы. Они догадались, что не просто так я — сторона обвинения. О, нет, я тот самый «серый кардинал» истории, что скрывался в тени.

В первом ряду я увидела королевскую семью в полном составе: бледный как мрамор король Филипп, королева Изабелла, понуро опустившая голову и сжимающая в руках платок, её пытался успокоить юный и бледный от нервов Александр, Максимилиан буравил Ричарда таким взглядом, словно хотел его убить, а Августина приняла максимально ровную и спокойную позу. Она смотрела словно сквозь всех, в особенности внука, находившегося сейчас в специальном огороженном пространстве. Рядом с ней сидел удивительно для всех спокойный Константин. Так как дело касалось и империи, то его присутствие было необходимо.

Я остановилась ненадолго у этого ряда, присев в глубоком реверансе, а после поспешила встать у трибуны. Теперь они все были у меня за спиной, могли наблюдать, как падает в бездну их родственник. Положила папку и руки на холодное отполированное дерево и подняла глаза. Ричард, будучи прикованным к стулу, смотрел на меня со смесью высокомерия и усмешки. Он явно думал, что я запуганная жертва, что не решусь подать голос. Не тут-то было.

— Ваша честь… — обратилась я к судье. — Сегодня, двадцать первого июля тысяча двести тридцать пятого года по имперскому летоисчислению, принцу Ричарду вменяются обвинения в следующих пунктах…

Я принялась зачитывать. Слова текли, чёткие, безликие, как положено на таком