Меж двух королей - Линдси Штрауб

Его невысказанный вопрос повис в воздухе. Тэмми знала: он гадает, почему она просит его об этом, если это подвергает его опасности. Правда заключалась в том, что Тэмми разрывалась на части. Ни одна её частичка не хотела, чтобы Лео спускался в пещеры. Это было не как с Габриэлем, который участвовал добровольно. Лео пойдет против воли, вынужденный предлогом извинения, в надежде заключить мир. Казалось, он идет прямиком в ловушку. И Тэмми не могла быть уверена, что это не так.

Но если он этого не сделает, Каспен никогда не простит нападение. А это было слишком тяжелым последствием, чтобы его вынести. Здесь не было легкого выхода — не было изящного решения этой ужасной проблемы. Тэмми почувствовала вспышку гнева на Каспена за то, что он поставил её в такое положение. Это было несправедливо. С другой стороны, справедливости никогда и не было.

— Ты не обязан идти, — сказала она.

Лео приподнял бровь.

— Ты только что сказала, что иначе он не примет мои извинения.

— Это правда. Не примет.

Лео нахмурился.

— Тогда я должен идти.

Тэмми почувствовала прилив нежности к Лео. И снова он оказался лучшим человеком, чем она. И снова он проявил храбрость.

— Когда мне прийти?

Тэмми моргнула. Она была так сосредоточена на том, как убедить Лео прийти, что совсем не подумала, что делать, если он действительно согласится.

— Я… не знаю, — ответила она. — Но я могу спросить.

— Хорошо.

Последовала пауза, и Тэмми потребовалось лишь мгновение, чтобы мысленно потянуться к Каспену.

Лео согласился извиниться лично. Когда ему прийти?

Каспен долго не отвечал. Но Тэмми привыкла к этому; она умела его переждать. Наконец он ответил.

Сегодня вечером заседание совета. Он может присутствовать.

Тэмми попыталась сохранить бесстрастное выражение лица, но это было невозможно. Каспен не только хотел, чтобы Лео пришел в пещеры, но и ожидал, что он будет присутствовать на совете? Это было куда опаснее, чем просто встреча с Каспеном наедине, которая и так выходила далеко за пределы зоны комфорта Тэмми. Заседание совета означало, что Лео окажется в меньшинстве перед самыми могущественными василисками под горой.

Ты шутишь?

Нет. Он должен извиниться перед нами всеми.

Каспен. Ты ведешь себя неразумно.

Его присутствие стало ощутимее.

Неужели?

Его разум захватил её, и перед глазами вспыхнуло видение мертвых тел. Тэмми смотрела глазами Каспена, как он склоняется над ними, касаясь холодной кожи. Она чувствовала его скорбь. Ощущение было ужасным; сердце Каспена было открытой, ноющей раной. Он таил в себе такой гнев на Лео — не только за смерти от нападения ласки, но и за ту боль, что семья Лео причиняла его семье на протяжении поколений. Следующие слова Каспена резанули её разум, словно нож:

Он может прийти сегодня. Или не приходить вообще. Это окончательно.

Тэмми почувствовала, что слепнет от гнева — по большей части гнева Каспена. Она закрыла глаза и покачала головой.

Ладно. Я спрошу. Но я не знаю, захочет ли он…

Каспен оборвал их связь. Тэмми с шумом втянула воздух и открыла глаза.

— Тэмми? Что случилось? Что он сказал?

Тэмми уставилась в свою тарелку, пытаясь прийти в себя. Каспен был взвинчен, и меньше всего Тэмми хотелось, чтобы Лео приближался к нему, когда он в таком состоянии. Но выбора у неё не было.

— Он хочет, чтобы ты пришел сегодня вечером, — сказала она, глядя на него снизу вверх. — Состоится заседание совета, на котором ты можешь присутствовать.

— Заседание совета? Что на них происходит?

На этот вопрос не было разумного ответа, поэтому Тэмми предпочла его проигнорировать.

— Ты придешь?

Лео не колебался.

— Да, — просто ответил он.

Тэмми была поражена тем, как быстро он ответил.

— Тебе не нужно согласовать это с Эвелин?

Тэмми не следовало об этом спрашивать. Это была откровенная попытка получить ответ на вопрос, который распирал её весь вечер.

— Нет, — так же просто ответил Лео.

Тэмми вздохнула. Всё еще никакой ясности.

Лео выглядел решительным — это выражение она видела у него и раньше. Она знала, что он хочет всё исправить. Но он не понимал, во что ввязывается. Его единственный опыт посещения пещер прошел относительно гладко, но в этот раз всё должно было быть иначе. В этот раз Каспен не был ослаблен действием Печати. Ослаблен был Лео. В этот раз их будет окружать не один, а множество василисков, в месте, где Лео будет в крайне невыгодном положении. У него не будет против них оружия, не будет защиты. Тэмми была его единственным союзником, но даже она одной ногой стояла в обоих лагерях. Жизнь Лео была её ответственностью. Это была драгоценная ноша, и она не относилась к ней легкомысленно. Под горой с ним ничего не случится. Тэмми сама подставится под удар раньше, чем Лео. Она сохранит ему жизнь. Она убережет его.

— Когда собрание? — спросил Лео, вырывая её из раздумий.

— Позже, — ответила она. — Мы можем пойти… после ужина.

Никто из них не ел. Прошла еще минута, прежде чем кто-то из них снова заговорил.

— Ты должна знать, — сказал Лео. — Что кровопускания больше не будет. В нем больше нет необходимости.

— Как это нет необходи…

— В нем нет нужды.

— Но как ты будешь за всё платить? За еду для жителей деревни? Где ты возьмешь золото?

Лео пожал плечами.

— Я сделаю то, что ты предлагала. Возьму займ.

Тэмми уставилась на него.

— Это не было серьезным предложением, Лео. Тебе понадобился бы самый огромный займ в мире.

— Тогда я попробую что-нибудь другое.

— Что еще можно сделать?

Лео пожал плечами.

— Всё, что угодно. Я продам свои ценности. Ты представляешь, сколько золота в этом замке? — он поднял ложку. — Этим можно оплатить еду для одного жителя на целый месяц. Пройдет довольно много времени, прежде чем у нас всё закончится. А к тому времени я уверен, что придумаю что-нибудь более надежное.

— Лео… это…

— Всё что угодно лучше, чем видеть, как ты истекаешь кровью, Тэмми.

С этим Тэмми поспорить не могла.

— А что об этом думает Эвелин?

Она знала, что давит на него — заставляет признать слона в комнате. Но неведение убивало её.

— Её мнение не имеет значения.

Тэмми больше не могла ждать.

— Лео, — прошептала она, — где она?

Лео допил остатки виски.

— Она уехала.

Холод пробежал по спине Тэмми.

— Лео, я… — но говорить было нечего. Тэмми не жалела, что Эвелин уехала. Это была лучшая новость, которую она когда-либо слышала. Чистая, ничем не омраченная радость захлестнула её. — Мне жаль, — сказала она, хотя хотела сказать совсем другое.