Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Меня сейчас стошнит от этой милоты, — проворчал Артур.

— Да ладно тебе! — парировала весело Ханна. — Глянь счастливые и довольные какие!

— Это пока не женятся, — пробубнил бармен.

— Арти, им не по семнадцать, чтобы не знать, что такое супружеская жизнь, — покачала головой на его слова хозяйка.

— Я и женат был уже, так что точно знаю, — встрял в диалог Константин.

Ханна его внимательно осмотрела снова с ног до головы. Не нашла на руке кольца, а моё спокойное лицо при упоминании бывшей жены ей дало понять, что я в курсе.

— Вдовец? — получив в ответ кивок, Ханна произнесла тихое: — Соболезную. Что с ней случилось?

— Болезненная и трагичная история, Ханна, — ответила ей я. — Не думаю, что стоит это рассказывать.

— Ты её знала? — спросила меня женщина.

— Видела её издали несколько раз, — кивнула в качестве ответа. — Красивая женщина была.

Константин явно напрягся, ведь его рука немного сжала мою талию. Я редко, но всё же появлялась при дворе. И его издали видела, но не смела подходить. И образ Маргариты, спокойной, ровной и красивой женщины, остался в голове. Это скорее было бы удивительно, если бы императорская чета запомнила тогдашнюю Амелию. Это сейчас я его невеста, а три года назад, когда они приезжали, даже помыслить о внимании в мою сторону нельзя было.

* * *

Мы вышли из таверны на пустынные утренние улицы. Пахло мокрой брусчаткой и травой, ночью явно прошёл небольшой дождь, который мы не слышали. Город просыпался медленно, лениво, как это обычно бывает в жаркие дни. Где-то вдалеке уже слышался крикливый голос пекаря, который отчитывал своего помощника за неправильно порезанный хлеб.

Константин держал мою руку в своей, переплетя пальцы, как делают влюблённые горожане, но никак не аристократы. И его крепкая ладонь грела, успокаивала и дарила ощущение нормальности. Будь мы обычными людьми, мы бы могли делать то, что хотели. Никакого протокола, этикета, международных правил. Да в конце концов мы просто могли уже пожениться в ближайшем храме и жить себе припеваючи.

Мы прошли через опустевшие торговые ряды, которые едва тронут только рассвет. Фонтан на площади весело шумел, приветствуя редких прохожих. Под ногами мельтешили птицы, подъедающие остатки вчерашних брошенных объедков и крошек и пугливо отлетающие в разные стороны, едва кто-то покажется на их пути.

Перекрёсток, где мы обычно расходились, остался позади. Этот район был всё же другим. Тихим в это летнее утро, свежим из-за обилия деревьев в садах аристократов. Дом Хайфилдов, обнесённый каменным забором с кованными воротами, показался впереди слишком близко. До обидного близко.

— Ну вот, — сказал Константин тихо, остановившись у самой калитки и подняв взгляд на стоящий в глубине сада дом. — Теперь точно проводил. До самых ворот.

Я посмотрела на него. Его лицо светилось от внутреннего спокойствия и удовольствия, но при этом было уставшим. Растрёпанные волосы придавали ему такой несерьёзный вид, что не знай я, что он император, то ни за что бы о таком и не подумала.

— Знаешь… — начала я, хитро улыбнувшись. — Раз уж ты здесь, у самых ворот… Может, зайдёшь? Заодно и познакомишься с родителями.

— Сейчас?.. — посмотрел на меня с восхищением и ужасом Константин. — После ночи в таверне, растрёпанный как воробей? — он покачал головой, усмехнувшись. — Я не самоубийца, Лия. Твой отец мне не простит такое… сватовство.

Я фыркнула от смеха, но настаивать не стала. Он был прав, сейчас знакомство будет похоже на то, какое случается, когда притаскиваешь пьяную подругу домой, метро закрыто, ночевать ей в таком состоянии можно только у тебя. И родители от такой подружки обычно не бывают в восторге.

Сделав шаг навстречу, я аккуратно обняла его за шею. Он не сопротивлялся, положил ладони мне на талию и притянул к себе. Наши губы встретились. Не в жадном поцелуе, а в мягком, лёгком. Словно мы говорили друг другу «До встречи». До тех самых пор, пока он не придёт в этот дом уже к вечеру, с цветами, подарками и просьбой отдать мою руку и сердце ему. Забавно, что и то, и то уже его, остались сущие формальности. Длинною в полтора месяца.

Я оторвалась первой, переводя сбитое дыхание.

— К ужину? — произнесла я.

— Да, ждите меня к ужину, — ответил он, мягко, но неохотно отпуская меня.

Я открыла калитку, шагнула внутрь сада и через пару шагов обернулась. Константин всё ещё стоял там, провожая меня взглядом. Я улыбнулась и помахала рукой, говоря как бы, мол, иди. Он в ответ кивнул и тоже улыбнулся. Пришлось поспешить внутрь, чтобы не задерживать его.

Дом встретил меня тишиной и мирным тиканьем часов в гостиной, отец всё же вызвал мастера их починить. Пахло немного краской и свежестью. Дом теперь был… другим. Не такой старый, уставший. Он словно расправил плечи и стал лучше дышать. Косметический ремонт гостиной и столовой закончен, даже, кажется, сегодня придут настраивать рояль. Да и масштабная уборка была проведена, в воздухе не пахло пылью вовсе.

Отчаянно зевая, я поднялась по всё ещё скрипучей лестнице наверх, в свою комнату. Разделась и вгляделась в зеркало. Засоса почти не было видно, холод хорошо подействовал. А остальное… Я вспомнила то, что увидела утром и смущённо улыбнулась сама себе. Определённо это то, что не ожидала, но стоило увидеть хоть раз в жизни. И испытать подобное тоже.

Я решила помыть волосы позже, когда хоть немного посплю. Сорочка из мягкого батиста оказалась на моём теле, но не успела его должным образом прикрыть, как я уже лежала и погружалась в глубокий счастливый сон.

Глава 53

Столичный дом семейства Хайфилд и сад при нём не были никогда так ярко освещены, как в этот вечер. Дженни и Гвен суетились, накрывая на стол в столовой, а матушка почему-то вертелась вокруг меня, пытаясь поправить каждую выбивающуюся из свободной косы прядь. Зачем она это делала — непонятно. Может пыталась показать, какая я красавица, а может пыталась себя успокоить.

Майкл пытался не подавать виду, но я