Племянница из провинции - Дина Зарубина

Пришлось рассказать Марку о недоразумении с письмами и обещании донны Марики сообщить на меня в полицию. Марк согласился, что убедиться нужно. Взял меня за руки и попросил закрыть глаза. Пальцы у Марка оказались теплые, сухие и неожиданно твердые, с мозолями.

– Ну что, что? – заверещала сгорающая от любопытства Инес.

Я открыла глаза. Марк выглядел смущенным.

– Простите, Дженни, я не чувствую ничего. Но вас надо показать профессору Ока Аруши. Он скажет точнее. Он менталист.

– Да-а? – Инес запищала с восторгом. – Блеск! Можно подглядывать решения задачек у отличниц!

Я вытаращила глаза. Менталисты были крайне редкими магами. Обычно работали на корону, их деятельность была жутко засекреченной. Ревизоры инспектора, дознаватели, судьи, дипломаты. Очень занятые люди.

– Да ну, беспокоить занятого человека… жила без магии и дальше проживу, – махнула рукой.

– Понимаете, то, о чем вы рассказали, это возможно, вид ментальной магии. Что-то сродни эмпатии или интуиции. – Задумчиво сказал Марк. – И, кстати, она не определяется обычными методами. Должен смотреть маг такой же направленности.

– Не определяется и не надо. Глупости это. Ничего толкового не выйдет. Зарабатывать этим не удастся, значит, и переживать нечего. Спасибо за кофе, Марк, и что постарались помочь. Мне пора.

– Подождите, нельзя опускать руки! Любо дар надо развивать, тогда только можно говорить о пользе. Профессор подскажет, какие упражнения надо делать, в какую сторону двигаться, – начал убеждать меня Марк.

– У меня сад дома. Я не могу убедить яблони давать два урожая в год, будь я даже сильнейшим менталистом Кэллавейна. Для меня это совершено бесполезный дар. Инес, было приятно познакомиться и поиграть.

Я улыбнулась девочке, встала и быстро ушла.

У Марка было расстроенное лицо. Неплохой ведь парень, отзывчивый. Если бы я не была замужем, могла бы, наверное, завязать отношения, пообщаться, подружиться… Не написать ли мне мужу и предложить развестись? А что, это идея!

Страшный черный маг, которых я ненавижу, всегда буду ненавидеть, и нормальный воздушник-аспирант, кажется, выбор очевиден. Но лучше бы земельщика. Но если я буду общаться с Марком Холли, то у него же должен быть целый мешок приятелей, с разных факультетов!

Рано я с ним попрощалась! Рано! Сглупила, но уж очень расстроилась. А в растрепанных чувствах нельзя принимать решений, все боком выйдет. Ну, не все потеряно. Он знает, где я работаю, я знаю, где работает он, и я знаю, где учится Инес. Случайная встреча, как сегодня, может стать залогом будущих отношений. Есть с чем работать.

А мужу все равно надо написать. Я решила ему посылать одно письмо в месяц, вот как раз месяц и прошел. Жива-здорова, чего и вам желаю. Не писать ничего конкретного, черный маг – последний, кого мне хочется видеть в ближайшем окружении, так что лишняя информация ни к чему. Напишу, как в театр сходила и про резиденцию королевскую.

12

Письмо я написала в тот же день, а на следующий, оставшись одна в сортировочной, закинула его в служебный портал. Я не была уверена, что маг там, в крепости, но другого адреса у меня не было. Город Опуса, крепость Луангва, Мар Стаприт. Вряд ли у него есть однофамилец.

Нет, ну какой же гад! Обманул кузена, обыграл на немыслимую сумму, чтобы лишить меня права выбора выйти замуж за кого-то другого? Чтоб разрушить мою жизнь? Да он меня даже не знает! Черные всегда вредят, потому что это их суть!

К разводам храм относится очень неодобрительно, но если имел место обман, прошение будет рассмотрено в течение трех месяцев. Я узнавала. А если брак не осуществился, все становится еще проще. Несостоятельность супруга повод для развода. А если он там, а я здесь, то проявить мужскую состоятельность он и не сможет. Я ему просто не позволю.

На третий день у почты меня ждал Марк Холли.

– Я соскучился! – обезоруживающе улыбнулся он и протянул мне шоколадный батончик. – Хотел принести цветы, но Инес сказала, что конфеты лучше.

– Инес просто молодец. – Я взяла конфету. Терпеть не могу срезанные цветы, умирающие в вазах. В горшке – другое дело.

– Пройдемся? Я провожу до дому, если позволите.

Конечно, позволю. Только живу я за углом… Так что придется идти кругом, чтоб вышла приличная прогулка. Почтовая слишком коротенькая, поэтому мы свернули на Горчичную, дошли до набережной, поднялись вверх по Зеленой и снова оказались у почтового отделения.

– Я живу вон в том доме, – улыбнулась я растерянному магу.

– Наверное, я очень глупо выгляжу, да? – смутился Марк.

– Почему же, я очень благодарна вам за прогулку. Передавайте Инес привет.

– В субботу в городском парке гуляние, погодники обещали сделать солнечную погоду, если вы не против…

– Я только за, и Инес прихватите, нам будет веселее!

Маг расцвел. Всю прогулку уговаривал меня провериться у Орта Акуши. А я узнавала о его семье, привычках и предпочтениях. Уж не знаю, какой он маг, но с мысли его сбить было очень легко. Он прыгал, как белка, с темы на тему, мне оставалось только вставлять междометия, округлять глаза и задавать вопросы. Всегда считала, что маги достаточно серьезные и замкнутые люди, умеющие концентрироваться на одной цели. Видимо, не все. Или Марк двоечник. Но разве бывают двоечники аспиранты? Впрочем, что я вообще знаю об обучении магов?

Что узнать больше, пришлось на следующий день после работы идти в библиотеку и просить энциклопедию по магии для детей. То, что знают дети- маги, и не знала я. Надо было уточнить про ментальную магию. Может быть, она-то мне больше всего и требуется, просто я об этом не знаю в силу своего невежества?

К вечеру у меня гудела голова и ломило затылок. Сколько же разновидностей существует! Оказывается, ясновидцы и пророки тоже к ним относятся. А еще телепатия, психокинез, телеметрия, иллюзии, работа с памятью, окклюменция. Даже боевая есть! Ареноментия!

Теперь буду ходить по улицам и бояться, что кто-то на меня влияет, а я и не знаю. Мое желание съесть горячую сардельку или навязанное извне?

Игры в «горячо-холодно» с письмами просто детские игрушки по сравнению с этим кошмаром. Понятно, почему они все засекречены и работают на корону. Менталист может войну выиграть без солдат и единого выстрела. Люди просто не захотят воевать, бросят оружие и пойдут домой.