Судьбы мертвых - Тесия Цай

С нижних ветвей свисала фигура. Судя по всему, это была женщина, бледная и подернутая дымкой, как луна на чернеющем небе. Она висела на грубой веревке, немилосердно обвивавшей горло. Шея была выгнута под невозможным углом. Ее выцветшее платье испачкала грязь, а лицо скрывалось за завесой длинных чернильно-черных волос.

Было жутко оттого, насколько она тиха – только ветка поскрипывала под ее весом.

Я моргнула, и женщина тут же исчезла из вида.

– Возможно, нам стоит уйти, – прошептал Жэнь. Его голос был пронизан страхом. – С этим духом что-то явно не так.

– Нет. – Я вцепилась в посох, чтобы рука не сильно тряслась. – Мы пришли за ее ци, и я не уйду без нее.

Игнорируя предостережения, я начала красться к дубу, вглядываясь в темноту в поисках женщины. Внезапно моего загривка коснулось ледяное дыхание. Я резко обернулась – и столкнулась лицом к лицу со злым духом.

Мое сердце сжалось, когда в меня ударила волна ярости.

Глаза женщины были двумя провалами, полными ненависти, края глазниц потрескались, и чернота текла по щекам. Шею ее охватывал впечатавшийся след от веревки, голова неестественно клонилась к плечу. Из разверстого рта текла темная жидкость – я не могла понять, кровь это или грязь.

Прежде чем я смогла разобраться, мое горло сдавила чужая хватка, пережимая гортань. Фонарь выскользнул из пальцев.

Нет, я не могу здесь умереть.

Эти слова отпечатались у меня в мозгу, когда я вцепилась себе в горло, не чувствуя ничего, кроме голой кожи. Меня держало нечто похуже ветки: я не могла этого коснуться. Спина врезалась в жесткую кору дерева, а потом меня потащило наверх, прочь от земли и чудовищного взгляда духа. Я хваталась за ствол, чтобы зацепиться хоть за что-то. Дерево терзало мою плоть, кровь текла по пальцам и ладоням. Перед глазами вспыхивали звезды. Я хрипела, втягивая в себя каждый драгоценный вдох. Но этого было мало.

Я не могу умереть.

Я не могу умереть.

Слезы жгли уголки моих глаз, размывая костлявые ветви вокруг.

Я не могу умереть.

Потом голос, шепчущий о неминуемой смерти в моей голове, сменился на незнакомый тон. Не мой тон.

Я умру.

Пугающие видения мчались через меня, натиск эмоций духа ломал сосредоточение. Мысленно я видела ребенка у себя на руках, мягкого и теплого у обнаженной груди. Маленькая девочка – ее кулачок сжимал мой палец. Румянец на щеках ребенка напоминал мазки разведенной водой краски на свежей бумаге. Она удивленно моргала, глядя на мир вокруг, такой новый и полный возможностей.

Но ее красота была растоптана жестоким шепотом, идущим из-за дверей за моей спиной: «Девочка. Не сын. Бесполезная». Мое сердце сжалось. Я не смогла дать этим людям единственное, чего они от меня просили.

Потом картинка сменилась, и я уже стояла на коленях в грязи, ледяной дождь хлестал меня по спине, пропитывая одежду и распущенные волосы. Я лихорадочно копала тяжелую мокрую землю – искала, искала, искала. Они сказали, что ребенок похоронен. Здесь? В цветочном саду? Или в лесу за домом?

При мысли о лесе я внезапно оказалась там, висящая над землей, окруженная лишь деревьями. Я не могла дышать. Мои легкие горели от недостатка воздуха. Веревка – моя веревка? – была обвита вокруг шеи, земля была так далеко внизу. Судорожные движения моих ног замедлились, мышцы устали, а остатки надежды померкли. Как же боги меня прокляли. Как прокляли все они.

Воспоминания духа улетучились, возвращая меня в реальность, и я снова обнаружила себя в лесу, в своем теле и разуме. Не было никакого дождя. Не было веревки на шее.

Но я все равно задыхалась.

– Госпожа Кан!

Мучительным усилием я скосила глаза вниз и увидела фонарь на земле, освещающий талисман фу, приклеенный к лицу Жэня. Он откинул талисман и встретился со мной расширенным взглядом. В руке он сжимал персиковый посох, который я уронила.

Персиковый посох.

Моя защита, мое оружие.

Не в силах говорить, я помахала рукой, молясь, чтобы Жэнь понял. Каким-то чудом он сообразил. Закричал: «Ловите!» – и с невероятной точностью отправил посох в воздух. Мои пальцы коснулись гладкого дерева – и оно легко скользнуло по коже.

Я не могу умереть!

Борясь с невидимой пленительницей, я вытянула руку как можно дальше, цепляясь за конец падающего обратно посоха. Крутанула его и ткнула вторым концом прямо себе в горло, с громким звоном железных колокольчиков.

По барабанным перепонкам ударил вопль. Сила, удерживающая меня, исчезла, и мое тело рухнуло вниз.

По лицу, плечам и ногам хлестнули ветви и листья. Я обрушилась прямо в вытянутые руки Жэня, сбивая нас обоих на землю. Ребра протестующе ныли, горло саднило от хватки. Но я была жива и могла дышать – пусть даже короткими, обжигающими рывками.

– Вы весите больше, чем кажется, – пробормотал Жэнь.

– А вы… слабее… чем кажетесь… – проскрежетала я, хлопая его по предплечью одной рукой. Вторая все еще крепко сжимала персиковый посох.

– Вы целы? – спросил принц уже мягче, помогая мне встать. – Дышите медленно. Глубже.

Я закашлялась и втянула в себя долгий, прерывистый вдох. Затем с трудом выдавила:

– Приманкой должны были быть вы, а не я.

Ему хватило достоинства принять пристыженный вид.

– Я…

Женщина материализовалась рядом с нами, испустив настолько пронзительный вопль, что меня швырнуло обратно на землю. Я со стоном заставила себя подняться. Все тело ныло от боли. Вой духа погасил мой фонарь. Я услышала стон и, прищурившись, уставилась в темноту. Мои глаза едва рассмотрели Жэня, висящего на высоте трех шагов в воздухе и держащегося за горло.

Я то ли побежала, то ли похромала вперед, выставляя посох впереди себя, как копье.

Но прежде чем я смогла коснуться им Жэня, его тело рывком сместилось в сторону, прочь от меня.

Я взмахнула руками, восстанавливая равновесие. Потом развернулась в поисках трепыхающегося тела Жэня. Его окружала темная аура, опутывая конечности, как лоза, сжимаясь на сочленениях.

Что же задумал этот дух…

Моих ушей достиг ужасный хруст, когда суставы принца вышли из положенных мест. Углы плеч, локтей, коленей, даже пальцев – все теперь были неправильными.

Но хуже был крик Жэня.

Он пробил меня от макушки до пят, пригибая к земле.

– Отпусти его! – заорала я, срывая и без того саднящее горло.

Ответный вой призрака бесплотно заметался по поляне. Надрывные вопли Жэня не уступали ему по громкости. Мне не надо было видеть его лицо, чтобы понимать, насколько мука исказила его черты.

Внезапно крики как отрезало. Из горла доносились только тихие хрипы и стоны, будто его душили невидимые руки.

Я скрипнула зубами, стараясь успокоить мысли. Если я не вижу духа, как мне его изгнать? Я могла бы