Не та невеста для проклятого князя - Алекс Скай

— Можете. У вас это неплохо получается.

— Но вы не слушаете.

— Тоже верно.

Он опустил перо.

— Достаточно.

— Нет. Седьмое.

— Лиана.

— Седьмое, — повторила я. — Вы не скрываете от меня информацию, если она касается угрозы моей жизни, моего статуса, проклятия или причин, по которым Вейрхольм реагирует на меня.

Дарен молчал.

Вот этот пункт ему не понравился.

— Нет, — сказал он.

— Почему?

— Потому что есть вещи, которые могут навредить вам одним знанием.

— Это очень удобная фраза для человека, который хочет решать за другого.

— Это не удобство.

— Тогда что?

Он поднялся.

— Ответственность.

Я тоже поднялась.

— За меня?

— В том числе.

— Я не просила брать за меня ответственность.

— Уже поздно.

— Нет, Дарен. Поздно было в тот момент, когда меня посадили в карету вместо Виолы. А сейчас у меня впервые есть возможность требовать, чтобы со мной говорили прямо. Не отнимайте её у меня только потому, что привыкли защищать людей молчанием.

Сельма тихо вдохнула.

Дарен не отвёл взгляд.

В очаге треснуло полено. Пламя на секунду стало синим по краям. Печать на руке князя чуть потемнела, но не вспыхнула.

— Вы не понимаете, чего просите, — сказал он.

— Так объясните.

— Не сейчас.

— Тогда запишите: «Князь обязуется не скрывать намеренно сведения, которые делают Лиану Морр беспомощной перед угрозой».

Он смотрел на меня долго.

— Вы хорошо выбираете слова.

— Я учусь у врагов.

— Считаете меня врагом?

Вопрос прозвучал тихо.

И ударил неожиданно.

Потому что ответ уже не был таким простым, как вчера.

— Считаю вас человеком, которому опасно доверять вслепую, — сказала я.

— Это разумно.

— И человеком, которому, возможно, придётся доверять с открытыми глазами.

Его лицо не изменилось.

Но в комнате что-то изменилось всё равно.

Не магия. Не печать.

Мы.

На какую-то долю мгновения между нами не было ни стола, ни договора, ни Совета, ни письма, ни проклятия. Только два человека, которые слишком ясно понимали: доверие здесь будет не красивым словом, а риском.

Дарен сел и вписал пункт.

Без спора.

Сельма наконец повернулась от полки.

— Подписи?

— Да, — сказал Дарен.

— У вас тут подписи тоже светятся? — спросила я.

— Иногда.

— Я так и знала.

Он подал мне перо.

— Сначала вы.

Я взяла.

На секунду рука дрогнула. Не от страха. От странности. Вчера у меня не было даже собственного имени. Сегодня я подписывала договор с князем, который держал север, носил проклятую печать и смотрел на меня так, будто я была одновременно проблемой, загадкой и чем-то, чего он не хотел называть.

Я написала:

Лиана Морр.

Кольцо на пальце коротко вспыхнуло.

Дарен поставил свою подпись ниже.

Дарен Вейр.

Печать на его руке ответила тёмным светом.

Лист не загорелся. Не взлетел. Не превратился в камень. Просто на краю бумаги проступила тонкая серебряная линия, соединяющая наши имена.

Я уставилась на неё.

— Это нормально?

— Для северного договора — да, — сказал Дарен.

— А для договора между временной невестой и проклятым князем?

— Посмотрим.

— Вы должны чаще говорить что-то успокаивающее.

— Я редко обманываю.

Сельма взяла договор, посыпала его тёмным песком, стряхнула лишнее и сложила в кожаную папку.

— Копию сделает мастер Элвин.

— Сегодня, — сказал Дарен.

— Да, мой князь.

Сельма ушла, оставив нас вдвоём.

Я поняла это только после того, как дверь закрылась.

В комнате сразу стало тише.

— Библиотека завтра? — спросила я.

— Сегодня.

— Сейчас?

— Вы хотели доступ.

— Я не жалуюсь. Просто не ожидала, что вы так быстро дадите мне оружие.

— Книги?

— Информация.

Дарен подошёл к двери.

— Ум может ударить точнее меча. Но только если его владелец понимает, куда бьёт.

— Это предупреждение?

— Первое из многих.

Библиотека Вейрхольма находилась не в верхнем крыле, как я ожидала, а в глубине крепости, между жилыми этажами и старыми архивами. Мы шли туда через узкие лестницы, тёмные переходы и галерею, где окна были такими маленькими, что свет казался редким гостем. Дарен шёл впереди, но не слишком быстро. Будто помнил, что я ещё не знаю пути. Будто не хотел, чтобы я отстала.

Мелочь.

Опасная, неприятно тёплая мелочь.

У двери библиотеки нас ждал мастер Элвин. В руках у него была связка ключей и выражение человека, которому только что сообщили, что в его тщательно упорядоченный мир впускают стихийное бедствие в женском платье.

— Князь, — поклонился он. — Лиана Морр.

— Мастер Элвин.

— Мне сообщили о вашем договоре.

— Уже?

— Вейрхольм медленно отдаёт тепло, но быстро передаёт новости.

— Я это заметила.

Элвин открыл дверь.

И я впервые за всё время в этом мире почти забыла, что нахожусь в ловушке.

Библиотека была огромной.

Не красивой в южном смысле. Без золота, расписных потолков и изящных лестниц. Но полки уходили вверх на два этажа, вдоль стен стояли деревянные галереи, под потолком висели круглые светильники с мягким белым светом, а в центре располагались длинные столы, покрытые картами, книгами и свитками. Здесь пахло кожей, старой бумагой, пылью и сухим деревом.

Пахло возможностью.

Я, кажется, слишком долго смотрела.

Дарен заметил.

— Библиотека впечатлила вас сильнее, чем крепость.

— Крепость пыталась меня напугать. Библиотека хотя бы честно показывает, что скрывает.

— Она скрывает больше.

— Но не делает вид, что это ради моего блага.

Элвин слегка оживился.

— Если вы собираетесь искать сведения о старом праве дороги, вам сюда.

Он указал на стол слева.

— Договоры с южными домами — сюда. Карты торгового пути и перевала — сюда. Реестры поставок — в дальнем шкафу, но доступ к ним…

— Разрешён, — сказал Дарен.

Элвин удивлённо моргнул.

— Князь?

— В рамках договора.

— Понимаю.

Судя по лицу, не понимал, но был достаточно умён, чтобы не спорить.

Дарен повернулся ко мне.

— Один час.

— Что?

— Сегодня. Один час. Потом вы возвращаетесь в восточные покои.

— У меня договором не установлено ограничение по времени.

— У вас договором установлено, что вы не вмешиваетесь без разрешения.

— Чтение — не вмешательство.

— Спор со мной в библиотеке — близко.

Элвин тихо кашлянул.

Я улыбнулась.

— Хорошо. Один час. Но не потому, что вы приказали, а потому что я устала.

— Как скажете.

— Вы слишком легко уступаете в формулировках.

— Потому что выигрываю в результате.

— Это мы ещё посмотрим.

Дарен ушёл.

Без лишних слов. Без пожеланий. Но у двери задержался на секунду и посмотрел на меня. Не на кольцо. Не на договор. На меня.

— Не трогайте закрытые полки, — сказал он.

— Даже если они будут соблазнительно молчать?

— Особенно.

Он вышел.

Я повернулась к Элвину.

— Закрытые полки где?

— Лиана Морр.

— Я просто уточняю границы дозволенного.

— Границы дозволенного обычно не начинают с вопроса, где их нарушить.

— Зато это честно.

Элвин посмотрел на