Племянница из провинции - Дина Зарубина

– Зеркало подай, дура! – Эллибет придирчиво изучила свое лицо. Удивление. Страсть. Покорность судьбе. Неизбывное горе. Выражения она меняла с легкостью, с ней детства занимались лучшие лицедеи. Нет, Даэнир просто не сможет не поверить ей.

Кажется, волосок выбился из брови? Негодник был моментально удален. Принцесса посмотрела влево, вправо… нет, она прекрасна со всех сторон! Ее план сработает, не может не сработать! Ну, не глупец же Даэнир! Дэ-эни. Да, она будет наедине его звать Дэни.

– Ключа нет, госпожа, – Рия поклонилась.

– Что?! – Снова неудача? На кого вообще из своры бездельников можно положиться?

– Спальня принца вовсе не запирается, госпожа.

Эллибет широко открыла глаза. Как не запирается? Не может такого быть! Он же... маг! Он же принц! И охраны нет?

– Веди! – Приказала она верной прислужнице. Если принц бегает от нее, она сама придет к нему.

Принцесса и не подозревала, что за всеми передвижениями гостей следят дозорные, что свистом и флажками с башню на башню передаются сообщения. Ну, а как бы принцу удавалось так ловко уклоняться от встреч?

– Видишь? – Алессио кивнул Камилло. – Опять та ведьма вьется возле башни.

– Угу. А раньше денег предлагала за ключ, – кивнул Камилло. – Чует мое сердце, подлянку задумала змеючка.

– Тут уже не сердце, тут задницу вовсю припекает!

– Смотри, внутрь нырнули!

Соратники переглянулись. Нет, как угодно, надо – привяжут принца, но ночевать от будет в другой комнате! Вот! Не после того, как змеючки что-то в комнате делали! Явно не с добром приходили.

Спешно призванный Бум повел носом и указал пальцем на скромную бронзовую курильницу, из которого наверх тянулась спираль белесого дымка. Приятный аромат умиротворял и заставлял вдохнуть глубже.

– Там. Успокоительное. Хорошее, легкое. Я бы еще постель проверил.

Камилло тут же содрал простыни, наволочки, свернул в узел.

– Проще все перестелить. Тюфяк и подушки выбить.

– Погоди! У нас же девчонка сидит, из ихних, давай у нее спросим?

Тобахон подскочила на постели, когда к ней ввалились трое мужчин с узлом.

– Тихо, тихо, не бойся. – Бум выставил огромные ладони. По-катабски он говорил медленно, но правильно.

Тобахон перевела дух. Ее не убивать пришли?

– Посмотри вещи. Найди подарок от принцессы.

На пол опустился тюк постельного белья, подушки, одеяло. Тобахон подняла простыню, понюхала, положила в сторону. Осмотрела одеяло. Помяла подушку, прислушиваясь. Указала пальчиком на нож у пояса Камилло. И ловко подпорола уголок подушки. За веревочку вытащила шелковый мешочек.

– Вот же! – хлопнул себя по ляжкам Алессио. – Молодец, девчонка!

– Что это? – спросил Бум.

Тобахон заговорила торопливо, объясняя, тыкая пальцами на белье, на мешочек. Увидела, что ее не понимают. Начала показывать. Сложила ладошки под щекой, закрыла глаза. Потом обвела руками грудь, облизнула губы, чмокнула свои руки. Поняли?

– Ага. Я так понимаю, сны с этой начинкой будут… сладкие. Сладкий сон? – спросил Бум. – Особенный?

Девушка закивала и снова заговорила, медленно и раздельно.

– Это зашивают в подушки и тюфяки в первую брачную ночь, чтоб крепче была любовь. Мужчина не сможет отказаться от женщины.

– Умница! – Бум погладил девушку по голове и пересказал остальным.

– В тюфяке тоже есть? Надо швы посмотреть. Эти ведьмы там минут двадцать возились, – заметил Алессио.

Тобахон робко дернула Бума за рукав. Показала, как пальцами расчесывает волосы. Бум хлопнул себя по лбу. Точно! У девочки ведь нет ни расчески, ни зеркала!

– Принцесса уезжать, ты выходить, – объяснил он девушке. Та кивнула, глядя на мужчин уже без страха, с проснувшимся любопытством.

Через полчаса ей принесли зеркало на ручке, в серебряной чеканной оправе, и целую шкатулку со шпильками, лентами, заколками. Нашелся и частый гребень, и с широкими зубцами, и длинные узкие, с украшениями наверху. Такие закалывают в высокую прическу, она знает, ее учили. Тобахон разбирала богатство и попискивала от счастья.

***

Я разложила на столе шесть писем. Все они были адресованы женщинам, проживающим в столице.

– Что там? – Нетерпеливо спросила донна Роза. – Неразборчиво написано?

– Сама не пойму. Они одинаковые. Хотя отправители везде разные. Но вот клянусь, их один человек писал!

– Все конверты из одной партии. Не самые дорогие, но качественные, далер за дюжину, – сходу определила донна Роза. – Один, говоришь?

– И он врет, врет им всем! Они такие… скользкие! Будто ты осклизлую гадость за хвост ловишь, а она уворачивается. – Я не знала, как объяснить свои ощущения. Мне казалось, от них даже пованивало тухлятиной.

– Хм… говоришь, мужик врет всем бабам? – Нахмурилась донна Роза. – Перепиши-ка ты адреса и фамилии. И отправителей. Есть у меня мысль.

– Какая?

– Мала еще! – Важно надулась донна Роза.

– Ну, донна Роза!

– Брачный аферист. Знакомится, втирается в доверие, письма пишет, букеты дарит, как порядочный. В гости ходит. А потом обещает жениться и денег занимает.

– И дают? – ахнула я.

– Еще как! Бывает, и помногу. Есть ведь вдовы обеспеченные, от мужей поместья, фабрики остались, фермы, мастерские. Управлять самой тяжело, особенно, если всем муж занимался, а она только деньги тратила. Вот и присасываются. Это ведь профессия тонкая, хорошим психологом надо быть, знать, что сказать, к каждой бабе свой подход найти.

– Менталист! – Вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

– Запросто! – согласилась донна Роза. – Может, и не дипломированный, но эмпат точно. К такому делу чутье и способности надо иметь.

Я посмотрела на разложенные рядком письма.

– И что же, мы так всех и оставим?

– А что мы сделаем? Письма слать не преступление.

– Но это же сколько обманутых женщин! Надо их предупредить!

– Дженни, они и сами рады верить проходимцу. Влюбленную бабу еще никому не удавалось переубедить, это что дракона пытаться оседлать.

Я надулась и рассовала письма по ячейкам.

Настала суббота, обещанное погодниками солнышко рассиялось вовсю, мы с донной Паолой вышли прогуляться. Заглянем в парк, зайдем на рынок. Решили сделать курник с кабачками. Он и горячий вкусный, и холодный замечательный. Готовится просто, у нас дома часто его делали. Измельченная тушеная куриная грудка, кабачок, лук и морковь заливается смесью молока и яиц на подложке из теста с бортиками. Чеснока туда, перца, розмарина и мускатного ореха, да еще сыра натереть, м-м-м, объедение!

Вчера я забежала в