Меж двух королей - Линдси Штрауб

Эвелин, и Тэмми резко поднялись, мгновенно оборвав разговор. Эвелин открыла дверь, за которой стоял единственный человек, которого Тэмми хотела видеть больше всего на свете.

Лео был в темном костюме, волосы гладко зачесаны назад. Он выглядел почти так же, как в день их свадьбы, и от этой мысли Тэмми захотелось плакать. Его взгляд скользнул по Тэмми, прежде чем остановиться на Эвелин.

— Гости прибывают, — сказал он. — Вы спускаетесь?

— Да, конечно. — Эвелин бросила взгляд через плечо на Тэмми. — Мы как раз заканчивали.

Но они были далеки от завершения. За последние несколько минут произошло столько всего, что Тэмми с трудом могла это осмыслить. Осталась сотня нерешенных вопросов, тысяча новых проблем и никакого способа их решить. Внезапно Тэмми поняла: если воскресных ужинов больше не будет, это может быть её последний шанс поговорить с Лео. Ей нужно было воспользоваться этим моментом здесь и сейчас.

Тэмми расправила плечи, шагнув вперед так, чтобы оказаться прямо перед Лео. Его взгляд метнулся к ней, когда она произнесла:

— Ты должен кое-что знать.

Эвелин резко повернула голову, вскинув брови в недоумении.

Но Тэмми не собиралась раскрывать свой секрет. Пусть Эвелин сама роет себе яму. Вместо этого она сказала Лео то единственное, что, как она надеялась, заставит его прислушаться к голосу разума — единственное, что могло передать всю тяжесть того, насколько плохи дела между королевствами:

— В начале этой недели под гору выпустили ласку. Сорок шесть василисков погибли.

Глаза Лео расширились. Глаза Эвелин сузились.

Тэмми знала, что Лео на мгновение представил, каково это, если бы сорок шесть жителей деревни погибли в его смену. Она позволила тишине повиснуть, желая, чтобы он прочувствовал эту мысль.

— Столько смертей, — проговорил он. — От одной ласки?

— Их запах смертелен для василисков. Все это знают.

Лео быстро закивал.

— Конечно, просто это кажется… невероятным.

— Что ж, поверь в это. — Её ответы были резкими. Натянутыми. Тэмми была не в настроении нянчиться с Лео. Ей нужно было, чтобы он увидел её боль.

— А как насчет тебя? — спросил Лео.

— Что насчет меня?

— Я имею в виду… ласка… она повлияла на тебя?

Он спрашивал, не пострадала ли она, была ли она в опасности. Эвелин поджала губы.

— Нет, — ответила Тэмми. — Я в порядке.

Нескрываемая радость отразилась на лице Лео.

— Слава Коре.

Его слова повисли между ними. Было совершенно неуместно с его стороны так открыто выражать облегчение. Но Тэмми ничего не могла с этим поделать. Не её обязанностью было контролировать эмоции Лео. Если он хотел так вести себя перед Эвелин — это был его выбор. Тэмми было уже всё равно.

— Я обязательно найду Каспена сегодня вечером, — продолжил Лео, — и передам ему свои соболезнования.

Тэмми заметила, что он не сказал «наши».

— Можешь сказать, — ответила Тэмми. — Но это ничего не изменит.

Лео провел рукой по волосам, сбив идеальную укладку.

— Он зол, Лео, — продолжила она. — И у него есть на это полное право. Это сделали жители деревни.

— Но зачем им это делать?

— Это была месть, — сказала Тэмми. — За смерть Джонатана и Кристофера.

Лео вздохнул.

— Я бы никогда не санкционировал такую атаку, — тихо сказал он. — Каспен наверняка это знает.

Тэмми не ответила. Повисла тишина.

Эвелин стояла между ними, скрестив руки в защитной позе. Тэмми не могла читать её мысли, но было ясно, что она не одобряет ничего из происходящего, что она расстроена тем, что они вообще говорят о таких вещах накануне её свадьбы.

— Ты сказала, что погибло сорок шесть василисков, — произнесла Эвелин.

— Да. Так и есть.

— Так… — медленно протянула Эвелин, переводя взгляд с Лео на Тэмми и обратно. — Их похоронили? Или василиски практикуют кремацию?

Тэмми моргнула. С чего бы Эвелин интересоваться погребальными обычаями василисков? На неё не похоже проявлять заботу.

— Их сожгут, — ответила Тэмми.

— Оу, — с явным разочарованием произнесла Эвелин. Она казалась крайне раздосадованной.

— Тебя это устраивает? — спросила Тэмми.

Эвелин вздохнула.

— Конечно. Я просто спросила.

— Какое тебе дело до того, что мы делаем с нашими мертвыми?

Она пожала плечами.

— Просто кажется, что это такая потеря.

Лео побледнел.

— В чем потеря? — спросила Тэмми.

— Им будут возданы должные почести. Это расточительство.

— Расточительство?

Ужасная догадка поразила Тэмми. Она наконец поняла, почему Эвелин спрашивала о телах. Для неё они всё еще имели ценность.

— Тебе нужна их кровь для зелья?

— Если есть сорок шесть доступных василисков, мы должны…

— Они недоступны. Они мертвы.

— Я просто думаю, что…

— Эвелин! — рявкнул Лео. — Достаточно.

Эвелин поджала губы и замолчала.

Внутри у Тэмми всё полыхнуло огнем. Она начинала думать, что Каспену не стоило оставлять её одну. Каспен с его веками самоконтроля был бы в порядке. Тэмми же, напротив, была на волосок от убийства. Она обратилась только к Лео:

— Нужно отреагировать на нападение. И немедленно.

Лео кивнул.

— Я понимаю. Я извинюсь сегодня, лично.

Эвелин вмешалась:

— Ты не можешь извиняться.

Тэмми уставилась на неё.

— Что, простите?

Эвелин повернулась к Лео.

— Мы должны проявить солидарность с нашим народом.

— Твой народ устроил это, — огрызнулась Тэмми. — А мои люди погибли.

— Твой народ — вовсе не люди. Они змеи.

Вся ярость по отношению к Эвелин, которую она подавляла, теперь грозила выплеснуться наружу. Тэмми хотелось броситься на неё, разорвать её на куски. Она хотела бросить её в темницу к Максимусу, чтобы они гнили там вместе целую вечность. Она хотела убить её. Но прежде, чем она успела сделать хоть что-то из этого, Лео положил руку ей на талию.

Не на руку. Не на плечо. На талию.

Прошло мгновение, пока все они смотрели на руку Лео. Внезапно Тэмми осознала, как он стоит: лицом к Эвелин, плечом между ними… защищая Тэмми.

— Тебе лучше уйти, — прошептал Лео Эвелин. — Это то, что у тебя получается лучше всего.

Эвелин приподняла одну бровь. Её кулаки были сжаты по бокам, и на один вполне реальный миг Тэмми подумала, не ударит ли она Лео. Затем её плечи расслабились, а губы сложились в холодную улыбку.

— Мы обсудим это позже, — сказала она. — Наедине.

И она выплыла из комнаты.

Как только она ушла, Лео прислонился к каминной полке; краска отлила от его лица. Тэмми тут же подошла к тележке и налила ему выпить. Он взял стакан и осушил его залпом, не говоря ни слова. Тэмми немедленно наполнила его снова. Этот он потягивал медленно, всё так же опираясь на каминную полку. Он выглядел совершенно измотанным, и Тэмми хотелось потянуться к нему. Но они уже перешли столько границ — она не желала переступать