История дворца Куньнин. Книга 2 - Ши Цзин

Нет, Чжан Чжэ действительно явился из другой жизни. С тех пор как в прошлом он угодил в тюрьму, Цзян Сюэнин его больше не видела, если не считать мимолетного взгляда из окна «Терема заоблачной выси» в ненастную ночь, но тогда она толком его не рассмотрела. Теперь Чжан Чжэ стоял совсем рядом. Пока барышня взирала на его силуэт снизу вверх, ей показалось, что мужчина стал еще выше, сдержаннее и строже. Даже склоняя голову перед вдовствующей императрицей, он держал спину прямо, излучая непоколебимое достоинство.

Девушка едва не расплакалась. Она не догадывалась, почему Чжан Чжэ пришел во дворец Цынин, и понимала, что в этой жизни они незнакомы, однако его присутствия было достаточно, чтобы успокоить ее. Подле него все опасности и тревоги внезапно рассеялись, сменившись умиротворением, как в томный дождливый день, когда сидишь в уголке в окружении суеты и смотришь на струи воды, наслаждаясь коротким затишьем. Прежде Цзян Сюэнин часто сетовала, что Небеса слишком жестоко с ней обошлись: многое дали, но отняли еще больше. Теперь она впервые прониклась глубокой признательностью к небесным силам и возблагодарила их за новую встречу с Чжан Чжэ. Барышня прикрыла глаза, и уголки ее рта изогнулись в тихой, едва заметной улыбке. Даже грозившая ей опасность утратила важность.

Между Внутренним и Внешним дворами всегда пролегала четкая граница. Без особого дозволения чиновникам запрещалось входить на женскую половину. Хотя расследуемое дело было важным и вдовствующая императрица лично отдала приказ, служанки и придворные дамы при виде Чэнь Ина и Чжан Чжэ в испуге опустили головы. Соученицы старшей принцессы стояли неподалеку от Цзян Сюэнин. Такие как Чэнь Шуи, воспитанные в строгих семьях, отступили, зато Чжоу Баоин, услышав имя Чжан Чжэ, округлила глаза и возбужденно толкнула локтем Яо Си. Та даже не шелохнулась.

Озадаченная Чжоу Баоин обернулась и увидела, что старшая сестрица Яо завороженно глядит на стройную фигуру в центре зала. Так это и есть тот самый Чжан Чжэ? Вопреки слухам, в мужчине не было ничего пугающего, кроме исключительной сдержанности и холодной наружности. Более того, каждая черта его суровой стати выдавала в нем человека, который не ищет выгоды, склоняясь перед сильными мира сего. Чжан Чжэ походил на высокий и несгибаемый стебель бамбука.

«Это мой будущий муж?» – подумала Яо Си, и ее глаза ярко вспыхнули. Лишь когда Чжоу Баоин снова толкнула ее локтем, она очнулась, сообразив, что слишком долго смотрела на Чжан Чжэ. Залившись румянцем, барышня смущенно потупилась.

Вдовствующая императрица, сидевшая на возвышении, нахмурила брови. Имя Чжан Чжэ показалось ей знакомым, но вспомнить, где она его слышала, женщина не смогла и с недоумением взглянула на Чэнь Ина.

– Разве я не вызывала тебя одного?

Чэнь Ин, хоть и прослыл суровым следователем, держался с беспечной непринужденностью. Едва заметно блеснув глазами, он почтительно ответил:

– Ваше величество, господина Чжан Чжэ перевели в Департамент чистоты службы по вопросам Цзянси совсем недавно. Всего за полмесяца он расправился с делами, зависшими на полгода. Он прекрасно знает свою работу. Сегодня, когда мне передали ваше повеление, Чжан Чжэ находился рядом. Не зная, с какими сложностями мне предстоит столкнуться, я пригласил господина Чжана с собой. С его помощью мы быстрее установим правду и избавим вас от забот.

Императрица Сяо кивнула:

– Значит, он способный следователь. Хорошо, пусть будет по-твоему. Увидев на нефритовом жезле жуи дерзкую надпись, мы с императором велели устроить во Внутреннем дворе тщательную проверку. Благодаря ей мы узнали, как много скверны скопилось в покоях. Подумать страшно, сколько ушлых шпионов успело проникнуть во дворец, навострив глаза и уши. Вы двое как следует разберитесь и установите, что за подлецы за этим стоят.

Она перевела взгляд на Цзян Сюэнин. Чэнь Ин последовал ее примеру и вспомнил сообщение, которое ему передал слуга Се Вэя по дороге в Запретный город. Оценив настрой императрицы-матери, помощник главы Палаты наказаний понял, что дело предстоит щекотливое и непростое. Хорошо еще, что он предусмотрительно захватил с собой Чжан Чжэ, человека твердого, прямодушного и неукоснительно чтущего законы. Пусть тот сражается на передовой. Если борьба окажется слишком яростной, по крайней мере, неприятности не обрушатся на Чэнь Ина.

– Слушаюсь, – ответил он и обратился к окружающим: – Осмелюсь спросить: где улика по этому делу?

Вдовствующая императрица взмахнула рукой, и главный управляющий Ван Цюань подал Чэнь Ину лист бумаги на лакированном подносе. Гость поглядел, нарочито нахмурился и передал улику спутнику.

– Господин Чжан, взгляните.

Тот взял лист и прищурился: бумага сорта «белый олень», размер как у обычного письма, иероглифы выведены уставным стилем кайшу. Холодная отрешенность, сгустившаяся в линии бровей, рассеялась вслед за движением его глаз.

– По размеру и стилю надпись полностью совпадает с той, что была вырезана на нефритовом жезле жуи из Цинхая.

Голос мужчины звучал ровно и поэтому казался еще более суровым. Лишь ценой неимоверных усилий он не обернулся и не встретился взглядом с той, которую не видел целую вечность. Однако тревожная мысль не давала ему покоя: «Она ведь не императрица. Как же ее втянули в это дело?»

– Значит, тот, у кого обнаружили улику, связан с мятежниками? – осведомился Чэнь Ин.

Чжан Чжэ знал, что его начальник – жестокий дознаватель, который печется прежде всего о себе и, вероятно, не хочет впутываться в грязную историю.

– Необязательно, – ответил он, не подавая виду, что разгадал намерения Чэнь Ина.

– Необязательно? – вскинула брови вдовствующая императрица.

Помощник главы Палаты наказаний промолчал, а Чжан Чжэ бесстрастно пояснил:

– Дела о заговоре всегда запутанны. Закон гласит: нет доказательств – нет и вины. Листа бумаги недостаточно для обвинения. Прежде чем делать выводы, нужно выяснить все обстоятельства.

Императрица-мать поняла, что этот чиновник совсем не похож на прочих придворных. Его манера речи напоминала слова неподкупных советников-правдорубов, которые ни перед кем не склоняют головы. С такими людьми трудно сладить. Госпожа Сяо помрачнела, но, вспомнив, что этого человека привел Чэнь Ин, сдержала гнев и холодно поинтересовалась:

– Как же ты намерен вести расследование?

Чжан Чжэ еще раз посмотрел на крамольные строки и спросил:

– У кого это изъяли?

Ответ был известен, но все понимали, что при дознании подобные вопросы задают в обязательном порядке. Ван Цюань вышел вперед и сказал:

– Я руководил обыском в палатах Янчжи. Лист обнаружили в комнате соученицы старшей принцессы, младшей дочери господина Цзяна, помощника главы Палаты финансов. Он был спрятан в книге на ее столе.

– Как называлась книга?

Ван Цюань растерялся и невольно взглянул на одного из младших евнухов в углу. Тот понял,